Максим Макаров – Побеждая пустоту (страница 7)

Айдим тоже действовал.

В назначенное время в комнату въехал автомат-утилизатор бумаг. На нем, поеживаясь и сползая, сидело то самое существо (это был Гониденек). Он соскочил, сразу полез под стол – его было хорошо видно, в том числе и на экранах камер, но никто не возмутился. Все – и программисты, и роботы – были очень заняты.

Гониденек успокоился и стал рыскать по комнате.

Айдим сказал:

- Коллега, скажите, а Вы не хотели бы приобрести еще одну новую квартиру – в районе Н208, где только что возвели колонные здания с оригинальным каркасом? Там прекрасный микроклимат, а также вид из окон.

Айме повернула хорошенькую круглую голову:

- Да, мне очень нравятся такие дома… но признаться, хотелось бы скорее приобрести дополнительную площадь рядом с рекреационной зоной. Ее вид меня вдохновляет гораздо больше, нежели вид проспектов с летящим транспортом.

- А вы не хотели бы написать программу из раздела А2-3678925170-2?

- Еще бы! Это моя давняя задумка. Правда, у меня не хватает опыта… но вообще я очень хотела бы писать такие программы, и не только вида раздела А2-3678925170-2, но и А2-3678925170-3, и А2-3678925170-4, и даже А3-7000005050, хотя это уже дерзость. Для этого надо сперва стать ведущим программистом.

- Да, я знаю эти программы очень сложны – сказал Айдим, – и все оттого, что они имитируют работу мозга, как например программы типа А2-53322…

Айдим и Айме по очереди перечисляли коды и принципы программ и были очень довольны разговором.

Гониденек между тем залез на самую верхнюю полку, где хранились ящики с готовыми образцами продукции. Один ящик, кажется, не закрыли; Гониденек схватился за него, но ящик словно примерз. Или его зажало. Изо всех сил Гониденек и толкал и пыхтел, но ящик едва шевелился. Тогда он передними лапами схватился за самый край ящика, повис в воздухе и стал раскачиваться. Раскачивался, раскачивался – ящик стал понемногу выезжать. Раскачивался, раскачивался – ящик вылез наполовину.

«Поехали!» радостно подумал Гониденек. Со всего размах он ударил по стене, оттолкнулся – и тут ящик выскользнул и полетел с Гониденеком вниз. Гониденек не ушибся (пол был такой же гибкий, что и покрытие на улице), однако на всякий случай спрятался. Но поскольку шума не было, а весь беспорядок устраняют автоматы, то программисты не обратили на него никакого внимания.

- В научно-образовательном центре №129 – говорил Айдим – проводится демонстрация когнитивных и общих свойств животных, живущих в воде. Утверждается, что их сознание потенциально позволяет им даже осуществлять примитивные виды трудовой деятельности Любопытно, как это возможно, ведь их тела настолько высоко специализированы, что не имеют даже ладоней. Вряд ли они могут двигать предметами на расстоянии. Это же дикая природа. Но все равно занятно.

- Да, занятно – согласилась Айме. – Я давно хотела посмотреть на тех созданий, но одной идти как-то неинтересно, лучше с кем-то.

- Так пойдемте вместе! – предложил Айдим.

- Да нет, я имела в виду не Вас, а вообще.

Гониденек, чувствуя, что он пока свободен, опрометью бросился к ящику и стал его ворошить. В ящике были бумаги, диски, электронные данные. При нажатии на них возникали искусственные кристаллы, очень красивые. Но это были лишь голограммы.

- Так это у них не алмазы! Это у них… информация об алмазах! Тьфу ты, дьявол! – Гониденек умел ругаться на многих языках – Это что же, это как же… А чего они тогда пишут по базам… Конечно, я мог ошибиться и не так прочесть, тем более что язык их я совсем… Здесь одни изображения и ничего более. Камушков нет. Жа-а-а-а-лко!

От огорчения он наподдал по ящику. Диски и кассеты рассыпались; в ящике загорелся красный индикатор, возникло легко дуновение. Гониденек с удивлением смотрел, как выпавшие материалы сами собой возвращаются внутрь, а когда они уложились, ящик захлопнулся и взлетел на прежнее место.

Гониденек чуть языком не подавился – произошедшая картина поразила его гораздо больше, чем все грандиозные структуры Мира Программистов. Вжавшись в пол, он пополз хвостом вперед, мечтая лишь, о том, как бы удрать незамеченным. Выход через дверь закрыт; но зато есть окно!

Недолго думая, Гониденек подлетел к окну, перемахнул одной ногой – другая осталась внутри, и очень хорошо, что осталась: до земли было этажей 200. Карнизов не было; у стены был идеально гладкий профиль, без малейшего намека на неровность. Гониденека перекосило; в стороне от окна виднелась небольшая тяга, покрытая рельефной мозаикой. Тяги шли по всей высоте зданий.

Гониденек зажмурился, вскочил на подоконник, и прыгнул – наружу и вбок.

Мокрый нос уткнулся в рельефный рисунок тяги, пальцы свело – Гониденека прижало к стене.

- Кош. Ма-а-а, а-а, а-а, а-р-р! Угораздило меня! – сказал Гониденек.

Смотреть вниз он боялся, поэтому пополз вверх. Рельеф был достаточно контрастным и карабкаться было несложно. Гониденек поднимался два или три часа; за это время он успел целиком промокнуть и невесть сколько раз помянуть своих родственников, на самых разных языках. Наконец, он долез до верха; на крыше был небольшой бордюр, а за ним – огромные блестящие пластины, собранные в группы.

- Световые батареи! – догадался Гониденек. – Наступишь, и вмиг испечешься. Я лучше по краю, по краешку...

Гониденек бежал по крышам зданий и по тонким проводам, их соединявшим. Он умел бегать даже по самым тонким поверхностям. Он выглядывал лифт или иной безопасный спуск – лифтов не было; наконец он увидел, как неподалеку несется скоростной транспорт. Гониденек еще раз зажмурился и прыгнул.

Он попал точно на крышу поезда, однако скорость была такова, что Гониденека вихрем понесло назад. У самого конца он сумел ухватиться за крошечную антенну.

В ушах свистел ветер.

- Прощай, мое призвание, совсем, совсем прощай, напрасны все старания, наследство завещай…

Поезд круто повернул – Гониденека тряхнуло, и он полетел прочь. Но это случилось уже рядом с землей.

- Ах, как я ушибился… ошибился… С такими кристаллами можно легко поймать любой из известных типов энергии, чтоб потом ею повелевать. Но мне их не дадут… ох, какая жалость, что никто нас не любит… Ну ничего. Я здесь на правах дикого зверя, которого любят все. Погуляю, поиграю, а там Ведя обещал за мной прилететь. У него новый аппарат – не то, что тот, деревянный.

Тут Гониденек вспомнил, что Ведя Взмокин высадил его совсем в другом Мире, а сюда он попал с разными приключениями. Это как-то из головы вылетело.

- Ах я груша! Я же не сказал Веде, что поеду в этот Мир… да я сам тогда не подозревал, что поеду. Что же делать? Ладно. Буду жить здесь, пока меня заберут. Ну да. Ведя не может меня не забрать, он же мой товарищ…

Гониденеку часто приходилось попадать в тяжелые ситуации, но он верил, что Судьба не позволит ему пропасть бесследно, и что все, что он делает – правильно.

Далеко-далеко во Вселенной сверкает огнями Мир Программистов, его жители полны ума и сосредоточенности. И никакие выкрутасы Гониденека не помешают им заниматься серьезным делом.

…

- Куда пойдем сначала? – спросил Воблид.

- В одно место. Тамошние народы всерьез увлекаются армией и почти все готово для нашей цели. Надо лишь умело обработать правящие слои – обработать их умы, разумеется. В этом не должно быть сложности. Я займусь, а ты, приятель Воблид, оставайся в засаде, начеку, чтобы в случае необходимости устранить кого надо. Но действуй скрытно, исключительно под маск-полем.

- Ясно!

- Демонстративность здесь ни чему. Местные очень увлекаются компьютерами; они думают, что нажатие кнопочек делает их прогрессивными. Но они не Программисты, они всего лишь – потребители. Уровень их мышления очень ограничен.

Этим стоит воспользоваться.

Маливоргем в виде светло-золотой стрелы вошел в нужную планету. Воблид остался на орбите – его корабль закрывало маскировочное поле, не доступное для планетной аппаратуры.

Обитаемая часть планеты состояла из множества государств; большинство из них не собралось воевать вообще – ни на своей, ни на чужой территории. Однако каждое государство из соображений безопасности старалось как можно больше усилить военную мощь, показать преимущество своих армий перед остальными.

Основу армии везде составляла живая сила – солдаты. Ни у кого из правительств не было технологий по созданию даже простых автоматических существ, поэтому все резервы брались из населения, и довольно многие хотели стать солдатом, а еще лучше – офицером: военнослужащие получали огромное снабжения и почет, а взамен от них требовалось беспрекословно выполнять приказ. Приказ бежать, приказ молчать, приказ убить. Или умереть.

Однако всерьез воевали крайне редко. Поверхность планеты изрезана горными хребтами, между ними – плато и долины, где сосредоточена основная часть жителей. Хребты – сросшиеся клыки – огромны, и переходить через них, да еще большими силами, было невозможно. Авиация была малоподъемной, транскосмических перелетов не знали. Флот мог драться в открытом море, но подойти с большим десантом мешала сильно изрезанная береговая полоса.

«Берега похожи на фрактальные завихрения, а материки – на корявую сеть. Жители никогда не договорятся. Их легко будет склонить».

Маливоргем тайно приземлился возле военной базы одного из государств покрупнее.