Максим Макаров – Наследство бедной Йорденгиз (страница 7)

Ориент размышлял про себя, вспоминал разные научные факты, а время двигалось на редкость медленно. Он посматривал на часы: монорельс идет без задержек, в нескольких местах делает остановки согласно графику и потери во времени составляют в лучшем случае секунды, которые он наверстывает, когда набирает скорость. Через матовые стекла пейзаж плохо различим: все кажется размыто-темным, как ночью или глубоко под водой. В некоторых вагонах есть интерактивные экраны, где можно выбирать контент. Эти места стоят дороже. В обычных вагонах экраны выключены или настроены на какой-то один канал. Ориент представил, что он летит в космосе. Грандиозность настоящего Космоса, его гигантские расстояния несопоставимы с размером спутника, и полет может продолжаться несколько дней безо всяких внешних картин. Надо заранее готовиться к полетам. Вдруг удастся получить должность… Монорельс уменьшает скорость. Еще не совсем конечная остановка, но уже идет плановая снижение скорости. Хочется уже послушать вопросы. Если там будут задачки из области точных наук, надо решать их быстро, и уметь объяснить без компьютера. Ориент взял с собой различные письменные принадлежности, включая циркуль. Он решил все проверить, приоткрыл рюкзак и стал перебирать предметы на ощупь. Циркуль провалился вниз. Монорельс уже подходил к станции, поэтому Ориент решил проверить потом. Последние пять минут монорельс шел жутко медленно. Это даже стало выводить из себя: наскучило сидеть в одной позе. По вагону можно перемещаться, но молодому человеку не хотелось нарушать общий режим. Вдруг это вызовет нарекания? Сейчас важно не делать глупых ошибок. «Бывают умные ошибки?». Монорельс остановился. Дождавшись, когда вагон почти опустеет, Ориент выскочил и зашагал очень бодро. Рюкзак немного съезжал из-за растянутой лямки. Ориент регулировал ее на ходу. Он решил отправиться в Многофункциональный центр сразу, не проверяя, где есть жилые капсулы. Они встречаются везде. Уже через 500 метров ему стали попадаться парни явно рассеянного вида. Они что-то высматривали среди проходящих и молчали. Чуть погодя появился парень, который держа руку перед собой говорил с кем-то невидимым. Средства связи бывают самых малых размеров, но не похоже, чтоб он общался по связи. Он словно смотрел в пустоту. Под сводами проехал грузовой транспорт с пищевыми полуфабрикатами. Кое-где лежат обертки, фантики. Очевидно, сейчас не работает смена автоматов-уборщиц. Они обязаны подбирать мусор в пределах радиуса действия. Видна дорога к общежитиям. Вертикально расположенная плита с сотнями ячеек-сот венчает ее фасад. Со стороны кажется, что в каждой ячейке есть ИВР, и все очень зажаты; в действительности ячейки выполняют исключительно декоративные функции, а настоящие жилые площади с этого ракурса не видны. Там сдают в аренду квартиры, комнаты, студии, отсеки, капсулы. Последние стоят очень дешево. Тем, кто сейчас не имеет средств, капсулы сдают бесплатно, что обязательно фиксируется в личном статусе. Ориент достоверно не знал, влияет ли этот факт на карьеру; наверное, влияет. Он прошел до ближайших корпусов центра, избегая парней без определенных занятий. Если он видел вдали кого-то, кто похож на безработного, он заранее смещался в сторону.

Улицы городов подобны огромным коридорам и порой разделяются на десятки под-улиц. Они идут параллельно, изгибаются, пересекаются другие улицы и очень часто поднимаются по лестницам и по этажам. С непривычки трудно представить, как улица может вдруг уйти вверх перпендикулярно, «пересесть» на лифт и модуль, а затем пройти почти под крышей. Но так здесь везде. Крыши делают из прочных полимеров, которые гораздо легче металла и образуют множество функциональных слоев. Время от времени слои меняют. Таким образом пресекается любая возможность радиации. За камнями из космоса следит астрономическая служба. Ее сотрудники-автоматы получают сигнал и меняют траекторию осколка так, чтобы он упал в пустом месте. Кстати, из астероидов порой добывают очень ценные элементы, поэтому многие оценивают службу по ее экономическому эффекту. Внутри Центра работает система контроля. Ориент прошел без проблем. Он ощутил прилив свежести, которой нет в зоне для безработных с низким уровнем. Парни остались где-то далеко. Ориенту стало приятно.

Зона фойе занимает обширную площадь и поднимается на пять этажей вверх. Повсюду есть столы, столики, мягкая мебель, включая стулья, не привинченные к полу. Это говорит о доверии. Уже при входе вежливый аппарат вручил Ориенту планшет с интерактивным грифелем. На экране появляются вопросы, ответы на них можно писать грифелем в планшете, а можно говорить вслух – на планшете есть специальное устройство для восприятия звуков. Ориент решил писать. Его спросили, готов ли он к вопросам. Ориент написал «Да». Имеет ли он высшее образование? – Ориент написал «Да» и указал краткое название вуза. Боится ли он межзвездных путешествий? «Нет». Бывал ли он в межзвездных путешествиях? «Нет». На экране возникла краткая информация о нем, с указанием дата поступления в вуз и даты окончания, специальность, текущее место работы, уровень в баллах. Все было верно, хотя последние цифры Ориенту были несколько неприятны. Его попросили в одном предложении изложить интересные ему научно-практические задачи. Ориент подумал немного и написал: «открывать месторождения редких элементов». Экран поблагодарил его и попросил подождать немного.

Через полминуты возникла надпись:

«Ваша кандидатура принята. Просим Вас прибыть завтра в офис №…, для уточнения сферы Вашей будущей деятельности. Всего доброго!»

Экран погас.

- Надо ли еще что-то делать? – спросил Ориент у робота-служащего.

- Нет, благодарю Вас. Если сеанс закончился, уже не надо. Вы получили сведения?

- Да.

- Действуйте по сведениям.

- Скажите, решения принимают коллеги из числа ИВР?

- Что, простите?

- Кто руководит сектором геологии? – робот начал перечислят имена, но, судя по всему, он решил указать не только главных лиц и их заместителей, но и всех сотрудников из числа ИВР. Никого из них Ориент не знал лично. Более того, он даже не слышал этих фамилий, за исключением одной, очень древней, которая была еще на Виатерре. Ориент до конца прослушал список сотрудников-ИВР и поблагодарил робота.

- Благодарю Вас! – повторил робот. Его программа имела четкий набор стандартных ответов и не располагала к широкой вариабельности цифрового мышления. Такие роботы всегда очень вежливые, но не очень интересные собеседники. Впрочем, на Гардисе и не стремятся создать искусственный интеллект, целиком аналогичный разуму. Ориент сошел вниз по крутой винтовой лестнице, видя под собой пальмы, холмики и клумбы с живыми растениями. Почти все растения – суккуленты, не требующие обильного полива. В помещениях поддерживается стабильный уровень влажности, что позволяет растениям усваивать микроскопические частицы воды. Всюду есть электроаппаратура, поэтому полив ограничен. Ориент вспомнил все, о чем писал планшет. «Кандидатура принята» – эти слова ему наиболее понравились. Он даже хотел попить газированной воды из бокала. Но, поразмыслив, решил просто купить ее в аппарате. Еще рано торжествовать. В сущности, ведь ничего еще не произошло, и не известно, куда направят. Может быть, на соседний спутник, куда привозят руду и грунт с других планет. Методика считается несовременной, однако Гардис предпочитает перерабатывать сырье непосредственно в своей системе. Как раз не понадобится межзвездных путешествий. Тогда выходит, совсем неинтересно? Ориент взял один батончик, но разворачивать не стал. Завтра все будет известно.

- Ведь есть возможность отказаться. Только могут обидеться, сказать… что-нибудь, что повлияет на будущую работу. Говорят, надо уметь правильно отказываться. Какие-то курсы даже были… все равно не было средств на курсы. Бесплатные семинары в вузах проводили, я помню. Но это были другие вузы, надо было ездить… к тому же, неизвестно, насколько это все полезно. Я, наверное, должен идти, чтоб меня не приняли за этих… праздно болтающихся. Я видел их в секторе для безработных.

Большие сектора фойе соединены друг с другом на высоте четвертого и пятого этажей. Можно проходить на большими пространствами и смотреть, что там делают, кто приходит. Зал для безработных почти пустой. В нем очень много интерактивных стоек и табло. К ним подходят отдельные лица. Другие стоят небольшой толпой, очевидно, разговаривают. Из того сектора нельзя проходить в другие, и это правильно, подумал Ориент. Ненадолго в нем мелькнуло чувство превосходства.

Выйдя из центра, он осмотрелся и пошел искать капсулу для аренды. Дешевле арендовать на определенный срок, а не день. Вряд ли уже завтра придется уезжать. Но, вероятно, все произойдет скоро. Он ходил очень долго и нашел место, когда на часах уже было вечернее время. Ориент тщательно старался избегать всех парней без занятий, как если бы они были заражены опасной инфекций. Кажется, на обратном пути он не встретил никого подобного, разве что в самом начале, возле Центра стоял один весьма высокий субъект с преобладанием желто-рыжих оттенков. Почему-то Ориент подумал, что его выгнали из сельского хозяйства. На спутнике есть небольшие фермы с искусственным освещением, там выращивают различные плоды. Товары, аналогичные продуктам животного происхождения, производят исключительно на биотехнологических станциях и заводах, разведения живых объектов нет. На Гардисе вообще считают неэтичным разводить млекопитающих и птиц для алиментарных целей. Исключение составляет охота в походных условиях. Может быть, и будет такая охота. Ориенту захотелось фантазировать. Но он ощущал себя уставшим (он ходил почти весь день) и заснул в тихой капсуле.