Максим Макаров – Наследство бедной Йорденгиз (страница 14)

- Так, чем трогать, чем. Я не … специалист по формам жизни, которые…

Неожиданно он взял большой молоток. По приказу кузов резко опрокинулся. Камень выпал и стал ползти подобно червю – он не втягивался и не сжимался, но тем нее менее был похож на короткого шершавого червя. Ориент стукнул его не очень сильно. Предмет застыл. Ориент, еще не зная зачем, ударил его с размаху. Часть предмета отвалилась, изнутри потекла масса.

- Местная биота! Фу, какая гадость. Внутри кремний явно смешан с токсичным… Да, да, это кремниевый.

Камень больше не двигался. Ориент хотел велеть аппаратов убрать его куда-нибудь подальше, но затем решил, что они не справятся. Морщась, он поддел камень на лопату, донес до ближайшей ненужной ямы и бросил предмет туда. На лопате остались явные среды кремниевой жизни. Ориент поставил ее под жестокое ультрафиолетовое излучение, чтобы ничего больше не выросло. Ему было жаль, что это не древний минерал. Но эта вещь не похожа и на описанные кремниевые формы.

Ориент никому не рассказывал о странном объекте. Время от времени они встречаются на Р-8. Но в последнее время они стали более активными. Вернувшись в комплекс, Ориент услышал разговор: на западе роботам удалось откопать сразу дюжину таких камней, они быстро разбежались, в них стреляли из бластеров и разбили почти все. «А у меня нет бластера! Попросить? Вот еще! Но с бластером лучше». При этом сотрудники отмечают динамизм этих форм. Они как будто хотели удрать сами. В том же районе наблюдали червеобразные формы. Они двигались как змеи по поверхности в течение 5-10 секунд, затем пропали. Отдельные формы проникли в стыки подвижных элементов, где были раздавлены. Внутренняя среда у них химически довольно агрессивная. Один – не то червь, не то клоп – пытался заползти в навигационную систему микростанции, которая обычно висит над землей. Станция – это маленький робот, способный летать, насыщенная микросхемами. Клоп стал грызть именно там, где микросхемы, а не просто подвижные элементы. Неужели он почувствовал химический состав? Вероятно, стоило его поймать. Но его бросили под гусеницы трактора. Роботам все равно, даже если их разрушают. Системам запрещены страдания, им не дано стать настоящими ИИ, поскольку это – слишком много… Ориент уже проследовал дальше и не слышал конца фразы. Не вызывает сомнений, что кремниевая биота усложнилась. Интересно, в этом есть предмет научных исследований? Все работники настроены подчеркнуто прагматично, и к тому же, среди них нет биологов. Эти «камни» лучше не трогать руками, можно получить ожог – даже через скафандр.

9

Надвигается «звездный дождь». Его источник – плач и капризы близко расположенных звезд, его капли – волны с ультрачастыми колебаниями. Космические суда на большой скорости рассекают эти потоки и никто внутри не успевает их заметить. Живые планеты защищает атмосфера. Бурлящий и дерзкий мир, во всех смыслах полный едкой кислоты, тоже создает вокруг себя плотную среду. Ультрачастые колебания частично задерживаются тонким скафандром, частично ослабляются. Скафандр-комбинезон не создает полной уверенности. В связи с этим постоянно ведется мониторинг космического фона. Излучение идет от разных источников, в том числе от ближайшей огромной планеты и от Гардиса; опасный уровень излучения невозможно предугадать заранее. Потоки звездной радиации могут ослабеть или рассеяться, или напротив, аккумулироваться вместе, в процессе невидимых столкновений. Секреты пространства неисчерпаемы. Гардис настоятельно рекомендует прекращать работу в слабой атмосфере, если надвигается жесткий поток. На время его действия ИВР собираются в помещениях с надежной защитой от космических лучей. Все большие комплексы Р-8 имеют такую защиту. От радиации можно укрыться в скальном грунте, в шахтах, но к этому прибегают лишь в крайних случаях.

По оценкам «звездный дождь» начнется через 20 часов. Но уже сейчас всем сотрудникам предписано срочно вернуться на базу. Работы останавливаются. Ориент прошел несколько километров до зоны, где его должен был взять бортовой корабль – аналог вертолета. Горная гряда уходила на юго-восток. Запад был закрыт изгородью мелких скальных формирований, за которыми земля резко уходила вниз, образуя каньоны и амфитеатры. Слабый местный ветер не мог вырезать в них сидения или узоры, но они формировались как-то сами по себе. Ориент шагал в сторону равнины со сравнительно небольшим перепадом высот. Вскоре он увидел горизонт. Вплотную к земле лежала желтая полоса – атмосфера, полная кремния; чуть повыше тянулась узкая светлая полоска – на этой широте она кажется белой, ближе к полюсу становится серебристой. Две ленты сливались вместе, затем расходились снова. Полоса настоящей атмосферы была очень небольшой. Девяносто пять процентов пространства занимала черная космическая масса. Ориент подумал, что для такой среды это еще очень сильная атмосфера – ведь здесь нет ни растений, ни океана, ни других газовых источников. Корабль его подобрал. На борту Ориент молчал и старался придумать что-нибудь, способное стать одновременно инновацией и технической разработкой, оставаясь в пределах начальственных предписаний. Руководитель Ардьон довольно сдержан в командах – лично от него не приходит почти никаких текстов. Основной объем приказов раздают руководители отраслевых секторов, а также менеджеры, если вопросы исполнения конкретных коммерческих заказов. На Р-8 работают всего 30 менеджеров, из них две трети относятся к частным фирмам – в частности, они дают указания по испытанию внедорожников, где занят Кэнон. Геологоразведка целиком находится под управлением государства. По мнению опытных ИВР, это обеспечивает надежность доходов, но с другой стороны, очень много заработать нельзя – не удается, в частности, рассчитывать на внезапные дополнительные работы и связанные с ними премии. В прочем, везде важен фактор удачи. К концу полета Ориент стал испытывать тягостное чувство в голове. Он молча сдал цифровой отчет и отправился отдыхать. С каждой минутой голова болела все сильнее. Действительно, буря влияет, подумал он. Но звездный дождь еще не пришел, здесь были только его далеки отголоски, слабая часть его авангарда. Связь объявила, что работы не будет, по меньшей мере, три дня.

- Очень хорошо. – Ориент лег в своей комнате и решил долго спать. Он ворочался, изгибал спину, но никак не мог заснуть. Он съел дозу обезболивающих средств. В голове пошумело, пошатало – а затем принялось колоть снова. Он махнул рукой и съел еще две дозы. Он знал, что избыток лекарств вредит, но его хотелось поскорей добиться эффекта. Полистав цифровые книги, он лег спать снова.

Когда Ориент проснулся, в комплексе было уже очень много народа. Буквально день назад часть жилых построек, расположенных в западном полушарии Р-8, законсервировали из-за проседаний грунта по периметру и возросшей тектонической активности. Сотрудникам предложили перебраться в другое полушарие или даже оставить Р-8, если у них заканчивался срок работы. Ориент прошел пять секций, спустился на первый этаж. Недалеко от входа стояла большая группа с рюкзаками. Информационные экраны наперебой сообщали о буре и о землетрясениях. Не исключено, что смещение больших пластов земли связано с активной выработкой грунта и формированием многоэтажных шахт. Ориент вернулся в свою комнату и провел там еще часов шесть, ничего особенно не делая. Когда он снова вышел, народа было по-прежнему много. «Да, наверное, все сюда приехали».

Ему не хотелось быть там, где собираются толпы. Больших спортивных залов было всего два, поэтому прибывшие сотрудники занимались спортом везде, где были большие открытые площадки, а также в других местах, включая коридоры. Ориент постоянно кого-то видел; он шел в другие корпуса, поднимался по этажам. Он дошел почти до самого края корпуса – дальше были технические зоны. На первом этаже стоят внедорожники с огромными колесами. Ориент немного посмотрел на них сверху, затем подумал – и спустился ближе. Бок о бок с автомобилями стояли большие гравитационные мотоциклы. В другой стороне зала стоят настоящие туристические палатки – маленькие полусферы, пирамиды и конусы. Фирма-испытатель автомобилей как-то странно согласовала вопрос о перемещении своих работников: на время звездной бури всех пустили в комплекс, но никаких жилых пространств не предоставили. В каждом комплексе есть нормы по распределению ИВР, которые включают любые аспекты: индивидуальная жилая площадь, общая техническая площадь, потребность в базовых ресурсах и т.д. Испытатели отдыхали в палатках. Ориенту показалось, они хотят приготовить что-то съедобное, прямо в зале. Он решил уйти. Но тут его позвали.

Ориент повернул голову – он не видел ни экранов, ни знакомых лиц. Он решил подождать немного. Из-под технологической материи вылез парень с желто-рыжей головой. Материя мешала ему. Он сказал что-то назад, потом опять крикнул. Это был Кэнон. Ориент обрадовался, увидев его – он так и не завел на Р-8 никаких знакомств. Кэнон был в мятой куртке, все остальное у него было того же цвета, как и на космодроме. Он замахал рукой, как бы подзывая; из палаток донеслись солидные голоса. Кэнон сделал шаг вбок и быстро вытянул из-под материи свой нехитрый багаж. Уходя, он бросил что-то палаткам.