Максим ЛикБез Эверстов – Час хлада и тьмы (страница 12)

– Это вы там, за Бором, поближе к шумихе. Варвары где-то рядом?

Нюргун кивнул.

– Ходят недалеко, да. Но пока не было стычек, мы усилили постовых.

– Старейшины, небось, надеются, что обойдется? Что побродят где-то, перебьют сколько-то диких оленей и лошадей, сожгут пару одиноких балаганов, передерутся между собой – и всё, восвояси побегут?

Нюргун насторожился, даже Дохор, казалось, заволновался, повел ушами.

– А что, думаешь, в этот раз не так будет, да?

Джулус цокнул языком.

– Представь сам, Нюргун. В этот раз они что-то рано перешли хребет… В прошлом году на месяц позже и шли в два-три слоя, а не единой тучей. Зачем им так рано идти, коли своя еда еще не вся выжрана?

– Тогда что, Джулус? Поделись мыслями. Ты всякого, наверное, в Большом Балагане слышал…

– Вожак, – выдал родич, словно выплюнул.

– Как-как?

– Слышал от торговца шерстью из Круга, у них вожак появился… Или даже несколько вожаков – они объединили все их крупные и мелкие племена – сколько их вообще? – и повели на юг. Сплошные копья, ножи и дубины.

У Нюргуна сердце ёкнуло.

– Зачем так? – невпопад спросил он.

Стражник вновь цокнул.

– Вот это уже не нашего ума дело, зачем кто-то гонит дикарей вниз… Может, политика. Опять что-то про «синих» им внушили, мол, те скоро совсем Север прижмут, языки наши отберут. Может, хотят Круг все-таки взять силой. Помнишь, в запрошлом годе в кольцо почти взяли.

– А только не выйдет у них ничего, – встрял второй стражник, бронзовокожий метис. – Война-то с Империей закончилась, сейчас силов-то у Королевства побольше, полки и роты без дела сидят, хлеб задарма жрут. Вдарят «синие» регулярными войсками – мало не покажется.

– Может, так, – кивнул Джулус. – А может, оставят Север – Северу. Потому как в новую большую войну не захотят входить, устали же. Детей растить надо.

Нюргун пожал руки стражникам, спешно оставил Дохора в общей конюшне и отправился дальше в город, терзаемый мрачными думами. «Война» – вот какое слово гремело у него в голове. Нюргун вспомнил свои постылые дни в пехоте Синего Королевства, когда его распределили в Шестой пограничный полк. Скучные недели и месяцы, а затем – несколько стычек на границе с Империей. Постоянная беготня куда прикажут. Стертые ноги, отвратная еда, бессонница, первое убийство человека, ранение в бок, госпиталь… Но «синие» постоянно с кем-то воевали. А на Севере давно не было ничего серьезнее, чем голодные волки или вражда племен.

Забрав письма на станции, он остановился возле Большого Балагана. Его внимание привлек спор нескольких ахасов в дорогих одеяниях с представителем Синего Королевства, судя по форме, сенатором. Несколько зевак уже расположились недалеко, кто-то смотрел прямо из телеги. Осторожно прислонившись к стене, Нюргун прислушался.

– Повторяю: я не уполномочен давать такие обещания, – выставив руки, заявил «синий». Он затравленно покрутил головой. – И давайте не здесь, все-таки люди смотрят…

– А нам нечего скрывать от народа! Две с половиной тысячи дикарей могут быть здесь в любой момент! – злобно раздувая ноздри, начал один из ахасов, плотный и низкий. Ремень с серебром, шуба из песца, роскошные унты. – Они станут поджигать близлежащие села и угонять скот, убивать людей. Вы понимаете это?! В этот раз это не просто набег! Нашего ополчения не хватит.

– Если вы ничего не предпримите в ближайшие два дня… – продолжил второй, повыше, и надвинулся на политика.

«Синий» попятился:

– Я лишь могу пока как можно быстрее передать ваше сообщение в Круг, а затем, после заседания Совета представителей…

Первый ахас демонстративно фыркнул:

– Никакого «затем» может не быть. У нас не более недели до того, как они перейдут Второй Бор. Так докладывают наши разведчики.

– Пусть Королевство усилит Куорат и Круг как можно быстрее!

«Синий» вздохнул, отвел глаза:

– Поймите, в данный момент я не уполномочен…

Нюргун, чьи опасения и тревоги подтвердились, быстрее отправился дальше, в сторону базара, где купил лот табака, кулёк сахара и печатный пряник для мамы. Торговцы предлагали свой товар, звали, тянули за рукава, лебезили. Этого Нюргун не любил, он предпочитал спокойно выбирать, без спешки, а отказывать он не умел, терялся, особенно когда к нему обращались пожилые женщины-торговки. В их глазах он нередко видел отчаяние.

– Хорошие штаны, совсем теплые, – сказала одна такая, кто-то из представителей небольших народов далеко на Севере. – Сама сшила. Или вот джабака на собачьей шерсти…

У нее были седые волосы, убранные под шапку, и тонкие, как сухая ветка, пальцы. Под глазами залегли круги. Нюргун, не торгуясь и браня себя за это, купил у нее простой голубой платок.

Левую руку начало тянуть. Так было, когда во время очередного пограничного конфликта в их строй пехоты тараном ворвались два квадра элитных имперцев из Соколиной когорты. Впервые тогда Нюргун увидел воочию мощь имперской идеи «сильной крови» и железной дисциплины: восемь невероятно высоких воинов в тяжелых доспехах с двуручными мечами и молотами в правой руке и осадными щитами – в левой внесли в строй «синих» сумятицу за мгновенье и отправить на тот свет больше половины роты, прежде чем пали, истыканные мечами во все щели, которые отчаянно искали ошалевшие от такого натиска «синие». Нюргун со сломанной рукой, весь в крови и с безумием в глазах был одним из тех, кто нанес последнему «соколу» смертельный удар, когда тот упал на землю. И с тех пор при сильном волнении у него начинала неметь та самая левая рука, которую вскользь молотом задел имперец – и сломал в двух местах.

– Надо возвращаться быстрее, – сказал он Дохору, выводя коня из конюшни. – Что-то плохое может случиться, да. Рука опять немеет, охоннёр.

Конь сразу всё понял, заспешил. Когда они проходили ворота, стражники кивнули Нюргуну.

– Держитесь там, – сказал негромко Джулус и легко похлопал коня по спине. – Если что – сразу бегом сюда. Бросайте все стада, главное самим выжить. Тебя с матушкой пущу к себе, если надо будет. Помнишь, где мой дом?

Нюргун кивнул и поблагодарил.

***

Антхейм на своём веку видел разные таверны. Дешевые, где могли срезать кошелек или незаметно плюнуть в эль, и дорогие, где половой или хозяин при виде знака сотника и пары румо кланялись так низко, что едва не задевали носами пол. Негласно существовали и таверны для моряков, солдат, мастеровых, купцов, мещан, аристократов, наемников, горликов и даже магов. Эта отличалась от них, потому что относилась к легендарной и неоднозначной Гильдии Героев, чьи филиалы неумолимо охватывали весь континент. Насколько Антхейм слышал, сюда приходили не за едой, дракой и выпивкой (хотя одно другому не мешает), а чтобы найти товарищей, узнать самые свежие слухи и взять опасное задание, которое сулило богатство в той же степени, в какой – смерть.

Группа из троих людей в черном, бородатого горлика и замотанного в шёлк с ног до головы малорослого ящеролюда что-то обсуждала за большим столом в центре. Подперев кружками, тарелками и подсвечниками подробную карту местности, они отслеживали путь деревянной указкой. Еще шестеро людей толпились у дальней от входа стены, где было развешано множество исписанных обрывков пергамента и несколько других подробных карт. За барной стойкой сидело двое горликов в кольчуге и уплетали прямо с огромной сковороды жареную картошку с луком и шкварками. Одиночка в аляповатых переливающихся в свете свечей доспехах авантюриста сидел в углу и неспешно раскладывал пасьянс рядом с устрашающего вида ржавым палашом. Морщинистый лысеющий трактирщик за стойкой разливал напитки в большие деревянные кружки, а рыжая девушка в переднике разносила их. У камина расположился длинноволосый бард в красном кафтане, лениво водивший пальцами по струнам. Потрепанная на вид лютня услаждала слух популярной в последние месяцы элегической мелодией. Воздух полнился запахами жареного мяса, свежего хлеба и пива.

«Скажи им то, о чем думаешь», – прозвучало в голове Антхейма, и он понял, что на мгновенье получил свободу двигаться и говорить.

– Бегите! – выпалил он без раздумий, едва за спиной закрылась дверь таверны. – Я одержим демоном, и он хочет уничтожить вас! Несколько дней назад он перебил всех людей в храме Светлых богов!

Лютня резко затихла, но, к удивлению Антхейма, никто не поддался панике. Члены гильдии, едва удостоив его взглядом, продолжили заниматься своими делами. Ящеролюд иронично усмехнулся, одинокий герой в углу принялся собирать карты. Тавернщик тяжело покачал головой, словно весь вечер и ожидал чего-то подобного, а девушка продолжила уносить пустую посуду на кухню. Антхейм с ужасом ощутил, как тёмная сущность вновь взяла контроль над ним.

– Молодой человек, – начал один из приключенцев за большим столом, высокий и очками на тонком носу. Это он водил указкой по карте. – Вы в Гильдии Героев. Здесь и не такие вещи происходили и не такие громкие фразы звучали.

– Да, в прошлом месяце ловили в центре города двухголовую химеру с Улицы Алхимиков, – подал голос кто-то у дальней стены. – Вот это было нечто! Кровищи-и…

– Нашел чем удивить! – прыснул другой, оглядев сотника с ног до головы. – Что мы, одержимых не видали?

Сущности в душе Антхейма стало любопытно.

– А зачем демону это нуж-жно? – шепеляво поинтересовался ящеролюд. – Нападать на нас в сей час.