Максим Лагно – Властелины Страха. Книга 2 (страница 6)

Проснувшись, молодой небесный воин посмотрел на Арайю, наслаждаясь красотой её тела, словно ночью ему было плохо видно. На губах его заиграла ухмылка победителя.

Тут Теневой Ветер не вытерпел — надо начинать прямо сейчас. Лучшего момента не найти: враг ослаблен любовью и недостатком сна.

ПЕРВЫМ ДЕЛОМ ТЕНЕВОЙ ВЕТЕР использовал сложнейшую гроздь из светлого «Ослабления Тела» и «Ослабления Духа», подкреплённых заметными «Обманом Взора» и «Обманом Голоса». Линии Рено Кохуру и без того были ослаблены, поэтому окончательное их изничтожение прошло успешно, а обманные озарения скрыли это от внимания юноши.

Далее нужно было не упустить мгновение, пока линии не начали восстанавливаться. Опять же — большая удача, что Рено оказался голым. Спасительное украшение, ускорявшее возвращение толщины Линии Тела, он снял с шеи, так как массивное гнездо с кристаллом мешало соитию с Арайей — царапало её спину.

Развеяв узоры ненужных озарений, Теневой Ветер поспешно вызвал своё главное озарение.

«Смятение Пожирающего Духа» подействовало неожиданно быстро: Теневой Ветер не ожидал такого успеха от всего трёх узоров. Вот что значит напасть на ничего не подозревающего противника!

Рено Кохуру помрачнел лицом и сказал:

— Светлая госпожа, ты так прекрасна, а я мелочен и глуп.

Сонная, размякшая от любовных ласк Арайя прильнула к его могучей груди и прошептала:

— С чего это?

— Ты думаешь, что я бесстрашный воин, готовый умереть во славу Дивии?

— Что тут думать? Я знаю.

— Но я трусливая грязь и слякоть, валяющаяся под ногами идущих по Всеобщему Пути.

— Э-э-э…

— Я не просто боюсь смерти, а вообще всякой боли.

— Ну, все мы боимся боли. Храбрость ведь не в том, чтобы терпеть боль, а в том, чтобы исполнять своё предназначение, превозмогая её. Недавно в наш храм пришёл один…

Но охваченный «Смятением Пожирающего Духа» Рено вовсе не собирался слушать чьи-то рассказы, он всё сильнее и сильнее погружался в пучину презрения к себе.

— Я и сейчас боюсь, — заявил он.

Сев на кровати, обхватил колени руками, будто от холода.

— Чего же ты боишься?

— Правды, светлая госпожа.

Арайя наконец заметила странную перемену:

— Зачем ты меня светлой госпожой называешь? Я не настолько старая.

За презрением должен был начаться страх, но он не начинался. Теневому Ветру пришлось накинуть ещё один узор, доведя ступень озарения до светлой. При этом в его мысли вплелось настойчивое желание думать о том, какой же он никчёмный вольнорожденный, который не принёс гнезду ничего полезного, кроме горстки золота за проданные кувшины да дурацких узоров, которыми он украсил все доски и брёвна в гнезде. Привычным усилием мысли, направленной на победу над Рено, он подавил эти горькие, но справедливые обвинения.

— Я трус, я раб, я червь. Я лжец, болван, а также я боюсь раскрытия правды, — срывающимся голосом сказал Рено, получив усиленную волну «Смятения Пожирающего Духа».

— И какой же правды ты боишься? — спросила Арайя.

— Например, что ты узнаешь, что я обманул тебя.

Сонная нега слетела с Арайи, как ночью с неё слетела туника, сорванная сильной рукой любовника.

— Поясни свои слова, уважаемый.

— Я вовсе не просил отца позволения жениться на тебе и сделать второй женой.

— То есть… как это?

— Ты мне к грязи не нужна. Ни второй женой, ни двенадцатой. Да и к чему Кохуру жениться на каких-то Наби и разбавлять наше наследие озарениями священников?

— Но ты столько дней преследовал меня, убеждая в любви…

— Да я просто хотел овладеть тобой. Очень уж у тебя груди выдающиеся. Да и зад достойный всякого восхищения.

— Да как ты смеешь… Это шутка?

— Шутка — это то, что я рассказывал тебе о любви. Вы, бабы, любите такое слушать.

Арайя была настолько ошарашена, что не могла ничего ответить. Только мелко трясла подбородком, сдерживая слёзы.

Вскочив с ложа, она начала собирать разбросанные по комнате предметы своей одежды.

— Теперь ты понимаешь, — продолжил Рено, — какое я поганое ничтожество? Поступил с тобой как с какой-то девкой из бесславного рода. Кстати, девок в этом дворце побывало немало. Голос подсказывает, что ты двадцать вторая по счёту.

— Замолчи, замолчи! Зачем ты такое говоришь?

— Потому что я жалкое ничтожество и подлец. Можно сказать — говноед. Таких, как я, нужно в грязь сбрасывать. Да и весь паршивый род Кохуру туда же. Знаешь ли ты, что мои старшие заманивают в храм Шестого Кольца полногранных юношей и девушек, достигших нужного возраста, и проводят над ними обряд…

Парень почуял неладное и заткнулся. Всё-таки «Смятение Духа» — одно из излюбленных озарений рода Кохуру. И только молодость Рено, истощённость его линий и внезапность атаки позволили Теневому Ветру добиться триумфа над ним. Но триумф этот — краткосрочный. Линия Морального Права Рено Кохуру, хотя и не была слишком толстой, всё же пробилась сквозь нагромождение его неуправляемых эмоций и мыслей.

— Подожди, Арайя… — пробормотал Рено. — Я что-то сам не свой…

— Ах, нет уж. Теперь ты воистину такой!

Теневой Ветер ликовал. Эх, хорошо бы залепить в гроздь ослабляющих озарений и «Ослабление Права», но его кристалл слишком дорогой, поэтому Теневой Ветер знал это запретное озарение только по его названию и короткому описанию в скрижали, но не имел возможности изучить его действие — для этого понадобилось бы немало кристаллов, купить которые было сложно, даже имея много золота, так как никто не продал бы их какому-то птенцу из вольнорожденных.

Теневой Ветер понимал, что пора бежать. Его линии тоже подрагивали, скоро «Прозрачность Пыльного Воздуха» рассеется.

Тем более что это не настоящее нападение на жертву, чью жизнь купили. Никто Рено не заказывал. Теневой Ветер сам выбрал его для испытания своих гроздей. Ведь отпрыск славного рода — крепкая и высокоморальная цель, но не настолько сложная, как взрослые славные дивианцы.

Да, надо бежать, пока окно открыто…

Но соблазн был слишком велик: Теневому Ветру удалось уязвить не только Рено, но и надменную красавицу! Её слёзы — услада для спрятавшегося в невидимости вольнорожденного.

Кроме того, Теневой Ветер хотел довести Рено не просто до самоуничижения, но и до страха. Только после того, как Внутренний Голос парня будет залит потопом безотчётного ужаса, можно было рассчитывать, что он окончательно потеряет власть над собой. Как там было сказано в скрижали…

«Сосуд разума должен разбиться о страх, как попавший в очищающую бурю акраб разбивается о стену Кольца», — напомнил Внутренний Голос.

И Теневой Ветер накинул последний узор «Смятения Пожирающего Духа», доведя его до яркого.

Правда, он так и не понял, получилось или нет разбить сосуд разума — Рено вдруг взревел, спрыгнул с ложа и подбежал к окну.

Арайя взвизгнула, а Теневой Ветер вздрогнул — мощная, бугрящаяся мышцами спина Рено Кохуру очутилась прямо перед ним, перегородив Путь к бегству!

— Да что с тобой, придурок? — завизжала Арайя. — Я буду звать на помощь.

Широко расставив руки, Кохуру, с трудом разлепляя губы, произнёс:

— Зови… На… меня… Напали…

— Да кто на тебя напал? — выкрикнула Арайя в порыве гнева, но тут же осеклась — тоже всё поняла!

— Что нам делать? — тихо спросила она, отступая к растению-двери. Там, на сундуке, лежали части доспехов и мочи-ка Рено Кохуру.

Теневой Ветер спешно развеял узоры «Смятения Пожирающего Духа», высвобождая толщину линий для сохранения невидимости и «Тяжёлого Удара». Он рассчитывал оттолкнуть Рено и прыгнуть в окно. Судя по всему, противник ещё не знал, где именно прятался невидимка. И вообще, для наведения одного озарения злоумышленник мог находиться и в соседней комнате, и даже вне дворца. Рено не мог знать, что Теневой Ветер испытал на нём грозди озарений, требовавших близкого присутствия.

И тут Кохуру доказал, что даже молодой отпрыск славного рода — это не самая лёгкая добыча. Он резко крутанулся и со всей силы ударил раскинутыми руками по невидимому Теневому Ветру.

Небесный воин был настолько сильнее наёмника, что сбил его с ног.

— Вот он! — прорычал Кохуру, оборачиваясь.

Глава 4

Подсчитай золото и избавься от чувств

— НУ? — НЕТЕРПЕЛИВО СПРОСИЛА Смертельный Туман. — А дальше что?