Максим Лагно – Путь падшего продолжается (страница 57)

Вопросы настолько риторические, что даже Внутренний Голос на них не реагировал, хотя мог бы напомнить все беседы с Диабой.

Мне же ясно одно: в основе поступков Диабы лежала мистическая и религиозная дурь, как у всех низких. Чтобы убедиться в этом, не надо выслушивать объяснения самого Диабы, достаточно посмотреть на забитых и разделанных на мясные дольки высших людей. Какая бы «правда» за этим не стояла, узнавать её бесполезно.

К грязи Диабу! Главное выжить, вернуться домой, потом найти царство Свободной Вершины и предать его огню и мочи-ке.

С этими мыслями я взлетел на верхний ярус и увидел моих товарищей, включая пятерых торговцев, вповалку валявшихся вокруг Теневого Ветра, словно он их убил. Видать, эта мысль выразилась на моём лице, Теневой Ветер поспешно пояснил:

— Мы не учли, что «Подавление Света» ударит по истончённым линиям. Они не умерли, но потеряли сознание.

— Грязь тебя побери!

— Тут не только моя вина. Ты приказал — я сделал.

— Когда они придут в себя?

— Пока не выспятся.

— А если «Живой Молнией» окатить?

— «Подавление Света» едва не убило их. После «Живой Молнии» они, конечно, очнутся и встанут, но каждый из них может умереть, когда она выветрится.

Предостережение бывшего наёмника не шло вразрез с моими знаниями работы озарений. Операцию можно провернуть, если бы в ней участвовал целитель с полными линиями и усвоенным «Восстановлением Жизни», чтобы оживлял умерших.

Быть может, это к лучшему? Они проснутся с потолстевшими линиями и частично восстановленной памятью.

Я и Теневой Ветер осторожно разложили товарищей поудобнее, подстелив под них трофейные дивианские циновки и матрасы.

Когда с укладыванием было покончено, Теневой Ветер протянул мне шкатулку:

— У одного из грязных колдунов нашёл «Огненный Смерч».

— Предлагаешь сжечь останки убитых товарищей? — догадался я, забирая шкатулку.

Теневой Ветер кивнул.

— Нет, — после короткого раздумья сказал я. — Огненное озарение почему-то редкость у колдунов. Лучше сохраним его.

— Коли так, то предлагаю и нам отдохнуть. — Теневой Ветер улёгся на циновке, погладил бороду и многообещающим тоном начал: — Итак, повесть моей жизни была прервана на том, как я рассказал об упадке гнезда «Властелинов Страха» и как я нашёл способ не просто вернуть им былую славу. Вот что было дальше…

— Подожди, уважаемый, — сказал я. — Сейчас не время для повестей.

— Когда, если не сейчас? — обиженно спросил он. — Самиран из рода Саран, я рассчитываю на твоё Моральное Право в предстоящем сравнение Обвинения и Правды, после которого я вернусь в Дивию. Крайне важно, чтобы ты…

— И я не отказываюсь от обещания помочь в сравнении. Но в нашем положении важнее быть настороже, а не витать в воспоминаниях.

Теневой Ветер угрюмо качнул головой:

— Наверное, ты прав. Нужно следить за возвращением Диабы.

Я расправил крылья и улетел на первый этаж. Врата были всё ещё открыты. Я сел на краю. Свесив ноги в воздушную бездну, слегка ослабил ремешки доспехов. Достал из мешка сухую рыбу и лепёшки. С наслаждением начал есть. Но в следующее мгновение выплюнул еду и заорал:

— Да грязь вас побери!

Вдали, над вершинами деревьев, покрытыми дымкой, плыли три акраба охотников. А ещё дальше покачивались каменные башни — Диаба вернул на них кристаллы и теперь на крыше суетились выучки, налаживая коломёты.

27. Враг вдалеке и чудовища рядом

Испуг и замешательство быстро прошли. Я достал подзорную трубу и осмотрел акрабы врага.

Наше положение имело достоинства: мы защищены стенами башни, а Диаба и его люди летели в открытом небе. Пусть приблизятся ещё немного, и я расстреляю их молниями. Почему я раньше об этом не подумал?

Видимо, опасения Теневого Ветра застили мне разум. Но, вспомнив свои подвиги во время войны с Портовым Царством, я больше не сомневался: три акраба — не проблема. Линии полностью восстановлены, на мне доспехи, даже моя шестисильная мочи-ка вернулась. Вражеские башни тоже защищены, а коломёты на их крышах представляют опасность, но не такую, чтобы бросать всё и в панике бежать в лес, теряя преимущества.

Два коломёта — это чепуха в сравнении с тучами железных кольев, накрывавших наше воинство в сражениях с сиабхи. Пусть сначала попробуют попасть в меня. Что касается химического оружия… В бескрайнем Небе нестрашны любые газовые атаки.

— Охотники возвращаются! — раздался сверху крик Теневого Ветра.

— Давно вижу.

— Бежим в лес?

— Для наёмника из гнезда «Властелины Страха» ты очень пуглив.

— Бывшего наёмника разрушенного гнезда.

— Разбуди спящих. Охраняйте пролом в крыше, а я разберусь с акрабами.

— Ох, в лес надо бы… — запричитал Теневой Ветер, но приказ выполнил.

Я снова выглянул из раскрытых ворот башни. Один акраб вырвался вперёд и развернулся бортом. В раскрытых вратах появились вооружённые выучки. Они держались за натянутые под потолком верёвки, ожидая момента, чтобы перепрыгнуть на башню. На балконе толпились лучники: подняв заряженные луки, прикрывали абордажную команду.

Два других акраба разлетелись, намереваясь обойти башню с разных сторон. Из-за этого мне не удастся отсидеться внутри, пуляя молниями из ворот. Придётся выходить.

Что ж, пора стряхнуть пыль с моего позабытое прозвища — Убийца Акрабов.

Я проверил крепление доспехов, вынул из чехла мочи-ку и, разбежавшись, выпрыгнул из ворот.

Крылья расправил не сразу, дав себе пролететь десяток метров вниз. Так я оказался ровно под днищем небесного дома, приближающегося к воротам башни. Лучники заметили меня, но не успели выстрелить — я уже вышел из зоны обстрела. Какой-то колдун послал призрачных орлов, но расстояние оказалось слишком большим: часть орлов развалилась по дороге, а те, что добрались до меня, были столь слабы, что я разбил их пинками и кулаками. Они безвредно взорвались, не оставив на доспехах ни царапины.

Подлетев к днищу, я ударил мочи-кой с «Тяжёлым Ударом» — доски, обшитые бронзовыми листами, треснули. Весьма массивный небесный дом вздрогнул и подпрыгнул, словно жирный школьник, которого хулиганы пнули по заднице.

Пролом получился настолько большим, что мои руки погрузились в него по плечи. Я провернул мочи-ку, слушая, как трещало дерево, лопалась бронза и с шипением рвались силовые жилы, теряя энергию кристаллов озарений.

Уперевшись ногами в днище, я оттолкнулся и высвободил руки из пролома. Немного отлетел и повторно всадил мочи-ку в брюхо акрабу. На этот раз использовал «Ледяное Копьё» в гнезде оружия: двенадцать морозных снарядов прошили акраб изнутри и во всех направлениях. Некоторые вышли из стен — их обломанные наконечники пускали пар, обагрённые кровью пассажиров. Остальные копья застряли в остове акраба и в сплетениях его жил и гнёзд.

После таких повреждений небесный дом потерял устойчивость. Гнёзда с «Лёгкостью Воздуха» были уничтожены. Я метнулся прочь, а небесный дом перевернулся вертикально и начал падать по спирали, вращаясь вокруг оси. Центробежная сила безжалостно вышвыривала из раскрытых ворот выучек и грязных колдунов.

Вспарывание брюха акраба полного врагов, заняло меньше двух минут… Представляю, как Диаба Разумеющий превратился в Диабу Офигевающего, наверняка, он и не подозревал, насколько я силён.

К этому времени другие башни подошли на расстояние выстрела. Два кола с жужжанием пронеслись мимо. Я ответил «Ударом Молнии», распределив заряды по наводчикам и стрельцам обеих башен. Но большое расстояние ослабило силу удара, а доспехи дивианского производства поглотили остатки энергии — мои молнии никого не убили. Даже не сбили с ног.

Не обращая внимания на вражеские башни, они ещё слишком далеко, я полетел обратно к нашей башне.

Один акраб завис над крышей, и из него прыгали люди Диабы. Наши отвечали разрозненными «Ледяными Копьями» и редкими «Ударами Грома», но их линии были ослаблены после «Подавления Света».

Второй акраб подлетел к раскрытым воротам. Выбросили верёвку с петлёй, зацепились за скобы в стене, подтянули судно к входу. Выучки и грязные колдуны запрыгнули внутрь, встретившись с Килом и Реоа. Товарищи не смогли их остановить — врагов оказалось слишком много.

Я разрывался — лететь на крышу или к воротам? И там и там нужна моя помощь. Колья снова прожужжали мимо меня, на этот раз не так жалобно, а устрашающе.

Из пришвартовавшегося акраба выпрыгнула фигура в чёрных доспехах — Диаба! Он тут же присоединился к выучкам, ударив «Порывом Ветра». Его появление вынудило Кила и Реоа отступить и улететь на верхние ярусы.

Это и решило мой выбор. На «Крыльях Стремительного Ветра» я влетел в ворота, попутно кидая молнии по акрабу и по выучкам, но больше стараясь попасть по Диабе. На короткое время у противника случилась неразбериха: одни напирали, преследуя Кила и Реоа, другие пытались увернуться от молний. Лучники сбились в группу и подняли луки, целясь в меня, но в этот момент из акраба вдруг вывалился молодой гракк! Грязь ведает, зачем они брали его на охоту? Чудище тут же уткнулось в толпу выучек, а когда одна из моих молний попала ему в спину, заревел и взбрыкнул, раскидывая низких воинов.

Вслед за гракком из акраба выпрыгнул запоздавший погонщик, с висевшей на боку торбой грибной муки. Увещевая испуганное животное, он зачерпнул горсть муки и сунул ему в морду. Напудрив ноздри, тварь тут же успокоилась. Погонщик запрыгнул ему на спину. Гракк присел и подпрыгнул, оказавшись сразу на третьем ярусе. Я потерял его из вида. Надеюсь, товарищи справятся…