Максим Козлов – Клуб самоубийц на минималках (страница 4)
Женя пришла на второй минуте. Без рюкзака. Без пакета. Просто в чёрном платье.
— Ты собралась на свидание? — спросил Дима.
— Это единственная чёрная вещь, которая у меня есть, — сказала Женя. — Я не грабитель. Я продавец зоомагазина.
— Тем более, — сказал Лёха. — Ты должна уметь обращаться с животными.
— С хомяками. Не с гусями.
Инна подняла руку. Все замолчали.
— Слушайте, — сказала она. — План простой. Гуси спят на маленьком острове. Туда ведёт мост. Мост деревянный. Скрипит. Идём медленно. Светим фонариками только на землю. Не на гусей.
— Сколько их? — спросила Женя.
— Шесть. Может, семь. Одного берём. Самого крайнего. Я беру. Вы прикрываете. Потом идём к забору с южной стороны. Там сетка. Я её заранее перерезала.
— А гусь не убежит? — спросил Дима.
— Гусь испугается. Но если нести правильно — прижать к себе, закрыть крылья — не вырвется.
— Ты уже крала гусей? — спросил Коля.
— Нет, — сказала Инна. — Но читала. Птицы боятся, когда им закрывают глаза. Если накинуть на голову ткань — засыпают.
Она достала из рюкзака чёрный мешок. Маленький. Из плотной ткани.
— Для головы, — сказала она.
Лёха присвистнул.
— Профессионалы.
— Нет, — сказала Инна. — Любители. Профессионалы воруют иномарки. А мы — гуся. Помните: это игра. Не надо бояться. Если поймают — скажете, что это розыгрыш. Пьяные. День рождения друга. Что угодно.
— А если не поверят? — спросила Женя.
— Заплатите штраф. Три тысячи рублей. Я скинусь. Но лучше не попадаться.
Они пошли к пруду.
Парк в три ночи выглядел как декорация к фильму ужасов. Карусели замерли. Лавочки пустые. Фонари горели через один. Тени прыгали.
Коля шёл последним. Он смотрел на спину Инны. Она шла ровно. Не оглядывалась.
Мост скрипел. Каждая доска пела. Дима наступил на гнилую. Доска треснула. Звук как выстрел.
Все замерли.
Ничего. Гуси не проснулись.
Остров был маленький. Метров десять в диаметре. Посередине — куст. Вокруг куста — гуси. Шесть белых комков. Три серых. Головы под крыльями.
— Красивые, — шепнула Женя.
— Тихо, — сказала Инна.
Она подошла к крайнему гусю. Белый. Крупный. Клюв оранжевый. Гусь дышал ровно.
Инна накинула мешок на голову. Гусь вздрогнул. Открыл глаза. Но не закричал. Мешок сбил его с толку.
Она взяла гуся двумя руками. Под живот. Прижала к себе. Крылья забились. Один раз. Два. Потом замерли.
— Идём, — сказала она.
Гусь был тяжёлый. Кило пять. Инна шла быстро. Остальные — за ней.
На мосту гусь проснулся. Начал биться. Лёха схватил его за лапы. Дима — за шею. Женя гладила по спине. Коля держал мешок, чтобы не слетел.
— Несите аккуратно, — сказала Инна. — Не сломайте крылья.
Они дотащили гуся до забора. Сетка была перерезана. Отверстие в метр. Инна пролезла первой. Передала гуся. Лёха пролез следом. Потом Дима. Потом Женя. Коля застрял. Кофта порвалась о проволоку. Он дёрнулся. Порвал ещё.
— Давай быстрее, — сказал Лёха.
Коля пролез. Встал. Огляделся. Они были на улице. За парком — гаражи. Темно. Ни души.
— Куда теперь? — спросил Дима.
— За мной, — сказала Инна.
Она пошла вдоль гаражей. Гусь успокоился. Мешок всё ещё на голове. Инна несла его, как ребёнка. Гусь даже не дышал громко.
Они дошли до старого ангара. Железные ворота. Инна достала ключ. Открыла.
Внутри пахло сеном и бензином. Горела одна лампочка. Посередине — клетка. Большая. Из металлической сетки. Внутри — миска с водой. Зерно.
— Ты всё подготовила, — сказала Женя.
— Да, — сказала Инна. — Я готовила неделю.
Она посадила гуся в клетку. Сняла мешок с головы. Гусь моргнул. Осмотрелся. Подошёл к миске. Попил.
— Он не боится, — сказал Дима.
— Он в шоке, — сказала Инна. — Пройдёт.
Она закрыла клетку на замок.
— Гусь будет жить здесь три дня. Потом я отвезу его в приют для птиц. Там хорошие условия. Даже лучше, чем в парке.
— А если его ищут? — спросил Коля.
— Никто не ищет. Это городской пруд. Гусей там никто не считает. Через неделю привезут новых. Из питомника. Никто ничего не заметит.
Лёха достал телефон. Сделал фото. Гусь смотрел в объектив.
— Не выкладывай в интернет, — сказала Инна.
— Для себя.
— Для себя — можно.
Они сели на ящики. Тишина. Только гусь шуршал сеном.
— Я никогда не воровал, — сказал Дима. — Даже жвачку в магазине.
— Я воровала, — сказала Женя. — В пятом классе. Украла у одноклассницы заколку. Потом вернула. Плакала три дня.
— Я угнал машину, — сказал Лёха. — В восемнадцать. Покатался. Вернул. Хозяин не узнал.
Все посмотрели на Колю.
— Я украл однажды, — сказал он. — У жены. Деньги. Тысячу рублей. На подарок любовнице. Которой не было. Я просто хотел почувствовать, что я плохой. Потом положил деньги обратно.
— И что почувствовал? — спросила Инна.
— Ничего, — сказал Коля. — Абсолютно ничего. Даже стыда не было. Просто пустота.