Максим Камерер – Записки бывшего афериста, или Витязь в еврейской шкуре (страница 46)

— Хы! Она мне тоже это говорила!

— Вы еще в койке обо мне говорите?!

— На хуй ты нам там сдался? Она мне говорила, что Я лучше всех.

— И меня?!

— Выходит так.

— От сука!

— И не говори!

— Поехали к ней!

— Поехали!

3 часа ночи. Звонок в дверь. За дверью заспанная Оля, за ней старшая сестра, за ней виднеется бабушка. Все в ночных рубашках. На лестничной клетке покачиваются два алкаша-держась друг за друга.

Реприза (хором)

— Оля! Запомни-мы в постели лучше всех!!!

После этой сомнительной самопохвалы два амбала разворачиваются и в обнимку скатываются по лестнице.

После Ольга к телефону не подходила. Кажется, мы сделали из нее порядочную девушку. Она наконец таки научилась говорить «нет». Небесполезный навык для сиськоносящих.

О манере вождения героя я уже говорил. Теперь о результатах: в среднем он колотил по три тачки в месяц. В особо удачные месяцы результат доходил до 7—8. Рекорд был 14.

Поскольку кооператив занимался перебивкой краденых машин-особых проблем по деньгам это не вызывало. С места аварии увозилась только табличка с номером кузова-ее и вваривали в следующего покойника. Тачка у крадунов бралась за 200$ перебивалась за 100$ и гуляй, Вася, до следующего столба. Водил то он виртуозно, но был дерзновенен и никогда не останавливался на достигнутом. Постоянно ставил перед собой все более сложные задачи-и отечественный автопром не справлялся с его замыслами. При этом сам герой не страдал в этих авариях совершенно. Просто железный Феликс какой-то. Тот, кстати тоже получил это погоняло неспроста. Кто то из почитателей его таланта как то прислал Эдмудычу «лимонку» в окно. Шустрый поляк сиганул в сейф страхового общества Россия. Ебануло на славу. Когда в дверь ввалилась охрана-эти накокаиненые пидоры из чрезвычайки узрели разнесенный в клочья кабинет и абсолютно невредимого шефа. Откуда и вера в его пуленепробиваемость. Но я отвлекся.

Как то Трошев таки выпросил у председателя его мерседес-покататься. Хер знает, что у Львовича было на уме, когда он согласился. Возможно-ничего.

Ночь. Звонок. Трошев. Заплетаясь языком:

— Львович!

— А? (трепеща)

— Я это, мерин твой тюкнул..

— Сильно? (вибрируя)

— Та не! Бензобак только помял.

— Уфффф… ну ладно, бензобак, это мы выправим…

— Та не надо! Я ему денег дал, он уже уехал.

— Кто?

— КАМАЗ

— Какой КАМАЗ?

— У которого я бак помял.

— А с Мерседесом что?

— А Мерседесу твоему пиздец, Львович!

Действительно-груда железа. Километрах на 160 вошел, не иначе. Единственная травма-шишка на затылке от прилетевшей сзади в репу аптечки. Мудацкое счастье-беспредел.

Ну и последняя зарисовка-как Димина дурь нам шкуры спасла.

Надо обмолвится, что крыша Ромашкина совершенно не соответствовала детсадовскому названию. Это были чечены. С тех пор я никогда не работал с чеченами. И никогда не платил крыше. Потому как после чехов-наши доморощенные Бармалеи казались мне солнечными пиздодуями. Выжившие из-под такой крыши меня поймут. Хоть нас и немного.

Итак-весь кооператив сваливает на Юг. Мы с Трошевым остаемся. Трошев-в наказание, Я как друг-приглядывать за ним, что бы чего не накуролесил.

И тут нас зовут в ставку к Арзо. Типа пагаварыть за бизнес нада, панимаиш.

Ехать не хочется, и не ехать нельзя. Приезжаем в пещеру Циклопа. Чехов черным-черно.40 разбойников. Посередине Али-Баба (Арзо). Обращается к Трошеву. Суть в переделе долей. То есть вернется Львович-а расклад другой. А кто виноват? -а вот эти два клоуна, с них и спрашивай. И ведь не откажешь-люди больно душевные.

И тут Диман открывает рот:

— Арзо, ты че дебил? Не, ну в натуре мне говорили про вас, что чехи поленом ебнутые, но чтоб настолько! Я зажмуриваюсь. Все, пиздец котятам, домяукались. Пара телохранителей не верят своим ушам. У Арзо глаза в два блюдца-он такого в жизни не слышал. В полной тишине Трошев продолжает монолог:

— Я понимаю, Арзо, ты ж с гор за солью спустился, тебя в армию забрали, так и прижился тут-но надо ж хоть немного соображать-то!

Наконец, до кого-то из шоблы доходит и тот тянет ствол из кобуры.

Позняк метаться-тоскливо понимаю я. Приплыли тапочки к обрыву.

Но. Арзо начинает ржать. Одновременно он обессиленно машет своим тонтон-макутам рукой, мол отвалите. Потом ласково смотрит на Диму.

— Ладно, живи! Кстати, подвези меня до проспекта Мира, поговорим по дороге.

Не знаю, о чем там хотел побеседовать тет-а тет с нами Арзо но беседа не задалась. Как только Димочка дал фирменное и-го-го -с Арзо слетела вся его вальяжность.

Вытаращенными от ужаса глазами он глазел на пролетающую мимо действительность. Я молча злорадствовал сзади. А, блядь, Бармалей хуев, очко то жим-жим? Почуйствуй, как я у вас в гостях чуть не обхезался!

Минут через 5 к чечену возвращается дар речи. Но зря.

— Дима, осторожно проговаривает он, стараясь не прикусить язык при этом-эээ, я и не знал, что ты такой хороший водитель! Типа это такой тонкий намек, что мол нельзя ли потише. Нашел с кем намеками общаться.

— Далана, Арзо. Это хуйня! Я те ща ТАКОЕ покажу!!!

И показывает. Минут на 10 ужас выкидывает разбойника из действительности. А там есть на что посмотреть, встречная, сантиметрами разошлись с растаращившимся ЗИЛОМ, миллиметром миновали на 160км жопу троллейбуса, занос, проход впритирку между столбом и автобусом, ну и так далее…

В тоне чечена появляются блеющие нотки.

— Ребяяяята (ха!),может у вас три жизни, но у меня-то одна…

— Ха, да нессы ты, Арзо!!!

Мне становится его по-человечески жаль.

— Дима! Притормози! Тебя ж человек просит!

— Кто?

— Блядь, хуй в пальто! Притормози, говорю!

Трошев с горечью сбрасывает до 120. Ощущения-как от пешей прогулки. Арзо бросает мне благодарные взгляды.

Доезжаем до проспекта Мира. Тормозим у указанного дома.

— Арзо-тебя назад отвезти?

Тот стоит молча минуту, потом как то мягко отвечает:

— Я друга в психбольницу приехал навестить. После вас, наверное тут останусь. Езжайте.

Больше чехи нас в гости не звали. И подвезти не просили. Не сказать, что бы мы сильно скучали без них.

История еще одной аварии

Опять 90е. Кооператив «Ромашка»