Максим Гаусс – Майор. Назад в СССР. Книга 16 (страница 2)

Сердце у меня колотилось, но лицо оставалось спокойным. Савельев вел себя точно так же — никакой паники. Когда паникуешь, неминуемо допускаешь ошибки.

— Куда едете? — спросил сержант у водителя.

— В Пешавар, — ответил тот. — К родственникам. Дядя заболел.

Он посмотрел на меня, потом на Савельева. Тот сидел, опустив голову, пряча перевязанную руку. Лицо бледное, но живое.

— А вы кто?! — прищурился патрульный, окинув нас внимательным взглядом. — Документы есть?

— Слушай, откуда у меня документы, а? — активно жестикулируя, возразил Леха. — У меня и карманов-то нету. Ты бы еще у коз документы проверил!

— Хамза, оставь их в покое! Пусть едут! — окликнул проверяющего другой боец. — Я эту машину знаю, Абдулла, проезжай!

— Хорошо! — обернувшись, кивнул сержант. — Но будьте осторожны, в горах на севере неспокойно.

— Что случилось? — спросил я, изображая озабоченность.

— Не важно, — ответил он и махнул рукой. — Езжайте!

Я облегченно выдохнул. Обстановка уже начала накаляться, причина тому, скорее всего, из-за нас. Но пока никто ничего толком не знал. Это хорошо. Нужно поскорее выбраться из этого района.

Через час попался еще один пост, потом еще один. Но нас даже не останавливали, что искали – непонятно. Видимо, наш пикап не вызывал подозрений, потому что ездил здесь не первый раз. Старая машина, местный номер, проводник в кузове — все выглядело обычно.

К вечеру мы добрались до небольшого городка. Глинобитные дома, пыльные улицы, прохожие. Здесь нужно было залечь на дно, как-то связаться со своими.

— Где это мы? — спросил Савельев.

— Кажется, это Дульмира, но я не уверен. Слишком маленький населенный пункт, чтобы быть на карте. Главное, что здесь нет патрулей. Отсюда до границы — километров четыреста.

— Отпустите меня, — попросил водитель, напомнив о своем существовании. — Я никому ничего не скажу. Клянусь Аллахом.

— Отпустим, — немного подумав, пообещал я. — Но сначала помоги найти дом, телефон или радио. Нам нужно связаться с Кабулом.

Он замялся, потом кивнул.

— У моего знакомого есть небольшая лавка. Там был телефон, вроде бы он работал. Но это почти в самом центре Дульмиры. Там на вас сразу обратят внимание.

— Неважно. Проведешь?

Он снова кивнул.

Мы вышли из машины. Пикап оставили в переулке, прикрыв брезентом. Савельев держался рядом, но я видел, что он был бледным и уставшим. Нужно было торопиться.

Улицы были почти пусты — только женщины в чадрах, старики на лавках, дети, играющие в пыли. Никто не обращал на нас внимания. Чужие здесь были нормальным явлением, они то появлялись, то исчезали.

Магазин оказался небольшой лавкой, где торговали продуктами и хозяйственными мелочами. Хозяин — бородатый мужчина лет сорока — сначала испугался, но наш водитель что-то быстро объяснил ему на урду. Тот кивнул, провел нас в подсобку.

— Звоните, — сказал он, указывая на старый дисковый телефон, который оказался междугородним. — Только быстро. Линия может работать, а может и нет.

Я набрал номер кабульского штаба ХАД. Долгие гудки. Потом щелчок, и голос — сухой, официальный.

— Слушаю.

— Это Хорек, — четко сказал я. — Мне нужен генерал Хан. Срочно.

Пауза.

— Хорек… А! Капитан, где вы?

— В Дульмире. Соедините меня с Ханом.

Еще пауза. Щелчки. Потом голос изменился — теперь он был женским. Я сразу узнал его.

— Это Лейла. Где вы? Твое командование на ушах стоит, тебя ищут!

— Хорошо, что ищут. Значит, еще нужен. Лейла, слушай внимательно. Мы на территории Пакистана, в какой-то торговой лавке. До границы — четыреста километров. Нужна срочная эвакуация. Я понимаю, что отсюда нас никто не сможет забрать, но мне сейчас нужно хоть какое-то решение. Обстановка очень неспокойная.

— Еще бы! — голос ее дрогнул. — Сегодня утром пакистанская армия неожиданно нанесла ракетный удар по долине Сват. Ликвидирован Бен Ладен, а вместе с ним вся охрана, штаб, склады с оружием. Официально заявили, что это была операция ИСИ против боевиков, но мы считаем, что все совсем не так.

Я перевел дух. Сработало.

— Хорошие новости, — чуть улыбнувшись, сказал я.

— Максим! Твоих рук дело?

— Можно сказать и так. Не просто же так я торчу посреди этих гор. Потом расскажу, сейчас не спрашивай. Сейчас главное — вытащить нас отсюда. Со мной раненый, нужна медицинская помощь.

Лейла замолчала. Я слышал, как она о чем-то совещается с кем-то на заднем плане. Потом снова заговорила.

— Что за лавка?

Я переадресовал вопрос хозяину лавки. Тот ответил.

— Латта Сири.

— Отлично. В городе, где вы находитесь, есть наш человек из ХАД. Он вас найдет. Ждите на окраине города. И не высовывайтесь.

— Как его узнать?

— Он сам вас узнает. Ждите.

Связь прервалась.

Я положил трубку, повернулся к Савельеву.

— Ждем. Теперь это единственное, что мы можем.

Он кивнул, тяжело опустился на ящик. Проводник и его знакомый стояли в углу, не зная, что делать. Я достал несколько долларов, протянул хозяину.

— За телефон. И за молчание. Нам нужно пересидеть у вас немного.

Тот взял деньги, кивнул.

Прошло около двух часов. Солнце уже садилось, в лавке зажгли керосиновые лампы. Я начинал нервничать — слишком долго. Савельев дремал, привалившись к стене. Вдруг дверь скрипнула, и внутрь тихо вошел человек.

Невысокий, коренастый, в местной одежде. Лицо обычное — такие не запоминаются. Он огляделся, увидел меня, подошел.

— Капитан Громов? — спросил он на русском, с легким акцентом.

— Да.

— Меня зовут Ахмад. Лейла передала мне указание о вашей эвакуации. Но есть проблема.

— Какая?

— В стране введено чрезвычайное положение. После утренних событий пакистанцы закрыли границу. Они патрулируют все дороги. Сами не знают, что ищут. Выехать пока невозможно.

— Нам нужно в Афганистан, — сказал я. — Любым способом.

— Это нереально сейчас. Но есть другой путь. На север, через горы. Там старая тропа, ею пользуются контрабандисты. До границы три дня пешком, — он посмотрел на Савельева. — Но с раненым не получится. Слишком долго.

— А вертолет? — спросил я.

— Нет. Сейчас любое нарушение воздушного пространства будет расценено как агрессия. Это очень серьезно.

Я знал. Мы нанесли удар по их территории. Официально — они сами. Но если всплывет правда…

— Тогда как же нам добраться до границы?