Максим Далин – Время неблагих. Книга 2 (страница 46)

Мы сидели, как оглушённые.

— Утюг? — спросил Рошер. Скорее, машинально, по-моему.

— Ну, кадавр железный. Одухотворённые кости назывались «заготовкой», а готовый кадавр — «утюгом»… секретность, видимо…

— Как ты выжил-то? — спросил Лэрик.

— Сам удивляюсь, — сказал Гектор. — Я не знаю, как я дожил до столицы. А вот в столице… надо благодарить вашего дядю Эскеля, принц. Он меня вытащил, как вы теперь. А рассказал ему Ворон… Принц Кеннет никогда не отлучался из Лилового Чертога, да за ним и следили в десять глаз, а вот принц Эскель порой ухитрялся… шлялся по городу… по девицам и кабакам… Пришёл в наш особняк, отец не посмел не впустить.

Совсем уж сногсшибательные новости.

Я просто в голове это всё уложить не мог, да и моя команда, кажется, тоже. Но у меня просто всё внутри болело, снова болело и ломалось. А Глейза плакала, тихо плакала, и Рошер гладил её по голове. У Лэрика был такой вид, будто сейчас и он заплачет, но он как-то взял себя в руки.

— Я думал, позвал твой отец.

— Мой отец тогда жалел, что я не сдох, — с горечью сказал Гектор. — Он потом часто говорил: Дар у тебя, мол, лучше, чем у Бриана, ну, у старшего брата, а мозгов, сил, души нет вовсе, слабак. Я его скомпроментировал и подставил, его этой историей несколько лет тыкали… Он мне до сих пор не простил, мы в предельно натянутых отношениях… Мать жалела, но не смела соваться.

— А Даурин работает на Нагберта, — вдруг вспомнил я.

Лэрик кивнул.

— Дядька мог друзей завести среди некромантов. Кажется, у меня теперь есть личный враг.

— Личные враги, — уточнил я. — Не один же Нагберт… но уж Нагберт — точно.

— Этот — общий у нас, — кивнул Гектор. — Подружиться с принцем Эскелем я не успел, не слишком-то у нас было много возможностей для общения… зато он успел, я думаю, замолвить слово королю. Некоторое время я проработал в личной охране короля Майгла… и остро жалел, что не успел побыть охранником принца Эскеля… а потом меня вышвырнули из страны. Я бывал в Святой Земле от случая к случаю… а так… охранял в Заболотье якобы дипломатов… которые занимались чем угодно, только не переговорами… Потом — в Девятиозерье. Год на Островах. Ну и вот, в Заозерье… все пути сошлись. Судьба, судьба…

К этому моменту я уже немного очухался и стал соображать. Чуть-чуть.

— Гектор, — сказал я, — а как вышло, что вас убили? Вы же, когда мы удирали, так сражались…

— Хочешь послушать ещё одну историю о том, насколько я паршивый политик, разведчик и… что там ещё? — спросил Гектор устало. — Всё так просто… я сидел в своей квартире, читал, был ещё не поздний вечер. Вошла прислуга, сказала, что в приёмной меня ожидает посольский курьер со свежей почтой… он мог и ближе к ночи притащиться, если информация срочная. Примелькался. Простец. Рутина. Он выстрелил, когда я вошёл. Две пули в корпус, контрольная — в лоб. Чудесная операция, только один прокол. Один. Он простец, он не убедился, что я в аду. А так — очень хорошо у них вышло. Чисто.

— А когда карлик прицепил к тебе эту штуку? — спросил Рошер.

Гектор вздохнул.

— Когда я подыхал. Смутно помню обряд, но как он сказал, что теперь и в аду за мной присмотрит — в память врезалось. Предположу, что Нагберт артефакт для общения с душами ада хотел сделать из моей башки… я предатель же… Но вот обломилось, принц Эскель меня вытащил, а метка осталась. И впрямь несколько раз Нагберт… ну, скажем, проявлялся. Голос. Но сегодня он ничего не говорил… я просто почувствовал. Ни с чем не перепутаешь… И начал действовать, как только окончательно убедился, что мне не померещилось. Хотя… да какое! Это ведь «птички» Нагберта.

В нашу перегородку стукнули — и тут же заглянул Рауль.

— Братья некроманты, капитан хочет поговорить… Можете идти, Гектор?

Гектор только вздохнул.

— Я всё могу. Только помогите мне встать.

И я помог, подал ему руку. Мы оставили августейших обсуждать и ушли, хотя мне очень хотелось остаться. Но капитана надо было успокоить. Эта история здорово всех встревожила.

Глава 22

— Брат Рауль считает, что вы все вместе с этой проблемой справились, — сказал капитан.

— Да, — сказал Гектор. — Эта история… она завязана на внутренних делах Святой Земли, мессир капитан. Я не могу… слишком распространяться. Скажу только, что с моей стороны больше ничто не угрожает.

— Мы заметили, — сказал капитан.

— Нигде поблизости я их не ощущаю, — сказал Рауль.

— Так нет их, — сказал я. — Видимо, они впрямь ориентировались на Гектора, а теперь нас потеряли.

— С помощью Божьей, — сказал Рауль.

Мне показалось, что искусственные моряки выдохнули, как живые.

— Славно, — сказал Тагрин. — Если история не повторится, скоро придём в Русалочий Форт.

— Пролив — опасное место, — заметил капитан. — Покажите мне, где мы сейчас. Хочу уточнить.

— Мы жмёмся к Берегу Дельфинов, — сказал Тагрин, раскрыл карту и взял циркуль. — Идём прямо вдоль берега. Считаем последние мили, скоро выйдем на простор, в Солнечные Воды.

— Ну что ж, — сказал капитан. — Всё верно, значит. Я так и думал: здесь нас не ищут и не ждут. Что ж. Отдыхать всем, кроме вахтенных. И к вам относится, мессиры, — сказал он нам с Гектором. — Отдыхайте, пока тихо. Можете понадобиться, мало ли что…

Мы ушли с центрального поста.

— Вам поспать надо, — сказал я Гектору. — Мы в резонансе… ну, почти, в общем, в приличном резонансе уже. Я чувствую: вы еле на ногах стоите.

— Мне надо отдать тебе Око, — сказал Гектор. — Оно очень твоё, я тоже это чувствую.

— На берегу отдадите, — сказал я.

— Пойдём со мной, — сказал Гектор. — Если принцесса Ильсора в лазарете, забери её оттуда. Девушки меня… нервируют. Это демоново тело… Отри… бугая заозёрского… нехорошо реагирует.

— Это от благодати, — сказал я. — Привыкнете.

Гектор только рукой махнул.

Я проводил его до лазарета, но там был только мессир Айрис, который снова штудировал какой-то медицинский трактат. Я сказал Айрису, что Гектору нужно поспать — и ушёл в полной уверенности, что оставляю его в надёжных руках. Заодно, быть может, ему и температуру измерят. Тоже хорошее дело.

А я вернулся к своей команде. И застал команду в глубокой печали.

— Что ж, там нормально всё, Валиен? — хмуро спросил Лэрик.

— Ага, — сказал я. — Штурман сказал: скоро пролив Гизеллы кончится, там дальше открытое море, свобода — и никто нас не достанет. Уже скоро доберёмся до Русалочьего Форта.

— Сначала до этого Форта, потом ещё — до прибережской столицы… Домой-то когда?

— Ты малость сбрендил, ваше высочество? — спросил я ласково-ласково. — Пойдём к Айрису, а? Он тебе, может, таблеточку даст какую-нибудь…

— Да иди ты! — фыркнул Лэрик. — У меня душа болит, как зуб, хоть на стенку лезь. Я так это всё представил… «заготовки»… пока у нас тут морской круиз, там людей убивают сотнями… а война начнётся? А победят в войне эти упыри, тогда как?

— Так нам потому и надо в столицу Прибережья же…

Лэрик кивнул и нахохлился. И к нему немедленно перешла Глейза, села с ним в обнимку — погреть и поделиться благодатью. Лэрик взглянул благодарно — но тут же вздохнул.

— Ладно. Прав ты. Королева Виллемина — да… серьёзный союзник. Девушек можно оставить при её дворе пока, да?

— Точно! — воодушевлённо выдал Рошер. — Вот это верно.

— Вот видишь, — сказал я, — девушек оставить, а самим…

— Девушка у нас, между прочим, одна только, — сказала Глейза. — И её было бы очень правильно оставить. Да, малютка?

Ильсора кивнула с некоторым даже энтузиазмом.

— И тебя, — тихонько сказал Рошер. — Подальше от войны.

Глейза улыбнулась, покачала головой.

— Простите, дорогие. Нет.

— Ещё как да, — сказал Лэрик. — Если меня убьют, у тебя останется… свет Эральда.

— Ты думаешь не о том, заяц, — сказала Глейза. Вид у неё был «ну вот что за глупости лопочет эта деточка!» — Начнём с того, что тебя убьют или тяжело ранят, а помочь будет некому.

— Если убьют — и ты не поможешь, — буркнул Лэрик. — Если только Валиен поднимет…

— Дуралей ты, заяц… А если ранят, как Гектора? Если ты будешь долго умирать, а помочь будет некому? А если Валиена и Рошера? Ты ж двоих не вытянешь, если что.