Максим Далин – Время неблагих. Книга 2 (страница 43)
Те, летающие, нас преследовали, просто наступая на пятки.
Чуяли.
Щит от них скрывал наше точное положение, но они чуяли, что мы где-то рядом, эти гады. Такое чувство, что всё время висели над нами — плюс-минус миля. Мне казалось, что какие-то невидимые огромные дымные руки обшаривают море, пропуская воду сквозь пальцы. Я буквально ощущал, как они проходят мимо «Миража» — липкий жаркий кошмар, накрывающий душной волной и потихоньку ослабевающий, потом — сходящий на нет.
— Это демоны, да? — спросил я тогда у Рауля и Гектора.
— Не похоже, — сказал Рауль.
— Нет, — отрезал Гектор. — Человек. Через них.
И у него сделалось такое лицо… ему просто худо было, тошно, мутно… Я в первый раз за время нашего с Гектором знакомства видел, чтоб его так ломало. Не от боли — от чего-то сильно другого.
А этот «человек через них» стирал своими этими дымными прикосновениями наши щиты, как ластиком. Раз волна, два волна — и мы чувствуем, как защита слабеет. Снова режем ладони, снова ставим… А у Гектора было такое отчаянное и больное выражение…
— Словно издеваются над нами, — сказал капитан, когда прошла шестая волна. — Мне уже кажется, что они знают точно, но играют, как кошка с мышью.
— Глубинные бомбы ещё не сыплются, — возразил Элис.
— Ждут, когда всплывём? — предположил Тогрин. — Чтобы наверняка…
— Ещё не нашли, — тихо сказал Гектор. — Когда найдут — крышка. Усиливаем щит, Рауль.
Ещё две волны мы удержали. Потом на некоторое время стало тихо, совсем тихо. Устал я ужасно, Гектор, по-моему — тоже. И капитан отослал нас отдохнуть до следующей атаки.
— Думаете, ещё будет? — спросил я, когда мы спустились из боевой рубки. Прям сильно надеялся, что не будет.
Ну потеряй уже нас, сволочь такая!
— Даже не сомневайся, — сказал Гектор мёртвым голосом.
— Пойдёмте в каюту, — сказал я. — Вы устали, вам августейшие помогут.
— Я в порядке, — сказал Гектор. — Мне нужно прилечь хоть на несколько минут.
Я пожал плечами, кивнул — и он ушёл в лазарет. А я пошёл в каюту и думал, что плохо Гектору, плохо. Почему-то ему плохо и именно от этих летающих тварей.
Шёл — и меня покачивало маленько. То ли просто устал, то ли крови и Дара вытекло много, но чувствовал себя таким замученным, что в глазах темнело. А как только отодвинул заслонку — меня сразу обняли принцессы.
Обе. И Лэрик — поверх их рук.
И я их. Мне сразу легче дышать стало от их благодати.
— Ну что вы? — сказал я. — Всё ведь, выкрутились…
— Так боюсь утонуть, — шепнула мне в ухо Ильсора. — Так боюсь!
— А Гектор где? — спросил Лэрик.
Жёстко спросил, я удивился.
— В лазарет пошёл, — я тоже удивился. — Сказал, ему надо лечь.
— Старшая!
— Да! — и Глейза кивнула как-то наотмашь. — Туда!
— Да что⁈ — я совсем удивился, обалдел прям.
А они отпустили меня и кинулись к лазарету бегом. Ну что — я за ними.
— Что случилось-то? — спросил я на бегу уже.
— Мы же его лечили все, — так же на бегу выдохнул Лэрик. — Худо ему. Совсем. Чувствую!
И в лазарет заслонку — раз!
А там Гектор стоит рядом со стеллажом, где хирургические инструменты, и в руке у него самый большой нож, больше моего скальпеля, и воротник расстёгнут, и вид у него отчаянный совершенно.
Лэрик рявкнул:
— Нож положи! Чокнутый!
А Глейза, почти так же, в ярости:
— Мы вас зря лечили, да⁈
Гектор выдохнул, звякнул нож обратно на стеллаж. И тут Айрис вошёл.
— Вы кричали? Кому-то плохо?
— Всё нормально, мессир медик, — сказал Лэрик. — У меня видение было просто. Вы простите, мы уходим… Пойдём, Гектор!
Злым металлом в голосе! Благой принц…
Гектор взглянул безнадёжно, чуть развёл руками, мол, нате меня ешьте — но пошёл. Мы с Лэриком его сопроводили до нашей каюты, как конвой какой-то.
Лэрик его в спину подтолкнул у каюты. И приказал:
— Сядь. Выкладывай.
А я на них смотрел — и никак в толк взять не мог, что за дурдом тут творится.
Гектор сел. А Лэрик остался стоять. Держался за верхнюю койку, смотрел сверху вниз — откуда что берётся… Ильсору и Рошера ошарашил, по-моему, до предела. И самого Гектора — лицо у Гектора стало беспомощное какое-то.
— Что у тебя за травмы? — спросил Лэрик. — Врать не пытайся даже. Я тебя очень сильно чувствую. Я уже пару часов чувствую, что ты умереть прям хочешь, изо всех сил хочешь. Почему?
Гектор вздохнул.
— Хорошо. У меня есть… впрочем, нет, не подозрения. Я уверен, что крылатые стражи наводятся на меня.
И все мои тут же посмотрели на меня. А я что, я сам обалдел, если честно.
Только и смог сказать:
— Э… ну а щит поставить?
Гектор закатил глаза и сделал гримасу «я же бреду по колено в идиотах!»
— Валиен, — сказал он, — я же не Отри. Я, конечно, ведьмак, но я не петый дурак, честное слово. Неужели ты думаешь, что я так уж рвусь на тот свет, где меня запросто может ждать ад? Я перепробовал всё. Понимаешь? Вообще всё.
— Сюпруг, — сказал Лэрик, — позови сюда Рауля, а? Быстро. Скажи: дело жизни и смерти.
Рошер вскочил, но его остановила Глейза.
— Я! У меня легче выйдет!
И проскочила мимо меня раньше, чем кто-то возразил.
— Умно, кстати, — сказал Рошер. — У меня бы он выяснять стал…
Действительно умно. Рауль влетел в нашу каюту через минуту буквально.
— Что⁈ — выпалил он. — Говорите быстро, у нас нет некроманта на вахте!
— Их навожу я, — сказал Гектор. — Пока я живой. Самое умное, что вы все можете сделать, чтобы уцелеть — немедленно покончить со мной. Я готов, альтернативы нет: я всё равно умру, для чего же мне умирать вместе с вами? Пусть спасётся хоть кто-то.
— Щит, — сказал Рауль. — Как это вышло, разберёмся потом. Пока тебя надо прикрыть.