Макс Волхв – НеЖить (страница 5)

Тварь резко повернула голову в нашу сторону, и я рванул прочь от неё на тускло освещённую слабым светом единственной лампочки площадку. Увидел неподвижный силуэт Марины, замершей перед выбором.

Три ступени вели вниз, но дальше была лишь непроглядная пелена густого белого тумана.

– Чего стоишь?! Бежим! – выкрикнул я, хватая девушку за руку.

– Но вдруг туман ядовитый? – неуверенно произнесла Марина.

Вопрос правильный, однако ответа на него я не знал, да и времени разбираться не осталось. Неспешные шаги чудовища становились ближе, заставляя нас быстрее сделать выбор: отчаянно погибнуть в схватке или рискнуть и попытаться пройти сквозь таинственный туман, надеясь на спасение.

И тут, возле стены я заметил едва различимый призрак маленькой девочки. Её взгляд устремился ко мне, рука протянулась вперёд, приглашая следовать за ней. Она проплыла мимо меня, тихо спустилась по ступеням и исчезла в клубящемся тумане. Возможно это душа которой удалось сбежать от демона, и она хочет нас спасти.

– Ладно, я пойду первым. Если выживу, позову тебя, – решительно объявил я Марине и последовал за полупрозрачным фантомом.

Первые мгновения были самыми мучительными: холодные струящиеся облака окутывали моё тело, но никаких признаков опасности и болезненных ощущений я не чувствовал. Осмелившись глубже войти в туман, потерял равновесие, поскользнувшись, и стремительно рухнул вниз. Всё вокруг закружилось хаосом, мир стал размытым пятном, пока наконец я не ухватился за металлический поручень, спасший меня от падения. Тумана вокруг не было, а я жив и здоров, значит, нужно быстрее об этом сообщить Марине.

– Спускайся осторожно… – попытался предупредить я девушку, но неожиданно услышал сверху её голос.

– Бежим, монстр!

Марина буквально вылетела из тумана над моей головой. Мои руки мгновенно поймали её, удержав от падения.

Без оглядки мы ринулись бежать вниз по бесконечным лестничным пролётам, пытаясь скорее добраться до выхода. Сколько этажей мы преодолели – три или пять – точно сказать трудно, но впереди замаячил небольшой холл, а за ним долгожданное окно спасения: огромная стеклянная дверь оказалась распахнутой настежь.

Мы выбежали из здания. Во дворе стояла мертвенная тишина, лишь заброшенные ржавые автомобили скорой помощи мрачно свидетельствовали о давно ушедших временах. За высоким забором виднелись густые заросли и деревья. Впереди стояли раскрытые ворота, за которыми длинной рекой текла вперёд пустынная дорога, освещённая редкими уличными фонарями.

Не останавливаясь, мы пробежали до забора. Возле ворот я бросил последний взгляд назад и увидел знакомую фигуру монстра, спокойно подходящую к выходу из больницы. Это существо начало сжиматься, превращаясь в старуху с морщинистым лицом, безглазую и потрёпанную временем. Она приложила костлявые пальцы к ссохшейся голове и затянула в себя воздух, словно наполняясь новой жизнью. Когда она убрала руки, то пустые глазницы вновь вспыхнули двумя белёсыми шариками, изучающими нас издалека. Ведьма замерла в дверях, махнула нам вслед своей костлявой рукой, будто прощаясь навсегда, а после развернулась и ушла, скрываясь во мраке больницы.

Глава №2. Каменный город

Дыхание, прерывистое и хриплое, медленно восстанавливалось после бешеного бегства от монстра. Я облокотился на забор, стараясь прийти в себя и осмыслить произошедшее. Тяжело втягивая воздух, поднял взгляд вверх и сильно удивился, увидев совершенно чистое звёздное небо, словно весь густой туман внезапно опустился прямо на землю, медленно растянувшись за пределы больничного двора. Только сейчас мне удалось рассмотреть старое шестиэтажное здание, откуда мы вырвались, спасаясь от непонятной угрозы. Оно действительно было похоже на больницу, разве что давно заброшенную и забытую людьми.

Холодок пробежал по спине, когда я вгляделся в фасад. Осклизлые стены кое-где покрывала отвратительная зеленоватая плесень, меж которой причудливо переплеталась спутанная сеть дикорастущих плющей с огромными чёрными и белоснежными бутонами цветов. Их форма казалась настолько зловещей, что создавалось впечатление, словно сами растения следят за каждым нашим движением. Деревянные рамы были наглухо закрыты изнутри, и ни в одном из окон мне не удалось разглядеть даже подобие тени живого существа. Двор, окружавший здание, тоже производил жуткое впечатление своим абсолютным запустением и заброшенностью. На дороге стояли старые искорёженные автомобили скорой помощи со спущенными колёсами и разбитыми стёклами, которые, словно скелеты с изломанными костями, безжизненно смотрели в никуда своими мёртвыми глазницами – пустыми фарами, с течением времени всё больше обвиваясь коричневыми жилками ржавчины.

Вопросы в голове множились с геометрической прогрессией:

«Почему эта непонятная сущность – ведьма, демон, гуманоид или кто-то совершенно другой – не продолжила погоню за нами? Какова причина её внезапного отступления? Вдруг за пределами здания есть ещё большая опасность, чем та, с которой мы уже столкнулись?»

– Что здесь вообще произошло, и что это за место? – неуверенно спросила стоящая рядом Марина, чьи глаза расширились от увиденного хаоса.

– Понятия не имею, – откровенно признался я. – Но это явно не космический корабль, а значит, версию про пришельцев можно считать ошибочной. Я скорее поверю, что нас обычные люди похитили. Вот только зачем – не знаю.

Марина нахмурилась, тревожно взглянув на меня.

– А тогда монстр откуда взялся?! Ты ведь тоже его видел?

– Может быть, и не было его вовсе. Иллюзия, порождённая какими-нибудь веществами, которыми нас накачали? Или… Видишь, вон цветы на стенах? Возможно, у них ядовито-токсичная пыльца. Мы просто надышались ей – вот и начались видения.

– Думаешь, это всё плод нашего воображения? Но тогда почему мы видим одни и те же глюки? И Кэп их видел!

Я замолчал, не находя слов для ответа. А от мысли о погибшем друге сердце сжалось невыносимой болью. Да, я знал его меньше часа, но он самоотверженно бросился в бой с монстром, спасая наши жизни. Капитан точно не был иллюзией, а самым настоящим Человеком.

Признаться, честно, я и сам сомневался в собственных словах, просто мне хотелось успокоить девушку, но выходило это из рук вон плохо. Кэпа больше с нами нет, и теперь мне придётся стать тем самым «взрослым родителем» в нашей группе. Мой разум ещё не полностью очистился от гипноза ведьмы или галлюциногена цветов, и я решил не юлить «вокруг, да около», придумывая отмазки, а просто сказать Марине то, что на душе.

– Честно говоря, я понятия не имею, где мы, и что здесь творится. Если собираемся выжить и выбраться отсюда, то единственное разумное решение – держаться друг друга. Желательно отойти подальше от этих цветов, может, и ясность ума вернётся.

– Ну идти-то нам особо некуда. Тут только один путь, и там как раз кругом эти цветы растут.

Она кивнула головой, показывая направление взглядом: единственная асфальтная дорога, тянулась вдаль меж зарослей густых кустов с колючими ветвями, острыми шипами, и большими белыми и чёрными цветами. Серое облако тумана нависло над верхушками кустарников, пряча от нас остальной окружающий мир.

Где-то впереди, на приличном расстоянии виднелись дома, освещённые тусклым светом уличных фонарей. Они манили слабым отблеском, обещающим какую-то надежду на укрытие. Но кто там живёт, и что можно ожидать от этих людей? Да, и люди ли там вообще? Ответов, естественно, я не знал…

И хотя все мои инстинкты подсказывали, что нужно попытаться найти другой путь, но сколько я не вглядывался вокруг – иных вариантов обнаружить не смог. Возвращаться в больницу, зная, кто там обитает, точно не хотелось, а следовательно, остался лишь один путь вперёд, навстречу неизведанному и, возможно, ужасному будущему.

– Значит, идём напролом, – подмигнул я Марине, пытаясь скрыть внутреннюю тревогу.

Мы шли молча, стараясь не привлекать внимания, хотя сами не понимали, для кого именно хотели остаться незамеченными. Воображение разыгралось настолько сильно, что среди зарослей кустарников виделись ужасные чудовища. Туман стелился между ветвями, шипами и листьями, создавая призрачные фигуры существ, готовых наброситься на нас в любую минуту. Я мысленно убеждал себя, что это всего лишь игра воображения, плод моего испуганного сознания, но картина была такой реалистичной, что страх побеждал доводы разума.

У меня даже возникла мысль, что это всего лишь кошмар, но логика сразу опровергла этот вариант. Во сне человек не ощущает боли, усталости, и мгновенно пробуждается при угрозе. Здесь же было всё совершенно иначе: каждая клеточка тела испытывала мучительную усталость, лёгкие горели огнём от тяжёлого дыхания, сердце стучало гулко и быстро, передавая сигнал тревоги каждой жилке. Даже окружающий пейзаж источал грусть и уныние. Стремясь избавиться от мрачных мыслей, я посмотрел на Марину, тихонько бредущую рядом.

Её взгляд был прикован к одной точке впереди, руками она обнимала свои плечи, словно защищаясь от холода, которого вовсе не ощущалось. Понятно, что этот озноб вызван совершено не температурой воздуха, а леденящим ужасом, сковавшим молодое тело.

Нужно как-то подбодрить бедняжку. Я не смог подобрать правильных слов, а просто взял её за руку, и на удивление, почувствовал, как немного отступила и моя собственная тревога. Пусть это место и казалось кошмаром наяву, но нас двое, и мы сможем выжить!