Макс Ведов – Следы предтеч: хроники Терраны (страница 10)

Он сделал паузу, обрабатывая новые данные. Но нашел одну любопытную деталь. Еще недавно этого места в таком виде не существовало. Планету подвергли ускоренному терраформированию. Атмосфера почти полностью соответствует земному типу.

Леон почувствовал сомнение. Это не объясняло странную, почти искусственную правильность расположения деревьев. Как и не помогало понять, что за существа могли обитать в этом новом, созданном людьми лесу.

В любом случае, чем раньше выберемся отсюда, тем лучше. Уверен, с каждым часом опасность только возрастает.

Робот молча кивнул, его сенсоры продолжали сканировать темноту, но теперь в обычно бесстрастном выражении лица читалось напряжение. Даже для машины эта ситуация становилась слишком непредсказуемой.

Лес замер в напряженной тишине. Альфред опять медленно повернулся, все датчики работали на пределе возможностей, но сканер по-прежнему показывал пустой экран. Ни тепловых следов, ни движения. Ничего опасного.

Думаю, ночью местные хищники проявляют активность, – искусственный голос звучал ровно, но в нём появилась новая нота – осторожность. – Летающих особей мы уже наблюдали. Чувствительность сканера увеличена до максимума. Теперь радиус контроля составляет тысячу двести метров. Этого достаточно для своевременного реагирования.

Леон молча согласился. Он не испытывал страха – скорее, напряженную настороженность. Мы многого не знаем об этом месте. Эти новооткрытые планеты… В детстве он слышал десятки историй о пропавших колонистах. С виду – райские уголки, идеальные для жизни. Но люди исчезали без следа. Ни останков, ни следов борьбы. Просто переставали выходить на связь.

Как ты объяснишь такие случаи? – спросил он, всматриваясь в темноту между деревьями. – Технически. Без мистики.

Робот замер на мгновение, обрабатывая запрос. Возможных объяснений три. Во-первых, неизученные формы жизни с уникальными способностями к маскировке. Во-вторых, остаточные эффекты терраформирования – атмосферные аномалии, токсичные выделения. В-третьих…

Он резко замолчал. Его сенсоры внезапно зафиксировали слабый импульс, – слишком кратковременный, чтобы определить источник. Но достаточно четкий, чтобы понять – они не одни.

В-третьих? – настойчиво повторил Леон.

Андроид медленно повернул голову. Его глаза в темноте светились тревожным голубым светом.

В-третьих, человеческий фактор. Те, кто не хочет быть обнаруженным.

Альфред медленно провел рукой по сканеру, его пальцы на мгновение замерли над пустым экраном. Ни тепловых сигнатур, ни движения – только мертвая зеленая статика.

Не знаю, – ответил он, и в его обычно точном голосе зазвучала непривычная неопределенность. Природа создает множество скрытых ловушек. Человек мог провалиться в расщелину, утонуть в подводном течении, оступиться на крутом склоне. Но, исчезнуть без следа можно и на оживленной Коринтии – вспомни трущобы у космопорта. Там люди пропадают ежедневно.

Да, ты прав, – Леон кивнул, но его глаза беспокойно скользили по темным очертаниям кустов. Только здесь опасность другая. Чувствую кожей – она повсюду. Вот ты говоришь, в радиусе четырехсот метров никого нет. Допустим. А если твой сканер просто не видит угрозу? – Он резко ткнул пальцем в сторону участка высокой травы, где тени казались особенно густыми. – Представь: прямо там, среди стеблей, затаилось плотоядное растение. Огромное, с липкими щупальцами. Как его засечёшь, если оно не дышит, как животное? Или гигантское насекомое зарылось под землей и ждет, когда наступишь на ложный покров. Помнишь Зерам? Тот паук…

Леон замолчал. Его рука непроизвольно сжала предплечье, где под тканью скафандра скрывался старый шрам – два аккуратных прокола на расстоянии десяти сантиметров. Я тогда выжил чудом. Кстати, так и не сказал спасибо. – Его голос дрогнул, внезапно став тихим и хриплым. – Ты вытащил меня из той паутины. Как друг… ты незаменим. По-настоящему.

Импульс двинуться к роботу, обхватить его неподвижные плечи, был почти физическим – порыв благодарности, смешанной с накопившимся ужасом. Но рука замерла на полпути. Жест повис в воздухе, неловкий и несвоевременный. Ночь вокруг сгущалась, напоминая, что любое проявление уязвимости здесь могло стать фатальной ошибкой. Фонарь Альфреда выхватил из темноты ближайший ствол, – кора на нем лоснилась, будто покрытая черной смолой, и казалось, что дерево медленно, почти незаметно, поворачивается в их сторону.

Андроид неожиданно замер. Его обычно бесстрастное лицо странно исказилось – что-то между смущением и неловкостью. Инженеры корпорации, создавшие его модель, тщательно вычистили все эмоциональные модули, считая их помехой для выполнения задач. Но они не учли главного – способности к адаптации. Тысячи часов, проведенных рядом с людьми, оставили свои следы в поведенческих алгоритмах.

Мне приятно, что ты так думаешь, – произнес он, в голосе звучала странная неуверенность, словно он сам удивлялся собственной реакции. Рука машинально потянулась поправить воротник скафандра – чисто человеческий жест, перенятый у напарника.

Ты многое мне дал, – продолжил Альфред после паузы. Его оптические сенсоры на мгновение сфокусировались на Леоне с непривычной интенсивностью. – Возможно, ты не замечаешь, но наше общение… ценно для меня. Это уникальный опыт. С каждым днем я учусь понимать людей лучше.

Он замолчал, словно его процессоры перегружались от неожиданного потока самоанализа. Когда он заговорил снова, слова давались с непривычной трудностью:

До нашей встречи… мне не везло с людьми. Ты единственный, за кем я готов идти куда угодно. Даже в такое место.

Леон почувствовал, как что-то сжимается у него в груди. Он давно знал – андроиды не умеют лгать. Не потому что запрограммированы говорить правду, а потому что сама их природа не допускает сложных эмоциональных манипуляций. Но дело было не только в этом. За годы совместных скитаний они прошли через слишком многое – побеги, перестрелки, дни голода и минуты, когда смерть дышала в спину. И во всех этих испытаниях его железный друг ни разу не дрогнул и не предал, не оставил его в опасности.

Леон встретился взглядом с проницательными голубыми глазами напарника и вдруг осознал, что перед ним не просто машина, а существо, которое, вопреки всем инженерным расчетам, научилось дружить.

Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто кивнул, зная, что тот поймет. Поймет без слов – как это умеют только те, кто прошел через огонь и воду плечом к плечу.

Тишина между ними тянулась густой, почти осязаемой пеленой. Взяв небольшую паузу на отдых, Леон мысленно возвращался к той странной вспышке. Его пальцы нервно постукивали по колену, барабаня беспокойный ритм.

Природное явление? Маловероятно. Воздух стоял сухой, без малейшего намёка на грозовую активность. Да и характер света был другим – слишком резким, слишком… искусственным.

Метеорит? Теоретически возможно. Но где тогда ударная волна? Где сотрясение почвы? Если бы болид такого размера действительно вошел в атмосферу, они бы уже давно почувствовали последствия.

Леон закусил губу. Оставался один вариант – техногенный. Тот самый характерный грохот, который издают челноки при аварийной посадке. Он слышал его сотни раз на космодромах, когда пилоты в условиях жесткого трафика выжимали из кораблей всё возможное.

Но здесь? В лесу?

Его мозг лихорадочно перебирал варианты. Старатели? Возможно. Эти парни способны посадить корабль где угодно – было бы желание и подходящая мотивация. Леон вспомнил рассказы о подпольных базах, скрытых среди джунглей, о нелегальных стартовых площадках, замаскированных под обычный рельеф.

Он медленно провел рукой по лицу, пытаясь отогнать нарастающую тревогу. Если это действительно старатели… Это могло быть их спасением. Или новой ловушкой.

Где-то в глубине снова раздался треск. На этот раз ближе. Леон инстинктивно потянулся к бластеру, но заставил себя расслабиться. Паника сейчас была последним, что могло им помочь.

Лучший вариант – дождаться утра и проверить. Если там действительно корабль… Если это шанс убраться с этой проклятой планеты…

Он взглянул на своего приятеля. Тот сидел неподвижно, его сенсоры продолжали сканировать темноту, но теперь в его позе читалась странная настороженность.

Леон глубоко вздохнул. Как бы там ни было, ответы они получат очень скоро.

Темноту ночного неба внезапно разорвал ослепительный луч прожектора, прорезавший воздух подобно раскаленному клинку. Леон замер, ощутив, как внутри пробежал ледяной холодок. Теперь стало ясно, почему встроенные сканеры Альфреда молчали – корабль всё это время висел неподвижно в вышине, подобно хищной птице, затаившейся перед смертельным выпадом.

Металлический гигант медленно снижался, его корпус, покрытый матовой краской, почти сливался с ночным небом. Лишь призрачные отблески света скользили по обтекаемым формам, выдавая присутствие. Корабль двигался с неестественной осторожностью, будто ощупывал пространство мощными сенсорными лучами, пронизывающими чащу насквозь.

Беглецы наблюдали, как прожекторы методично прочесывают лес, превращая ночную мглу в хаотичный калейдоскоп из теней и света. Лучи выхватывали из темноты плотно переплетенные ветви. Где-то вдали раздался треск – возможно, могучий ствол не выдержал напора реактивных потоков.