Макс Скиттл – Детектив в белом халате. У каждой болезни есть причина, но не каждому под силу ее найти (страница 33)
К счастью, Элис хватило энергии развернуть мой подарок: кулон с выгравированной буквой «У». Однако мы, несмотря на наилучшие намерения, решили, что нашей коллективной супружеской энергии не хватит на праздничный секс, и заснули в 21:08.
Рок-н-ролл! Мистер Тоска гордился бы нами.
Вторник, 25 декабря
Первое Рождество с моей маленькой семьей. Это все, о чем я мечтал, и даже больше.
Понедельник, 31 декабря (23:50)
Мы в гостях у родителей Элис: я сижу на полу у камина, Элис лежит на диване, а Уильям, к счастью, крепко спит. Я делаю глоток виски. Знаю, я уже говорил, и, возможно, я начинаю вам этим надоедать, но у меня разрывается сердце от любви, когда я смотрю на Элис и представляю спящего наверху Уильяма.
Я улыбаюсь, и моя улыбка предназначена одной лишь Элис. Она знает: эта улыбка подводит итог совместного 2018 года. В нашей жизни произошло многое. Хотя работа временами была нестабильной и волнующей, появление Уильяма затмило все с непринужденной легкостью и изменило нашу жизнь. В мгновение ока я превратился из сына и мужа в сына, мужа и отца. Я наливаю в стакан еще немного виски.
Сколько бы людей ни предупреждало, что рождение ребенка перевернет вашу жизнь, подготовиться к этому событию невозможно. Ваши приоритеты, цель жизни и просто существование в целом разобьются с такой невообразимой силой, что вы окажетесь в новом месте, о существовании которого даже не подозревали. Честно говоря, центральное место в моей жизни годами, если не десятилетиями, занимала карьера, с чем Элис и мои родители, вероятно, согласятся. Именно карьера меня определяла. Я делал на нее упор, полагался на нее и даже прятался за ней. Но, когда родился Уильям, все изменилось за долю секунды. Центральное место в моей жизни заняла семья. Возможно, так всегда должно быть. Это моя новая одержимость. Мой новый драйв. Моя новая причина жить. Я испытал эмоции, которые пересилили меня и вывели из колеи.
Вы скажете, что работа может вызывать такие же эмоции? Нет. Я вспоминаю свою жизнь до рождения Уильяма. Хотя я могу ее визуализировать (возможно, несколько расплывчато, поскольку меня окутывает тепло виски), мне тяжело прочувствовать ее. Мне кажется, что это была чья-то чужая жизнь, а не моя собственная. Это трудно объяснить даже без виски.
Я превратился из сына и мужа в сына, мужа и отца. Наливаю в стакан еще немного виски.
Часики тикают: уже 23:59. Мы с Элис стоим, взявшись за руки, готовые поприветствовать 2019 год. Мы договорились что дадим только одно новогоднее обещание, идущее прямо от сердца. В качестве подарка друг другу мы с Элис договорились научиться правильно танцевать дурацкий флосс.
Наступает полночь. Приходит 2019-й. Поцелуй. Обучающее видео по флоссу на YouTube.
Прощай, 2018-й.
Январь 2019 года
Вторник, 1 января
Мы часто ждем, что судьбоносные решения придут в голову неожиданно и ярко, как это показывает Голливуд. Это решение принималось иначе. Мы с Элис медленно обдумывали его несколько месяцев во время прогулок в парке, наблюдения за Уильямом на игровом коврике, вытирания дерьма с его ножек и чистки зубов перед сном. Какую ситуацию ни возьми, мы всегда обдумывали его.
Клочок бумаги, на котором я в начале ноября записал плюсы переезда, теперь поразительно замусолен. Он дожил до сегодняшнего дня, первого дня 2019 года, когда наше окончательное решение было наконец принято. В постели. С чашкой чая. В борьбе с похмельем после новогодней вечеринки. С включенным телешоу о деревенской жизни. Тот факт, что мы смотрим уже седьмой сезон, доказывает, что переезд давно нас интересовал, просто мы этого не осознавали. Или, возможно, мы специально не обращали внимания. Да, мы сделаем это. Настал год нашего переезда. В этом году мы с Элис и Уильямом уедем из города и отправимся в приключение по сельской местности.
Я делаю еще один глоток чая. Поехали…
Среда, 2 января
Первый рабочий день после почти двухнедельных каникул. Как и следовало ожидать, это полный, неумолимый, бесконечный и мучительный кошмар! Каждый пациент, обратившийся ко мне сегодня, умудрился развалиться на тысячу кусочков благодаря разрушительному сочетанию чрезмерного потребления алкоголя и сахара, излишнего времяпровождения с семьей и постоянного сидения на заднице. Я не лицемер и тоже причисляю себя к ним. Тем не менее сегодня замечательный день, поскольку мы с Элис еще раз подтвердили наше решение за утренней чашкой чая. Мы действительно переедем, хотя ни один из нас не может пока в это поверить. Мы устремимся к новой жизни за пределами этого города и этой клиники. Неизвестно, что ждет впереди, но мы отправимся в новое приключение.
Пятница, 4 января
Настал конец недели, и на меня поступила первая жалоба за год. Это новый рекорд, ведь в начавшемся году это случилось как минимум на две недели раньше, чем в прошлом. Мистер Тейлор ожидал телефонную консультацию по поводу постоянных болей в колене. Я уже много раз объяснял, что у него болит колено, потому что он весит 127 килограммов, отказывается менять диету и не желает заниматься чем-то похожим на физическую активность. Из-за такого образа жизни он медленно разрушает свои коленные суставы.
Я звонил ему трижды. Должен отметить, что обычно я делаю на два звонка меньше. Думаю, это связано с тем, что я недавно пообедал и был энергичным и добрым. Каждый раз, когда я звонил, включалась голосовая почта. Жалоба мистера Тейлора заключалась в том, что я не звонил достаточно долго. Когда я наконец связался с этим брюзгой, то попросил его объяснить, как я мог звонить дольше, если после пяти гудков включалась голосовая почта.
Гол в свои ворота, мистер Тейлор!
Воскресенье, 6 января
Весьма необычно видеть, как дерьмо вытекает из ворота комбинезона Уильяма. На самом деле я вижу такое впервые. Мы с Элис оставили его в прыгунках (пластиковое кольцо безнадзорности, позволяющее родителям ненадолго освободить руки) на 10 минут дольше, чем следовало, пока мы завтракали в постели. Из-за подпрыгивания у него случилось что-то вроде диареи бегуна (вспомните туалетный инцидент, произошедший с Полой Рэдклифф в 2004 году на марафоне во время летних Олимпийских игр в Афинах). У него на лице была широкая улыбка, когда он прыгал вверх-вниз, расплескивая дерьмо внутри дорогого комбинезона с динозаврами, подаренного ему бабушкой и дедушкой. Семь влажных салфеток и один чистый наряд спустя Уильям снова идеально свеж. Думаю, таким он пробудет не больше часа.
Вторник, 8 января
— Вы можете мастурбировать?
Мой вопрос прозвучал так же неловко, как случайный «нежданчик». Джордж смотрит в пол с сосредоточенностью спринтера на стометровке в ожидании команды «марш».
— Наверное.
Бедный парень, это не ответ. Я незамедлительно снова протаскиваю его по раскаленным углям.
— Наверное?
Я жду, начиная терять терпение. Это бинарный вопрос: ты либо можешь это делать, либо нет. Он кивает. Я киваю в ответ в знак мужской солидарности, но решаю не поздравлять его с тем, что у него получается передернуть. Джордж, который в сорок один год находит такие вопросы неприятными, наконец поднимает глаза и встречается со мной взглядом. Я улыбаюсь и бросаю в него еще один вопрос о пенисе:
— Вы когда-нибудь просыпаетесь утром с эрекцией?
Похоже, Джордж успешно пробежал стометровый отборочный этап и теперь опять стоит на старте, уставившись в землю.
— Я не обращаю внимания на такие вещи.
А вот это, мой друг, ерунда. Каждый мужчина, который просыпается утром с эрекцией, обращает на нее внимание. Господи, это же как утреннее приветствие! Кроме того, ты не сможешь пописать, не поработав над углом. Я убеждаю его подумать получше. Наконец он кивает. Я киваю в ответ. Боже, как это сложно. Я откидываюсь на спинку кресла и показываю ему анатомическое строение пениса из картинок Google (я очень тщательно подбирал слова, когда вводил запрос). Затем я объясняю ему, как происходит эрекция: кровь приливает к его пенису, он увеличивается в размере, и кровь задерживается в нем на какое-то время. Каждый раз, когда я употребляю местоимение «ваш» относительно пениса, он морщится, а я смеюсь про себя.
Одному пациенту я много раз объяснял, что у него болит колено, потому что он весит 127 кг. Но он так и не начал заниматься спортом.
Завершив объяснение, я перехожу к психосексуальным вопросам и говорю, что ему требуется либо физическая (тактильная), либо психологическая (визуальная) стимуляция, чтобы кровь притекла к пенису. Он снова кивает, и язык его тела говорит мне, как сильно он ненавидит этот разговор.
Джордж обратился ко мне с распространенной проблемой: долгое время он был вне игры, но недавно у него появилась девушка. Когда они собирались впервые заняться сексом, у него ничего не вышло. Он убедил себя, что у него эректильная дисфункция, и, войдя в мой кабинет, сказал, что его пенис сломан.
Заполнив карту и завершив школьный урок анатомии, я высказываю ему свои мысли. Во-первых, объясняю Джорджу, что технически сломать пенис невозможно, потому что в нем нет костей (однако я предупреждаю его, что если согнуть пенис слишком сильно, можно разорвать кровеносные сосуды внутри). Во-вторых, я говорю, что если у него есть эрекция во время мастурбации и по утрам, то с кровоснабжением пениса все в порядке. Он кивает, но отводит взгляд. То, что мы снова говорим о его пенисе, ужасно смущает Джорджа.