Макс Мах – Волк в овчарне (страница 50)

«Надо валить урода», - решил Эрвин, и однажды в начале мая, подловив Квиррелла в пустом коридоре, вогнал ему в голову с полдюжины ледяных ножей.

Атаковал сзади с дистанции в десять метров, и лед бросал сильно и так быстро, как только мог. Квиррелл погиб на месте, и тогда Эрвин, с одной стороны, уверился в своей правоте, а с другой, понял, как вышло, что уничтоженный десять лет назад Волан-де-Морт, вернулся в мир людей. Он увидел, как из раздолбанной головы Квиррелла с воплем вырвался сгусток черного дыма в форме жуткого человеческого лица.

«Н-да, дела… - покачал Эрвин головой. – Эдак он может снова вернуться… И, возможно, не раз…»

Поспешно покинув место преступления, Эрвин отправился к себе в комнату. Он знал, что следов льда никто обнаружить не сможет, и значит, версия будет одна: многочисленные раны, нанесенные острым предметом. Скорее всего, ножом.

***

За завтраком Эрвин подошел к столу Слизерина и, вежливо откашлявшись, - привлекая к себе этим внимание, - обратился к обернувшейся к нему Белле:

- Леди Блэк, мне срочно нужно переговорить с вами по крайне важному и неотложному делу. Могу я попросить вас задержаться на пять минут после того, как вы завершите трапезу?

- Можете, - благосклонно кивнула девочка. – Я скоро освобожусь.

Освободилась она как раз через пять минут, и уже вскоре они стояли в нише за очередной статуей богом забытого волшебника.

- Что случилось?

- Кое-что важное, и мне надо получить от тебя ответы на два чрезвычайно важных вопроса, - ухмыльнулся Эрвин, подозревая, что именно скажет девочка в ответ.

- Даже так? – подняла она аккуратную бровку. – Если эти вопросы, «любишь ли ты меня, Белла» и «пойдешь ли ты за меня замуж», то шел бы ты лесом, Бойд.

- Эти вопросы я задам тебе в следующий раз, но в лес сейчас не пойду, потому что есть дела поважнее.

- Тогда, спрашивай, - предложила Белла.

- Как отнесется твоя бабушка к просьбе о срочной встрече? – спросил Эрвин.

- Без объявления повестки? – уточнила Блэк.

- Да, именно так, - подтвердил Бойд.

- Если я попрошу, то благосклонно, - покрутив эту мысль в голове, через минуту ответила девочка.

- Отлично, - кивнул Эрвин. – Значит в это воскресенье.

- Хорошо, - согласилась Белла. – Я ей напишу. Но ты точно не будешь просить у нее моей руки?

- Я дал слово.

- Я должна была удостовериться, - чуть пожала плечиками девочка. – Каков твой второй вопрос.

- Заинтересована ли леди Вальбурга в том, чтобы достать из узилища ее старшего сына?

- Ты знаешь, как устроить побег? – сразу же спросила Блэк.

- То есть, положительно?

- Ну, а ты, как думаешь?! Это же ее сын. Мне, конечно, жаль Поттера, но вытащить дядю из тюрьмы было бы просто замечательно!

— Это только твое мнение? – задал Эрвин уточняющий вопрос.

- Считай, что это позиция дома Блэк.

- Тогда, организовывай встречу.

- Мне не расскажешь?

- Услышишь вместе с леди Вальбургой, а здесь слишком много лишних ушей.

И в самом деле, он уже и так привлек к ним никому ненужное внимание, да и вопросы, которые он задал девочке, могли раскрыть интригу раньше времени. Мало ли кто какими способностями обладает. Может быть, в замке есть волшебники, способные подслушивать на расстоянии. Поэтому лучше не рисковать, и рассказать историю Вальбурге и Белле у них дома.

Так, собственно, и произошло. В воскресенье они очередной раз удрали из замка, и уже через полчаса были на площади Гримо. Дом Эрвин сам увидеть не мог, поэтому Белла провела его к двери, держа за руку. Внутрь дома, впрочем, тоже. В прихожей было мрачновато, но по-своему красиво. Магическая готика, черное резное дерево, потемневшее серебро, покрывшаяся зеленоватой патиной бронза. Легко было догадаться, что дело не в заброшенности, а в стиле, ну или в магии. У них в замке тоже была пара таких мест, где серебро и бронзу не чистили, потому что это могло изменить магические константы этих помещений. И переделывать что-либо было поздно, так в свое время построили, так тому теперь и быть.

Поднялись по деревянной лестнице на второй этаж, прошли в небольшую элегантную гостиную-кабинет. По-видимому, по каким-то своим причинам Вальбурга не хотела работать в кабинете главы рода. Поэтому в интерьер французской гостиной, оформленной в стиле Ар-деко, был изящно вписан небольшой секретер, выполненный, как и рабочее кресло, в том же стиле. Вальбурга сидела в кресле, а на небольшой столешнице перед ней лежали пергаменты и стоял письменный прибор из агатовой яшмы.

- Леди Вальбурга! – поклонился Эрвин.

- Бабушка, - присела в неглубоком книксене Белла.

- Милорд, - улыбка чуть тронула губы этой все еще красивой, но несколько увядшей женщины. – Бел! Вы желали со мной встретиться, лорд Бойд?

- Да, мадам, - подтвердил свое намерение Эрвин. – Суть дела в том, что я случайно стал обладателем небесспорного, но очень сильного аргумента в пользу того, что ваш старший сын невиновен. Вероятность того, что он предал Поттеров крайне мала, и я могу это доказать.

- Весьма решительное заявление, - улыбка исчезла с губ женщины. – Расшифруете?

- Разумеется, - кивнул Эрвин. – Но у меня есть условие. Доказательство невиновности вашего сына, миледи, идет вместе с весьма конфиденциальной информацией личного толка. Я бы просил использовать эту информацию со всей осторожностью, какая только возможна. Впрочем, думаю, вы и сами не захотите публичности в этом вопросе.

- О чем идет речь?

- Гарри Поттер является Поттером по матери, а не по отцу, поскольку его отец ваш сын Сириус Блэк.

- Да, это… - женщина была ошеломлена, и не находила слов.

- Хочешь сказать, он мой кузен? – а вот у Беллы слова нашлись. У этой девочки была весьма крепкая психика или, как говорили в Гардарике, крепкий желудок.

- Да, Белла, - подтвердил Эрвин. – Вы близкие родственники.

— Это можно проверить зельем Родства, - наконец отмерла леди Вальбурга. – А как об этом узнали вы, милорд? Факту родства есть объективное подтверждение?

- Да, миледи. Факт того, что отцом Гарри Поттера является ваш сын подтверждается текстом сопроводительного письма к завещанию Карлуса Поттера. Письмо написано его собственной рукой и собственноручно подписано одновременно с завещанием. Вторым документом являются личные дневники Лилиан Поттер, в которых неоднократно упоминается тот факт, что Сириус Блэк является отцом Гарри Поттера и что он осведомлен об этом. И более того, ваш сын заботился о безопасности своей женщины и их общего сына и готовил их бегство, но, по-видимому, просто не успел.

— Это невероятно, но если так… Вы правы, милорд, вряд ли отец стал бы предателем своего сына. Хотя в истории разное бывало, но все-таки, ссылаясь на факт их родства, можно инициировать пересмотр дела. В особенности, если требование об этом будет исходить от самого Гарри Поттера. Он готов?

Ничего удивительного в том, что Гарри загорелся идеей вытащить Блэка из тюрьмы, не было и, если подумать, не могло быть. Порядочный человек в любом случае не остался бы равнодушным к судьбе отца, - а Гарри вырос хорошим человеком, - но у Поттера имелись и другие побудительные мотивы, чтобы помочь Сириусу.

- Леди Вальбурга, - озвучил эти причины Эрвин, - вы должны понять, что Гарри вырос в убеждении, что у него нет иной родни, кроме маглы – сестры его матери. Однако теперь выясняется, что у него есть отец, бабушка и настоящая кузина, то есть, дочь его дяди, а не третья вода на киселе, как, например, Малфой или Тонкс.

- Передайте, что ему здесь рады, - тепло улыбнулась женщина, в почти потухших глазах которой неожиданно зажглись звезды. - Родной внук… Надо же, как странно иногда плетутся нити судьбы, - словно бы, все еще не веря, что это правда, покачала головой леди Блэк.

- Еще один вопрос, если позволите, - спросила она после довольно продолжительной паузы.

- Куда же я денусь, миледи! – улыбнулся Эрвин.

- Как Лилиан Эванс превратилась в настоящую леди Поттер? – прищурилась женщина.

- Думаю, вы и сами уже догадались, - серьезно посмотрел на нее Эрвин. – Кажется, это возможно сделать, обменяв одну кровь на другую. В данном случае кровь Эвансов на кровь Поттеров.

— Это темная магия, - осторожно заметила Вальбурга.

- Да, миледи, я догадываюсь. – подтвердил ее предположение Эрвин.

- Но вас это не смущает?

«А вот это уже обо мне, - понял он. – Прощупывает почву, явно начала прикидывать, не сгожусь ли я Блэкам, как жених Беллы…»

- Почему это должно меня смущать или возмущать? – перекинул он мяч Вальбурге. - Но я понял ваш вопрос, миледи. Ответ прост, но я бы просил не афишировать этот факт. Мы, Бойды, ни разу не светлые, но о своем знакомстве с тьмой никогда не распространялись в публичном пространстве и продолжим молчать. В Шотландии и отчасти в Уэльсе быть темным магом проще, чем в Англии. Ирландия… Честно сказать, я плохо знаю ирландцев, но думаю, они тоже не блистают белизной своих одежд. А что касается Поттеров, нам знаком результат, однако, мы не знаем, что там произошло на самом деле. Живых свидетелей и участников ритуала не осталось… И обвинить в применении запретной магии уже некого. Это, если я не ошибаюсь, относится к пункту пятьдесят третьему Кодекса о запретных искусствах: «Признание Свершившихся Фактов».

- С этим трудно не согласиться, - кивнула регент Рода Блэк.