Макс Мах – Исход неясен III (страница 43)
«Только бы была жива, — взмолилась Лиза, переступая через обломки стены, — а по заднице за то, что жизнью рисковала, я ей потом вломлю! Только пусть окажется жива!»
Интуиция не обманула. Зрелище, открывшееся перед Лизой, когда она, миновав проем в стене, оказалась в ротонде Салазара, было, что называется, не для слабонервных. Разрушенные колонны, частично обвалившийся потолок, разметанные и все еще кое-где продолжающие гореть остатки баррикад, не успевшая осесть поднятая взрывом пыль, и чад, поднимающийся из-под завала, образовавшегося на месте главной слизеринской лестницы. Однако главным было не это, и даже не следы адского пламени на граните и мраморе. Главным были тела, разбросанные тут и там по всей ротонде. Несколько ребят были явно мертвы, но убил их, судя по всему, не взрыв. Они погибли раньше, пораженные боевыми проклятиями, два из которых Лиза узнала по оставленным ими поражениям.
Чем убили остальных, так сразу и не скажешь, но, учитывая то, что увидела Лиза, пройдя в ротонду, пожиратели ни в чем себя не ограничивали. Они разили без жалости, применяя самые отвратительные черные проклятья, и они явно побеждали, оттого Эрмине и пришлось скастовать
— Как она? — Лиза подошла к сестре и присела на корточки рядом с колдующим над Эрми Поттером.
— Не знаю! — зло ответил парень, даже не посмотрев на Лизу.
— Излагай! — Когда она этого хотела, Лиза могла быть весьма убедительной. Поттер даже вздрогнул и, оторвавшись на мгновение от своей девушки, быстро взглянул на Лизу. Взгляды их на мгновение встретились, и тогда Гарри вздрогнул снова.
— Магическая кома, я думаю, — выдавил он из себя буквально через силу. — Она без сознания… Пульс нитевидный… Тонус мышц низкий… Температура тридцать пять и три… Я сделал ей инъекцию Essentia vitae, закапал в глаза по три капли
«По-видимому, ничего, — тяжело вздохнула Лиза. — Во всяком случае не здесь, не сейчас и не ты, Гарри. Эрмине нужен целитель, да и не ей одной, но где же его взять?!»
— Спасибо, Поттер, — сказала она вслух. — Ты молодец. Побудь пока с ней. Хорошо?
— Куда ж я денусь…
Лиза кивнула и бросила быстрый взгляд на Драко. Леди Эванштайн как раз подложила ему под голову свернутую мантию и, кивнув сменившей ее Мэгги Дрейер — семикурснице из Дома Годрика, перешла к другой группе. Там профессор Герметикус Купрум перевязывал раненого в грудь Раферти Бредалбейна, а рядом с ними лежала, ожидая своей очереди еще одна семикурсница с Гриффиндора. Корнелия Мар была ранена какими-то
— Как там Малфой? — спросила Лиза, притормозив рядом с ней буквально на пару мгновений.
— Сильное истощение, — ответила профессор, не оборачиваясь. — Сейчас он просто спит.
«Уже хорошо!» — кивнула мысленно Лиза и пошла дальше.
Ее интересовала лестница на первый этаж, откуда вполне можно было ожидать новой атаки. А капризы Гарриковой мамы ее не очень-то и волновали. Дама изволила сердиться на всех Энгельёэнов сразу, хотя наверняка не смогла бы, — спроси ее кто-нибудь об этом прямо, — объяснить причину своего недовольства. Если кто и был виноват в том, что она практически потеряла Гарриет раз и навсегда, то только Дамблдор и в какой-то мере, наверное, сама Леди Эванштайн. Лиза знала эту историю во всех подробностях и полагала, что имеет право и судить, и обвинять.
— О! — сказала незнакомая девочка, стоявшая на середине лестницы. — Кажется, вы вовремя. У нас гости…
Эпизод 4: Берег Черного озера, 4 ноября1995 года
Черт его знает, как их занесло на берег Черного озера, но это случилось. Возможно, что все дело в том, что сражение такого масштаба чем-то напоминает море с его приливами и отливами и, разумеется, со скрытыми под его поверхностью течениями. Наверное, такое случалось и у маглов в те времена, когда они сражались мечами и копьями. Иначе как объяснить все эти нежданные встречи, случавшиеся на протяжении веков в ходе самых кровопролитных сражений. А ведь в них временами участвовали десятки тысяч воинов. И тем не менее, встречались, словно так и надо, друзья, не знавшие, что сражаются в одной и той же армии, и враги, и в самом деле, жаждавшие встретиться на поле брани или, напротив, не чаявшие столкнуться друг с другом там, где сражаются тысячи и тысячи бойцов. Братья, разнесенные вихрем войны по разные стороны баррикад, отцы и сыновья, мужья и жены, короли и простые ратники, лорды, наемники и случайные неудачники.
В общем, как ни пытались они оставаться в тени и не привлекать к себе чужого внимания, выходило это у них отнюдь не всегда. То одно, то другое, то третье, и вот уже невидимое, но ощущаемое на уровне интуиции течение, протащив их через все кипевшее вокруг замка сражение, выбросило наконец их странное трио на берег озера. Не сразу и не вдруг, столкнув между делом с парочкой хорошо известных Анне пожирателей, — ими оказались Малькольм Селвин и Гектор Бёрк, — и с несколькими друзьями и соратниками, с той же Леди Боунс, например, или Тедом Тонксом. Тонкса прикрыл Малфой, Амелию поддержал «огнем» Блэк, а Бёрка и Селвина убила сама Анна. Они оба когда-то дружили с Люциусом, а с Сириусом так и вовсе сидели в Азкабане в соседних камерах, так что грузить совесть своих близких, — а оба они были ей пусть и по-разному, но близки, — кровью небезразличных им людей она попросту не хотела. Ей же оба-два были никто и звали их никак. Просто враги, которых следует помножить на ноль. Что же касается Амелии и Теда, то Анне оставалось лишь радоваться, что оба они все еще живы и находятся сейчас здесь. Они сами и следующие за ними люди были отнюдь не лишними в этом месте и в это время. Они, что называется, отвлекали огонь на себя, не позволяя подкреплениям пожирателей прорваться в замок, где и без них, судя по всему, было более, чем жарко. Там уже минут двадцать, как шел яростный бой. Отчаянный, беспорядочный, такой, в каком не берут пленных и никого не щадят. Но ни Анне, ни ее спутникам думать о своих детях сейчас было нельзя. Помочь им напрямую они не могли, а для переживаний у них не было ни времени, ни места. Они находились на периферии ожесточенного сражения, и должны были, — хотят или нет, — оставаться тут до тех пор, пока Темный Лорд не решит, что пришло его время. Ради этого они и кружили по окрестностям Хогвартса, вступая в схватки лишь в тех случаях, когда попросту не могли поступить иначе.
Вообще, это был крайне болезненный вопрос: когда их непосредственное участие в бою было действительно необходимо? Не говоря уже о том, что определить это самое «необходимо» было крайне сложно. Вокруг них и рядом с ними, — иногда всего лишь в метре-двух от прячущегося в тенях трио, — люди сражались и умирали. Смерть была повсюду, но в большинстве случаев Анна и ее спутники должны были держать свои нервы в узде, — и, разумеется, держали, — потому что необходимо было сохранить силы для главного сражения этой ночи. Но, экономя силы, в одном случае, они все-таки тратили их в другом, потому что гораздо проще сказать себе «
«И отправить их туда — наш священный долг!»
Получилось несколько высокопарно, но зато верно по существу. И вот ведь ирония судьбы, едва Анна додумала эту мысль, как боги решили проверить ее вшивость. Чуть в стороне от их маршрута в серебряном сиянии искусственных солнц возникли вдруг именно те, о ком она только что подумала. И это были отнюдь не рядовые пожиратели, а боевая звезда, состоявшая из фигурантов Красного списка Спецотдела Аврората. Палач Ипсвича — Роберт Примроуз, убийца Бенджамена Фенвика[11] Томас Глабб, сильно постаревший бывший лидер молодежного крыла Вальпургиевых рыцарей Уильям Уайтлок, давняя любовница Темного лорда, — в те времена, когда он был еще полукровкой Томом Редлом, — Грэйс Абердин-Лестрейндж, и внучка Торкуила Трэверса[12] Присцилла Трэверс. В общем, «лучшие люди с Той стороны баррикады». Анна узнала их всех с первого взгляда, но и они, видевшие сквозь морок, сразу же узнали ненавистную им Леди Энгельёэн и заочно приговоренных к смерти предателей «