Макс Львов – Пророческий этюд (страница 14)

– Пусть ещё немного потомится. Иди умывайся, как раз и ужин подоспеет. Что? – Лисичка, как называли её Кир и ребятня, удивлённо подняла брови вверх и улыбнулась. – А, ты про рыбу. Её малышня принесла. Говорят, их угостили.

– Угостили? Кто? – нахмурился Птенец. Он уже давно потерял веру в человеческую доброту и к подобному относился с большой осторожностью.

– Не переживай, Кир. Их угостила тётушка Рина. Она часто подкармливает ребятню, – поспешила успокоить друга Лисс. Слишком уж хорошо она его знала.

– Да? Ну ладно. При случае отблагодарю её, – в голосе Птенца ещё были слышны нотки недоверия. – Кстати, где они?

Его не переставала удивлять эта черта Лисички. Она всегда хотела видеть в людях только хорошее, порой напрочь игнорируя всю их внутреннюю грязь. И Кир этого решительно не понимал. Тем более он не мог понять подобного человеколюбия в своей подруге, которую он лично выкрал из одного дешёвого борделя, куда её продал собственный дядюшка за пару серебряных грэнтов. Спасибо хоть Старик подсобил с наводкой, иначе Лисс бы наложила на себя руки.

После того случая она была всё той же неунывающей Лисичкой, вот только из её глаз навсегда пропали непоседливые бесенята. И теперь она практически не покидала их дома.

Да. Дома.

Кир обвёл взглядом кухню и взъерошил свои волосы. А ведь неплохо они устроились! Вот так, находясь внутри, и не скажешь, что живут в канализации. Кухня как кухня: серые стены, добротный стол и печь да несколько лавок. В соседней каморке за стеной бьёт небольшой родник с чистой ключевой водой. Чуть дальше и выше расположились их личные комнаты, причём у каждого своя! С кроватями и набитыми свежей соломой матрасами. Разве что братья делили одну большую комнату на двоих. Но им и исполнилось-то всего по девять зим.

Летом в катакомбах было прохладно, а зимой, напротив, тепло. Особенно в этом помогала добротная печь, дымоход которой терялся в одной из куч мусора. Дома было достаточно светло, так как в одной из комнатушек находился нимродский механизм. Нужно было лишь раз в седмицу крутить тяжёлую рукоять, и размещённые на стенах кристаллы будут обеспечивать тебя мягким, приятным светом.

Откуда всё это добро в обычном подземелье, Кир не знал, но Старик как-то обмолвился, что над их жилищем ещё в начале эпохи войн жила какая-то важная шишка. Брешет, наверное! Птенец не верил, что всё это могло сохраниться почти две тысячи лет. Но как бы там ни было, а жили они очень недурно, по меркам Чёрных камней, конечно же.

Но что было самым важным, так это то, что, не зная точного пути, ты ни за что не попадёшь сюда самостоятельно. Слишком уж непрост переход во мраке лабиринта катакомб. Кир понятия не имел, как Старик нашёл это место, а тот не торопил вносить ясность в этом вопросе. Он вообще был немногословен.

– Пошли отрабатывать добычу. Вот-вот должны вернуться. Ну что опять? – Лисс снова наткнулась на тяжёлый взгляд друга. – Ну, брось, братец! Это же тётушка Рина! Я её с детства знаю. Ну, натаскают они ей воды домой, да ещё чем по хозяйству помогут. Лучше расскажи, как у тебя всё прошло. Получилось?

Птенца этот ответ, кажется, удовлетворил, и он наконец улыбнулся.

– О да! Сейчас вернусь и всё обязательно расскажу, сестрёнка!

Искупавшись в ледяной воде, босяк сел на лавочку и принялся за изложение своих утренних приключений. Он говорил и сам не верил в то, что это действительно происходило с ним на самом деле. Слишком уж всё было необычным.

Лисс внимательно его слушала, иногда кивая, иногда смеясь. Когда Птенец замолк, она достала из печи пузатый котелок и разлила по трём деревянным мискам исходящую паром похлёбку.

– Кстати, боюсь сглазить, но, кажется, я нашёл работу. Представляешь?! Самую настоящую работу! – от вкусного аромата в животе у босяка громко заурчало, и он только сейчас вспомнил о том, что ничего не ел со вчерашнего вечера.

– Правда? – Лисичка положила на стол три ложки.

– Ага. Том пообещал поговорить с отцом. Он сказал, что в их деле не помешает человек, который знает, с какого конца браться за кисть, – важно сказал Птенец.

Лисс тепло улыбнулась, обошла стол и обняла босяка.

– Ты у нас большой молодец, Кир, – прошептала она ему на самое ухо. – Мы в тебя верим. Я в тебя верю. У тебя всё обязательно получится!

После чего Лисичка растрепала братцу ещё мокрые волосы, и, расхохотавшись, села напротив.

– Спасибо, сестрёнка! – смутился Птенец. – Только… Мне одежда понадобится нормальная. И обувь. Денег вроде должно хватить, но… Может, завтра сходишь со мной на рынок?

Он знал, как она не любит покидать их жилище, но Кир хотел побороть эту боязнь улицы и людей у Лисички, поэтому под любым предлогом пытался выманить её из берлоги. К тому же он действительно не умел подбирать одежду, и ему требовался её совет при выборе наряда. Очень уж он не хотел выглядеть глупо перед отцом Тома. Слишком много надежд он с ним связывал.

Лисс тут же посмурнела, внимательно посмотрела в глаза брата и коротко кивнула.

– Ура! – воскликнул Кир. Он вскочил со своего места, подбежал к Лисичке и порывисто её обнял. – Спасибо! Спасибо! Спасибо, Лисс! По такому поводу распечатаем кубышку и купим сладостей тебе и малышне. Это обязательно нужно отметить!

Воодушевлённый Птенец подхватил со стола миску с похлёбкой.

– Он у себя?

– Ага. С самого утра не вылезал из своей норы, – кивнула Лисичка. – Давай скорее, а то всё остывает.

Кир довольно кивнул и отправился вглубь дома.

Комната Старика находилась в самой верхней точке их жилища и являлась уже не подземельем, а скорее подвалом некогда богатого жилища. Вот только это была Серая пустошь, и выпущенная Мглой магия оставила от этого подвала лишь три более-менее уцелевших стены да часть потолка. Вместо четвёртой стены и части крыши были только груды камней и серой пыли, сквозь которые пробивались редкие солнечные лучи.

Птенец искренне не понимал, почему Старик выбрал именно это место для своей берлоги вместо куда более тёплого и уютного подземелья, но с советами к нему, естественно, не лез. Тот лишь однажды обмолвился о том, что ему нужно видеть солнце и чувствовать ветер. Зачем ему видеть солнце, если он был совершенно слеп, Кир решительно не понимал.

– Привет! Тут Лисичка ужин приготовила. Будешь?

Старик промолчал.

Он сидел на своём излюбленном старом стуле, подставив морщинистое лицо под луч заходящего солнца. Его незрячие, помутневшие глаза смотрели в одну лишь ему видимую точку, а обрамлённые редкой седой бородой губы что-то тихо шептали. Голова Старика подрагивала, отчего вихры его белокурых волос, которые выбивались из-под широкополой шляпы, плясали на укрытых плотной кожей древнего плаща сухих плечах.

Шляпа и плотный плащ. Кир мог поклясться, что ни разу не видел Старика в какой-то иной одежде. Без одежды он его, впрочем, тоже не видел.

– Ну, я тогда тут оставлю, хорошо?

Не дожидаясь ответа, он ногой пододвинул к Старику табуретку и поставил на неё миску с похлёбкой. Тот медленно поднял крепкую руку, между узловатых пальцев которой была зажата курительная трубка с длинным тонким мундштуком, неспешно затянулся и выпустил облако вонючего дыма.

– Ну, бывай, Старик. Как вернёшься, я приду. Нужно поговорить.

И Кир заспешил обратно на кухню. К странностям этого человека он давно привык и прекрасно знал, что, когда он в таком состоянии, его не дозваться никакими способами. А вот еда действительно может остыть.

– Ты куда-то собрался? – спросила Лисс, после того как опыхивающийся после плотного ужина Кир поднялся и действительно начал собираться.

– Да. Меня какого-то Падшего хочет видеть Большой Бо.

– Может, не стоит идти на ночь глядя?

– Нет, Лисс. Лучше решить этот вопрос сразу. У меня нет перед ним никакой вины, поэтому всё будет хорошо. Я с ним нигде не пересекался. Не переживай!

– Хорошо, Кир, – Лисичка никогда не спорила с братом. Помочь советом могла, но окончательное решение всегда оставалось за ним. – Будь осторожен!

– И ещё, Лисс… Когда вернётся малышня, не говори им о завтрашних планах. Хочу, чтобы это стало для них неожиданностью.

Лисичка улыбнулась и кивнула. Кир чмокнул её в щеку и скрылся во мраке катакомб.

Птенец знал, что вечерами Большого Бо можно найти в его игорном доме, дорогу к которому он, естественно, тоже знал. Не сказать, что он находился далеко от Серой пустоши, но расстояние в Чернокамье – штука очень относительная. Особенно вечером, когда на грязные улицы выбирается всякая шваль.

Поэтому Кир шёл к месту встречи пускай более длинными, но более безопасными улочками. Благо Падший на сегодня, кажется, исчерпал весь свой запас козней и пакостей, и Птенец благополучно добрался к нужному ему зданию ещё до прихода сумерек.

– Ты ошибся, малец? Тут не подают! – лениво произнёс здоровенный детина, перегородивший своей тушей проход внутрь.

Одет он был в модную нынче кожаную жилетку на голый торс и кожаные же штаны. На поясе громилы висела обитая стальными полосами короткая дубинка из плотного дерева. И, судя по тому, как была отполирована рукоять этого оружия, пользоваться он им умел и делал это с большой охотой.

– Я к Большому Бо. По делу. – Кир постарался ответить максимально нейтральным тоном, чтобы не спровоцировать конфликт.

– С каких это пор Бо ведёт дела с сопляками? У тебя хоть деньги-то есть? – хмыкнул вышибала.