Макс Львов – Физик: Тёмные тропы (страница 2)

– У нас ещё есть время, – посмотрел на приятеля Мишико. – Ты очень точно подметил. Борьба добра и зла. Свет и тьма. Одарённые силой Создателя против приспешников жутких демонов. Тебе не кажется это странным, Вел?

– Слишком уж складно звучит, – ухмыльнулся демонолог.

– Ага, – блондин закончил набивать трубку и вернул кисет тёмному, – вот именно, что складно. Сдаётся мне, что всё далеко на так просто и однозначно. Зачем Ему было нужно так всё усложнять, обрекая целые поколения на служение одной из сторон? Это же лишает человека свободы выбора. Это противоречит Его воле! И к какой из них относить людей, совмещающих в себе обе грани дара?

– А смысл об этом думать? Все люди с биполярным даром гибнут при рождении, – вздохнул демонолог.– И ты забыл упомянуть ту непонятную дрянь, с которой нам здесь довелось столкнуться. Что за изумрудное дерьмо? Я прежде ни о чём таком и не слышал!

– А хрен его знает, – буркнул Мишико.– Церковь никогда не останавливалась в поисках рецепта возвращения своего величия. Видимо, что-то всё-таки откопали. Я в это никогда не вникал. Когда Создатель, уходя, хлопнул дверью, многое изменилось. Светлым и тёмным осталась в наследство лишь сырая сила. Эпоху торжества церкви сменила эпоха королей и армий. Но забыть вкус абсолютной власти для церковного ордена оказалось делом невозможным. Война с ковеном шла, скорее, по инерции. Основной задачей был поиск возможности вернуть всё вспять. Что же до одарённых обеими сторонами дара… Тут ты ошибаешься, мой друг.

– То есть? – вопросительно посмотрел на паладина мастер тьмы.

– Искра увлекалась историей ордена, – немного подумав, произнёс Мишико.– Во время учёбы она часто пропадала в монастырской библиотеке, выискивая всё, что связано с паладинами. Так вот, как-то раз она мне поведала об одном интересном факте. Во многих летописях славных времён упоминалось одно имя. Отец Гривел.

– Настолько важная шишка? – Вел вновь окутал себя сизым облаком дыма.

– А вот тут непонятно, – покачал головой паладин.– Ни в одной из записей не упоминается то, какую должность он занимал. Известно лишь то, что старик не занимался обучением молодняка. Хотя от этого не смели уклоняться даже настоятели ордена. Старика весьма почитали. Вся верхушка ордена регулярно поднималась к нему в келью испросить совета по тому или иному вопросу. И было у отца Гривела два сына. Рональд и Тори.

– Ну и что? – отмахнулся демонолог. – Обычный старикан, которого почитали в ордене за былые заслуги.

– Может и так, – согласился Мишико.– Вот только описания заслуг этого старика найти так и не удалось. И да. Его дети были одарёнными. Тори был сильным магом света. А вот Рональд, напротив, тяготел к тьме.

– Что? – удивился Вел. – Такого не бывает! В роду может передаваться лишь одна грань дара!

– Мы тоже сначала этому не поверили, – усмехнулся паладин. – Но, как выяснилось при дальнейшем изучении архивов, это правда. Свет и тьма у двух братьев. Близнецов. Более того, он был единственным тёмным, состоящим на службе в ордене. А теперь подумай, Вел. Кто может передать своему потомству обе стороны дара?

– Лишь тот, кто этими сторонами владеет в полной мере, – тихо произнёс мастер тьмы.– То есть старик спокойно себе жил со светом и тьмой в черепке?

– Да, – кивнул блондин, – последняя запись о нём сообщала, что отец Гривел покинул монастырь. Никому ничего не сообщив, он просто собрался и ушёл в снежную пустыню. Дата записи говорила о том, что до ухода Создателя оставалось ровно три дня.

– Дела-а, – протянул Вел. – А что случилось с его сыновьями?

– Тори спустя несколько десятков лет возглавил орден, – пожал плечами паладин. – Он же и объявил в последующем охоту на собственного брата, известного под именем Рудольф. Граф Рудольф.

– Вот дерьмо! – поперхнулся дымом мастер тьмы.– Ковен основал бывший паладин?! Да ещё и сын уважаемого в церковной среде хрыча-биполярника?!

– Ага, – рассмеялся Мишико.

– Дела-а, – вновь протянул Вел. – Только нам это всё равно ничем не поможет. Мы не знаем, как он это делал.

– Но, по крайней мере, мы знаем,что это возможно, – парировал паладин.

– Угу, – мастер тьмы глубоко задумался, изредка попыхивая трубкой.

Задумался и Мишико.

Внезапно Вел вскочил на ноги и выхватил нож.

Отойдя к краю защитного плетения, демонолог упал на колени и принялся остриём ножа выводить на земле сложный узор.

– Ты чего? – в недоумении посмотрел на приятеля Мишико.

– Как же там было… А, мать! Никогда не думал, что оно мне пригодится, – донеслось до паладина бормотание мастера тьмы.

Спустя пару десятков минут Вел поднялся, утёр рукавом пот со лба и критично осмотрел получившийся рисунок.

– Миш, приготовься! – напряжённым голосом произнёс Вел, поднося лезвие ножа к собственному запястью.

– К чему? – блондин поднялся на ноги.

– А хрен его знает! Я эту дрянь ещё ни разу не вызывал, – кровь щедро полилась на землю, наполняя замысловатый узор алым свечением.

Секунда. Другая.

– Спрашивай смертный! – трудно было поверить, что столь тщедушная тварь может обладать столь мощным низким голосом.

В центре узора появился гротескный, истекающий кровью, человеческий мозг. Вместо личины у демона прямо из мозговой коры торчал пучок из нескольких десятков глаз. Тварь вальяжно перебирала щупальцами, левитируя над землёй.

– Чем ты говоришь? – удивился мастер тьмы, приподняв рукой одно щупальце гостя и заглянув в то место, откуда они росли.

– Десять капель крови, напитанных тьмой! – демона поведение призывателя ничуть не смутило.

– Сколько?! – возмутился Вел. – Две! И ни каплей больше!

– Вел! – рявкнул Мишико.

– Паладин? – тварь выпучила все свои глаза на блондина.

– Кем был отец Гривел, что жил в сердце нашего ордена в те времена, когда Создатель ещё не покинул этот мир? – Мишико приблизился к демону.

– Я так давно не пробовал светлой крови, – проурчала тварь. – Ответ на этот вопрос будет стоить тебе пятнадцати капель.

Паладин молча забрал у приятеля нож и полоснул им себе по ладони. Демон тут же прильнул щупальцем к ране, мелко задрожал и закатил от удовольствия глаза.

– Достаточно! – одёрнул руку Мишико. – Я жду ответ на свой вопрос!

– Человеком! – речь демона стала менее внятной.– Он был человеком, светлый.

Паладин в изумлении уставился на тварь и начал медленно багроветь. Раздался скрежет зубов.

– Миш! Это демон познаний! Вопрос нужно задавать так, чтобы он не смог увильнуть от прямого ответа, – затараторил Вел, понимая,что сейчас может произойти.– При любой возможности он будет юлить, пытаясь заполучить себе дармовой крови!

– Ладно, – процедил сквозь стиснутые зубы блондин.– Что помогло отцу Гривелу не умереть от биполярного дара?

Демон переместил взгляд своих десятков глаз на паладина и замер.

– Это будет тебе стоить плоти, светлый! – тварь вновь задрожала в предвкушении лакомства.

– Сколько? – без малейших раздумий спросил Мишико.

– Кисть! – выпалил демон.

– Хорошо! – оскалился паладин. – Подавись!

Мишико сжал пальцы в кулак и с молодецким хэканьем вогнал его в то место, откуда у твари росли щупальца.

– У-и-и-и-и! – взвизгнул демон.

Паладин рассмеялся и, ухватившись там за что-то склизкое,влил в ладонь сырой силы света. Тварь начала светиться изнутри. Резко запахло жжёным мясом.

– У-и-и-и-и! – не унималась тварь. – Мы так не договаривались, смертный!

– Ответ! Мне нужен этот долбаный ответ, демон! – ревел Мишико.

– Сделки не было! – несколько глаз в пучке начали белеть.

– Да мне плевать! – паладин добавил ещё силы.– Ты мне всё равно ответишь на этот вопрос!

– Разделитель, чтоб тебя весь план похоти драл, светлый! – демона хватило от силы минуты на три.– Две грани можно разделить третьей! Отпусти меня уже, ублюдок!

– Что он имел в виду, Вел? – Мишико повернулся к демонологу и вытер руку о его одежду. – Что ещё за третья грань?

– Третья грань, третья грань, – задумчиво бормотал мастер тьмы и внезапно поднял глаза на приятеля. – В Астрал! Срочно!

Мишико посмотрел на упавшего на землю демонолога, потом перевёл взгляд на бьющегося об защитный купол демона со сваренными вкрутую глазами и последовал за приятелем, провалившись в мир Эменди.

– Ох-ре-неть, – выдавило из себя тёмное человекообразное облако голосом Вела.

– Ага, – подтвердило светлое облако голосом Мишико, – это точно.