Макс Корус – Глитч: Неоновые ночи (страница 2)

Кассандра повернулась к северу. Здесь всё было честно. Грязно, но честно. Люди не прятали свои истинные намерения за улыбками, не продавали пустые мечты под видом прогресса. Здесь выживали те, кто не умел проигрывать. Теперь это был её мир, суровый и не прощающий ошибок.

Она добралась до мансардного окна, заглянула внутрь. Внизу на складе уже собрались бандиты. Её взгляд задержался на балках, проходящих под потолком. Идеально. Кассандра проскользнула в окно и бесшумно спрыгнула на одну из них. Отсюда она могла наблюдать за происходящим внизу, оставаясь незамеченной. Пока что обстановка была относительно спокойной, но эта разборка не должна ограничиться словами.

Склад, где встретились банды был идеальной декорацией для будущей трагедии. Просторный и пыльный, заставленный старыми коробками и стеллажами, он был освещён несколькими мерцающими тусклыми лампами. По одну сторону стояли торговцы органами: бесстрастные, хладнокровные, будто неживые. По другую – наркоторговцы, с подёргивающимися лицами и сумасшедшими глазами.

Кассандра тихо, словно кошка, перемахнула на соседнюю балку. Она заняла место так, чтобы всё видеть и слышать, но оставаться невидимой. Это был её новый дар, который она открыла в себе после падения «Nexus Systems» – выходить сухой из воды, даже когда ты в эпицентре бушующей бури. Из прошлой жизни у неё осталась лишь одна привычка – всегда быть на шаг впереди.

В центре склада стояли лидеры. Ичи Хаяши, не отрывая глаз от своего противника, как самурай перед смертельным ударом, говорил медленно и значительно.

– Мы договорились, что поставки будут идти через наш канал, – он почти шептал, но от него веяло леденящей угрозой. – Теперь ты говоришь, что хочешь изменить условия?

Рамон Сильва отвечал ему с ядовитой усмешкой, его голос дрожал от скрытого раздражения, глаза сияли как у помешанного.

– Твой канал не так безопасен, как ты уверял, Хаяши. На моих людей напали. Потери серьёзные, – он посмотрел в сторону одного из своих подручных, который молча кивнул, подтверждая его слова. – Мы больше не можем рисковать. Нам нужны новые условия.

Хаяши прищурился, его лицо осталось безучастным, но Кассандра знала, что этот человек не терпел, когда ему перечат.

– Пострадали не только твои люди, – произнёс он тихо. – Мой сятэйгасира мёртв, потому что ты не смог защитить груз.

Рамон усмехнулся шире, обнажив зубы в хищной ухмылке. Его голос стал ещё более язвительным:

– Может, твои люди просто не умеют выполнять договорённости? – он издевательски развёл руками. – Слабые погибают первыми, разве не так ты любишь говорить? Ну вот, твой сятэйгасира подтвердил теорию.

Он бросил быстрый взгляд на своих людей, которые тихо засмеялись, подогревая накалившуюся атмосферу, и с вызовом произнёс:

– Новые условия, Хаяши. Или твой канал станет совсем бесполезным, потому что я найду себе другой. Такой, где люди знают, как работать.

– Хватит, – вмешался сайкокомон Хаяши по имени Сатору, мужчина с грубыми чертами лица и татуировкой дракона на шее. – Мы и так слишком долго терпели твои… эксперименты. От твоего «Тумана» наш район сходит с ума. Люди убивают друг друга на улицах.

– «Туман» делает своё дело, – усмехнулся Рамон. – Если не нравится – держите своих псов подальше от моих клиентов.

«Чёрные рёбра» и «Мертвецы» были врагами не только в бизнесе, но и в идеологии. Хаяши видел в преступном мире своё наследие, древнюю и священную традицию, которую нужно было защищать любой ценой. Рамон, напротив, верил, что мир меняется, и он готов был сжечь всё, чтобы построить новый порядок. Кассандре их разногласия были на руку, оставалось только выбрать момент – момент, когда всё сорвётся.

– Ты, сраный япошка, думаешь, что-то решаешь здесь? – вдруг рявкнул один из «Мертвецов», шагнув вперёд. – Теперь мы устанавливаем правила!

Хаяши не шевельнулся.

– Если бы ты хоть что-то знал об этом городе, – спокойно сказал он, – ты бы понял, что правила были установлены задолго до твоего рождения.

Кассандра спустила курок. Выстрел резанул воздух, и пламя охватило канистру с бензином.

Крики. Вспышки выстрелов. Грохот падающих ящиков. Запах горелого пороха и крови.

Кассандра лежала на балке, наблюдая, как банды рвут друг друга на части. Внизу разгорался огонь, который отражался в её холодном взгляде.

Всё шло по плану.

***

Через несколько часов после разборки склад уже был оцеплен полицейскими машинами. Яркие красно-синие огни мигали на фоне грязных стен. В воздухе витал густой запах смерти. Это была классическая сцена для северной части Киото-Паласа – слишком привычная для местных полицейских, которые деловито огораживали территорию жёлтыми лентами.

Филлип Линдберг стоял у входа на склад, лениво разглядывая развернувшуюся перед ним картину. Высокий, с короткими светлыми волосами и стальными голубыми глазами, он всегда выглядел так, словно придавал своей внешности больше значения, чем другие агенты Интерпола. Его дорогой серый костюм выглядел здесь почти кощунственно – слишком чистый для этого места, слишком европейский. Пока полицейские копошились вокруг, как муравьи, Линдберг достал портсигар, закурил сигарету и сделал глубокую затяжку. Ему не нравились такие места, но работа есть работа.

«Кажется, это уже третий подобный случай за последние два месяца, – подумал он. – Банды в северной части как крысы в клетке: рано или поздно начинают грызть друг друга до смерти».

– Линдберг, ты опять припёрся на моё место преступления, – раздался недовольный голос сбоку.

Он повернул голову. Накамура, коренастый капитан местной полиции, с вечным недовольством на лице, стоял, скрестив руки. Их отношения были напряжёнными с самой первой встречи, когда Филлип Линдберг только прибыл в Киото-Палас.

– Не обижайся, Накамура, – Линдберг бросил сигарету на землю и затушил её носком ботинка. – Но, кажется, это дело подпадает под юрисдикцию моих работодателей.

– Какое ещё дело, Линдберг? – буркнул тот. – Обычная разборка банд. Ничего интересного для Интерпола.

– Обычная, говоришь? – Линдберг прошёл мимо него внутрь склада. – Что-то не похоже.

Внутри лежали тела. Некоторые – изрешечённые пулями, другие – разрезанные, будто их потрошили уже после смерти. Запах крови смешивался с гарью.

– Что-то мне подсказывает, что здесь не обошлось без моих старых знакомых, – задумчиво произнёс он. – Я давно гоняюсь за этими ребятами, и их след тянется сюда. Это была не простая разборка. Тут происходило что-то важное.

Накамура закатил глаза:

– Ты слишком часто видишь то, чего нет, Линдберг. Может, пора вернуться в Европу, пока крыша окончательно не съехала?

Линдберг только ухмыльнулся, скрестив руки на груди. Его полное имя звучало для японцев немного экзотично: Филлип Линдберг. Он был агентом Интерпола и прибыл в Киото-Палас год назад для расследования дела о транснациональной сети торговли органами. Он знал, что многие в местной полиции не в восторге от его присутствия, особенно Накамура, который был уверен, что Интерпол лезет в дела, которые должны решать местные правоохранительные органы.

«Да, здесь точно что-то не так, – размышлял он, присматриваясь к ранам на телах. – Слишком аккуратные порезы. Кто-то поработал над трупами уже после перестрелки?»

Он присел на корточки возле одного из мёртвых – мужчины средних лет с продольным разрезом брюшной полости.

«Как будто кто-то хотел извлечь его органы на месте», – равнодушно подумал Линдберг. – «Возможно, «Чёрные ребра» вышли победителями в разборке и решили собрать трофеи?»

– Слушай, Накамура, я тут задержусь, – произнёс Линдберг, поднимаясь на ноги. – Может, твои ребята и не увидели ничего подозрительного, но я чую, что всё не так просто, как кажется.

– Делай что хочешь, – отмахнулся капитан. – Только не мешай моим людям.

Линдберг привык замечать детали, которые ускользали от местной полиции.

«Как только стрельба закончилась, эти сволочи не стали терять время». – размышлял он, оглядываясь вокруг. – «Чёрные ребра». Они всегда умели действовать быстро. Кто-то здесь явно решил, что пустить в дело убитых – лучший способ извлечь хоть какую-то выгоду из случившейся бойни».

Линдберг мысленно восстанавливал сцену: началась перестрелка, пули летали, люди падали. Но как только перестрелка прекратилась, оставшиеся торговцы органами поспешили к трупам, чтобы извлечь из них то, что могло принести деньги на чёрном рынке. Они работали быстро и чётко – такие, как они, ничего не чурались.

«Но они определённо торопились, – размышлял Линдберг, осматривая другие тела, на которых виднелись подобные порезы, но менее аккуратные. – Возможно, боялись, что полиция нагрянет раньше, чем они успеют завершить дело. Нет, что-то здесь не так…»

В дальней части склада его внимание привлёк убитый с татуировкой дракона на шее, татуировкой сайкокомона. Из внутреннего кармана его пиджака торчали провода. Линдберг подошёл ближе, присел рядом на корточки и вытянул провода. Они были подключены к какому-то девайсу, и выглядели как будто их выдернули в спешке, а это было странно. Почему «Чёрные ребра» оставили труп одного из руководителей организации на складе, если успели до него добраться после перестрелки и даже проверить устройство?

«Так, так, так, – мысленно подметил Линдберг. – Сдаётся мне, до носителя данных сайкокомона был охоч кто-то другой. Здесь был кто-то ещё».