Макс Корус – Глитч: Неоновые ночи (страница 11)

Кассандра подняла глаза, тут же отбрасывая донимавшие её мысли.

– Что за заказ? – сухо спросила она.

Юко на мгновение замялась, прежде чем ответить:

– Нужно вытащить человека из тюрьмы Хигаши-Мори.

Кассандра медленно отложила планшет. «Это что-то новенькое», – пронеслось у неё в голове.

– Заказчик?

– Без понятия, – ответила Юко. – Заказ анонимный.

– Анонимный? – Кассандра нахмурилась. – Ты смогла пробить хоть что-то?

Юко отрицательно покачала головой и посмотрела на Кассандру с лёгкой досадой.

– Нет, ничего. Он использует зашифрованные каналы, ни малейшего намека на его личность. Я перепроверила через несколько своих источников, но всё глухо. Никаких следов в сети не оставляет.

Кассандра сомневалась. Анонимные заказы всегда были сложными, но этот… вытащить человека из тюрьмы? Таким они ещё не занимались.

– Что ещё в деталях заказа? – спросила она, чувствуя, как внутри нарастает неприятное предчувствие.

– Всё довольно просто на словах, – Юко подошла к своему компьютеру и открыла страницу с данными. – Ну, насколько это возможно, когда дело касается побега из тюрьмы. Нужно взломать систему охраны, проникнуть внутрь и вытащить заключённого номер 184-43. Его фамилия – Лурье.

– Лурье? – Кассандра перебирала в голове возможные связи, фамилия показалось ей смутно знакомой. – Кто он?

– Это самое странное, он никто, – Юко вывела на экран короткую справку. – Простой обывала, который подсел на «Туман» и прирезал своего барыгу. Отбывает срок за убийство.

Кассандра встала с кресла и подошла к экрану, вглядываясь в его лицо. Что-то в этой фамилии начинало смущать её всё больше.

– Это похоже на подставу, Юко. Если заказчик не раскрывает себя и организует такую крупную операцию ради какого-то наркомана – значит, он что-то скрывает. Побег из тюрьмы? Самое рискованное, что нам когда-либо предлагали.

Юко кивнула:

– Я согласна, но, Касс, сумма, которую нам предлагают… она просто сумасшедшая.

Кассандра на мгновение замерла, прислушиваясь к тому, что никогда не подводило – к выработанному годами инстинкту выживания. «Большие деньги никогда не приходят просто так. За ними всегда следует чей-то шёпот в темноте, чей-то ствол за углом. Особенно если дело касается тюрьмы – там каждая мелочь может обернуться катастрофой. Риск возрастает вдвое, если не втрое».

И всё же искушение было слишком велико. «Действительно большие деньги могли бы изменить многое. Дать шанс уйти на покой – не сейчас, но скоро. И не только себе. Юко тоже. Девочка могла бы вырваться из этого мрака». Кассандра позволила себе на секунду представить их в другом мире, где не нужно постоянно оглядываться через плечо.

Но фантазии быстро рассыпались, уступая место реальности. «Деньги – это не свобода. Это просто новая клетка, только с позолоченными прутьями».

– Сколько? – сухо спросила она.

– Полмиллиона долларов, – голос Юко едва сдерживал волнение. – Наличкой, аванс – треть суммы.

Кассандра рассмеялась, но без радости.

– Полмиллиона за какого-то заключённого? Даже за убийство топ-менеджеров корпораций вряд ли столько дают. Почему он так важен?

Юко пожала плечами.

– Я не знаю. Кто-то хочет его вытащить, и очень сильно.

– Ты понимаешь, во что мы ввязываемся? – Кассандра заговорила, нарочито подчеркивая слова. – Это не рядовой заказ на сбор данных или взлом системы. Мы говорим о проникновении в государственное исправительное учреждение. И если нас поймают…

Юко вздохнула:

– Я знаю. Но у нас ведь уже был опыт работы с подобными системами защиты. Ты сама говорила, что нет непреодолимых барьеров. К тому же, провернув эту операцию… Мы могли бы сделать себе имя.

Кассандра смотрела на неё, а внутри боролись две противоположные силы – её инстинкт выживания, который буквально кричал, что соглашаться нельзя, и азарт, который был слишком силён, чтобы его подавить. Полмиллиона долларов. Это решение могло бы изменить всё.

– Ты уверена, что готова к такому? – спросила она, всё ещё сомневаясь.

– Да, – уверенно ответила Юко. – Я уже начала искать слабые места в их системе. Не знаю, как тебе, а мне бы такая сумма определённо не помешала.

Кассандра глубоко вздохнула и провела рукой по волосам.

– Ладно. Мы возьмём этот заказ. Но одно условие – если что-то пойдет не так, мы уходим. Никаких геройств, никакого риска ради принципов. При малейшем признаке опасности мы исчезаем. Ясно?

Юко кивнула.

– Ясно.

Кассандра отвернулась, её взгляд устремился в окно. Всё вокруг было окутано туманом неопределённости, но она знала одно – деньги всегда были лучшим стимулом. А риск… ну что ж, риск был частью их работы.

***

Линдберг ввалился в бар, стряхивая с плаща дождевые капли. Место, как и все другие, где они встречались, было тихим, с приглушённым светом, изрядно потрёпанной мебелью и не менее потрёпанными клиентами. Он обвел взглядом помещение и заметил Дзина в дальнем углу за стойкой – тот по привычке прятался в тени.

– Хлебни виски, угощаю, – бросил Линдберг вместо приветствия, поднимая два пальца в сторону бармена.

Дзин покосился на него, но не ответил, нервно покручивая пустой стакан. Как только бармен принес два виски, Линдберг без церемоний поставил один перед Дзином и плюхнулся на стул рядом.

– Ты слишком напряжён для человека, который якобы не боится говорить о своих «бывших друзьях», – произнёс Линдберг, наклоняясь вперёд и делая глоток из своего стакана.

Дзин залпом опрокинул угощение, а потом снова уставился в столешницу.

– Я здесь не для того, чтобы обсуждать мои проблемы с нервами, – пробормотал Дзин. – Что тебе нужно?

Линдберг сделал очередной глоток:

– Ах, Дзин, не будь таким серьёзным. Тебе не приходило в голову, что я мог просто соскучиться по нашим дружеским посиделкам? Ну ладно, раз ты так настаиваешь… – он поставил стакан на стойку с громким стуком. – «MedUnlimited».

Дзин вздрогнул, и его лицо побелело. Линдберг мгновенно уловил перемену настроения своего информатора.

– Ну, что такое, Дзин? У тебя такое лицо, будто я только что произнёс заклинание смерти. Неужели ты настолько боишься?

Дзин не отвечал, глядя на Линдберга со страхом в глазах. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого просто сглотнул. Линдберг медленно облизнул губы, видя, как страх буквально парализует его информатора.

– Ты слышал меня. «Чёрные Ребра». «MedUnlimited». Я знаю, что они сотрудничают, и я хочу знать подробности, – Линдберг поднял бровь. – Неужели мои источники ошиблись?

Дзин в ответ выдавил слабую, почти болезненную усмешку.

– Линдберг… ты понятия не имеешь, во что ты лезешь, – прошептал он, словно боялся, что кто-то в баре подслушивает. – Это… это слишком опасно.

– Слишком опасно, говоришь? – Линдберг наигранно задумался, поднимая стакан ко рту. – Ты меня заинтриговал. А теперь расскажи всё по порядку.

– Нет, ты не понимаешь, – перебил его Дзин, голос его становился всё тише. – «MedUnlimited» – это не просто фармацевтическая компания. Они… они контролируют всё вокруг. Ты думаешь, что «Чёрные Ребра» что-то решают? Они лишь пешки.

Линдберг внимательно следил за каждой эмоцией Дзина. «Этот парень знает больше, чем говорит. И я всё из него вытащу».

– А ты понимаешь, что так просто я тебя не отпущу? – Линдберг склонился над стойкой, понизив голос до уровня шёпота. – Если ты морочишь мне голову, то мы оба знаем, чем это закончится. Но если ты говоришь правду, то мне нужны детали. Все до единой.

Дзин поднял на него взгляд, и в его глазах мелькнуло нечто близкое к отчаянию.

– Нет, я не могу. Ты… – его голос почти сорвался. – Ты хоть знаешь, что бывает с теми, кто лезет в дела «MedUnlimited»? Они исчезают. Исчезают, как будто их никогда не существовало. Это не простая корпорация, это чёртов спрут! Они контролируют правительства, банки, они контролируют… всё вокруг! Я не хочу исчезнуть.

Линдберг хитро улыбнулся, откинувшись на спинку стула.

– Что, если я пущу слухи, что именно ты-то мне про них и болтаешь, а, Дзин? – он заговорил серьёзнее. – И тогда твоё исчезновение станет лишь вопросом времени. Только вот если будешь дальше молчать, меня не будет рядом, когда за тобой придут.

Дзин замолк, его руки сжали стакан так, что побелели костяшки пальцев. Он оглянулся вокруг, словно ожидая увидеть в темноте углов безжалостных агентов корпорации. Затем, в порыве паники, он резко встал со стула.

– Нет, Линдберг, я не могу. Я не могу это обсуждать. У меня есть семья… я не могу рисковать.

Он развернулся, направляясь к выходу, но Линдберг быстро схватил его за руку и резко притянул обратно к стойке.