Макс Глэдстоун – Охотники за книгами Сезон 1 (страница 62)
Медбрат кашлянул, Сэл закрыла поиск.
— Простите, тут мобильного сигнала нет, а мне нужно было срочно проверить почту. — Она показала ему свой телефон.
— А вы бы отключили режим полета.
— А. Ну да. Фу, мне просто жуть как стыдно.
Итак: в спортзал не ходит, медицинскими услугами не пользуется. Грейс должны так или иначе перечислять зарплату, но зарплатные ведомости Ватикан ей уж точно не покажет. Сэл вновь отправилась в неблизкий путь до Архива — по мраморным плитам, под сводами, расписанными мастерами эпохи Возрождения, которые наверняка рассчитывали на то, что у проходящих здесь мысли будут более возвышенные, чем «Как бы это мне вломиться в квартиру к коллеге?»
С другой стороны, она читала Макиавелли. Как там Асанти любит повторять? «Плющило мам-коз»?
—
— Из головы не выходит, — ответила Сэл.
Асанти прикоснулась к кнопке на лампе. Свет сделался ультрафиолетовым, ногти ее засветились.
— А тебе не приходило в голову, — сказала она, — что известная нам мировая история может быть не единственной?
— Да нет вроде. — Сэл забросила ноги на стол, откинулась на спинку стула, задумалась о перипетиях прошлого Лиама. — В смысле, ну, учебников истории, наверное, много.
— Я не о том, — возразила Асанти. — Концептуальный аппарат, при посредстве которого мы реконструируем мировую историю по доступным нам текстам, — а этим термином я, понятное дело, пользуюсь в общем смысле…
— Понятное дело.
— …Предполагает, что ситуация в прошлом ничем не отличалась от современной. Следы этого постоянно видны у Шекспира: римляне бросают шляпы в воздух и обсуждают свои чулки, будто они англичане XVII века и не положено им ходить в тогах.
— Но мы-то знаем, что это не так. — Сэл порылась на столе: переплетенные научно-популярные журналы, «Максим» на итальянском, распечатка «2600». — Или нет?
— Безусловно. Но с учетом того, что мы еще знаем… — Асанти поправила лупу, — про магию и оккультизм, представляется весьма вероятным, что мистический уровень воды — воспользуемся прелестной аналогией отца Менчу — в былые эпохи то повышался, то понижался. События, которые когда-то казались рядовыми, сегодня непредставимы. Вот только человеческий ум, как мы уже видели, плохо справляется с прерывистостью. Кант понимал: чтобы опыт не терял значения, нам нужен неделимый и единый поток времени, даже если умопостигаемый мир остается нам недоступен.
— Угу.
Распечатка «2600» была зачитана до дыр; Сэл ее полистала, но ни в политике, ни в сложных диаграммах не разобралась.
— То есть когда уровень воды падает, мы перестаем верить в Камелот и Желтого императора, пресвитера Иоанна, Шамбалу и королевство Раваны на Шри-Ланке.
Сэл отодвинула журналы и увидела принадлежавший Грейс экземпляр «Мидлмарча» — золотое тиснение было заляпано золой.
— А это так важно?
— Ну, как минимум это придает какой-то смысл «Баффи». Все эти короли-демоны в книгах Джайлса, про которых никто не знает и которых нет в археологических материалах, — мы перестали в них верить.
— Я в том смысле — для нашей работы это важно?
— Разумеется, у теории есть и практическое приложение, — кивнула Асанти. — С другой стороны, критическое мышление ценно само по себе.
Сэл подняла «Мидлмарч», показывая, что сдается.
— Грейс книгу забыла.
— Заберет перед следующим заданием. Она только на заданиях читает.
— Быстро же она читает.
— Бедняжка сэкономила бы кучу денег, если бы просто брала книги в библиотеке. Можно подумать, у нас не лучшее собрание в мире.
— Может, Грейс не нравится… — Сэл указала на папирус.
— Учебник заклинателя скорпионов, Пятая династия. Египетский.
— Да уж, только переворачивай страницы.
— Это свиток. Там нет страниц.
— Ты знаешь, о чем я.
— У нас в первом отделении есть полное издание «Тайны Эдвина Друда», если тебе захочется почитать триллер.
Сэл нахмурилась.
— А где Грейс берет книги?
— Покупает.
— Мне кажется, она не любит рыться на магазинных полках.
— А почему ты спрашиваешь?
— Так, любопытно. — Сэл спустила ноги со стола Лиама, пошевелила мышку и вошла в гостевом режиме. У Грейс был телефон-раскладушка, электронные письма она презирала. Такое трудно было себе представить, но Сэл подозревала, что у нее и компьютера-то дома нет. А Лиам открыл гостевой доступ на своем компьютере еще до появления в отряде Сэл. И кто им, интересно, тогда пользовался?
История поиска. Поглядим-ка. Сайты по продаже книг. Бесплатная доставка. Логин. Сэл нажала на «Г», подождала. Ничего. Сотрем. Тогда — «Ч». Она приказала себе не задерживать дыхание.
Автозаполнение — полезная штука — выдало «чен-точка-грейс-собака», и даже готовые звездочки на месте пароля. Супер. История заказов. Адрес доставки.
Распечатать.
Через два часа Сэл стояла на углу улицы и разглядывала монастырь Святой Екатерины. Гаргульи на карнизах, плотные шторы на окнах, охранник у ворот, по двору прогуливается дружелюбная на вид немецкая овчарка. Вон там, на четвертом этаже, комната Грейс.
Чэнь Цзюань очнулась на соломенном лежаке, во рту привкус пыли и воска. Села рывком, вскрикнула; тело свернулось в клубок, колени к подбородку, руки подняты. Кожа на руках выглядит как кожа. Никаких ожогов. Дышать получается. Она существует — и все же на протяжении некоторого времени не существовала.
В узкое окно потоком вливался солнечный свет. Она встала. То, что она приняла за кровать, оказалось открытым ящиком, набитым соломой. На ней были хлопковая рубаха и штаны свободного покроя. Ноги босые, пол — каменный.
За окном вздымались и опадали черепичные крыши — будто расстилалось бурное море; угол каждой крыши был отмечен драконом. Окно выходило на юг и располагалось достаточно высоко — за толстой красной стеной видно было ворота и площадь Тяньаньмэнь.
Чэнь находилась в бывшем императорском дворце. Ее перенесли назад в Центр.
— А, очнулась, — прозвучал за спиной знакомый голос. — Хочешь чаю? Тебя, наверное, жажда мучит.
Она стремительно обернулась, лицо озарила улыбка.
— Уцзин!
Он сидел возле низкого столика, на вид худощавее, чем она помнила, — лицо осунувшееся, но не так сильно искалеченное, как она боялась. По щекам и лбу змеились шрамы от ожогов, однако, уже зажившие. В остальном он выглядел как обычно. Нет, подумала она. Не как обычно. Был больше похож на себя.
— Рад тебя видеть. — Голос его звучал устало.
За спиной у него стояли четверо в военной форме. Незнакомцы, но ей было все равно. Рядом с Уцзином в костяном подсвечнике возвышалась толстая свеча. Увидев ее, Чэнь напряглась — но пламя казалось смирным.
— Зачем свеча горит?
— Чэнь Цзюань, — произнес он. — Пожалуйста, сядь.
— Мы его поймали?
— Поймали. Выпей чаю.
Она села, выпила. Военные стояли неподвижно. Будто изваяния.
— Не понимаю.
— Ты была ранена, — сказал он.
Она читала его как открытую книгу.