Макс Акиньшин – Сборник проза и блоги (страница 46)

— Эй, колдун, — понукаю я, — уснул? Бери мешок, двигаем в фридж за вином и уносим ноги. Быстрее!

Он еле двигается, раздражая меня. А так как мои руки заняты тяжелыми посохами, я придаю Фогелю ускорение пинком. С удовольствием наблюдая, как он скатывается по винтовой лестнице. Ничего, Ва подхватит его внизу. В окне, среди куч мусора мелькает красно-синее. Примерно полсотни вояк двигают к моей башне. Подсчитывать их удовольствия не доставляет. Совсем не радужные перспективы, но минут пятнадцать у нас есть. Или десять? Мысленно я начинаю считать, это нетрудно, несмотря на то, что синие цифры на моем запястье погасли. Который сейчас час я понятия не имею, как и не знаю, когда будет выброс и будет ли он, если Штуковина приказала долго жить. Этими вопросами я озабочусь потом, сейчас главное убраться с дороги Протопадишаха. Иначе все планы, мечты, да и сама Ее Высочество Беатрикс Первая полетит в тартарары.

Мы вихрем вылетаем во двор, сначала выкатывается Фогель с мешком, а потом изящно выпрыгиваю я. Мой дракончик уже пыхтит, разворачивая тележку. Сейчас я загляну в фридж и мы быстро- быстро отступим. Убежим с дороги косоглазого Протопадишаха. На кой черт, он вообще полез в Долину? Раньше Штуковина его не интересовала, а была делом местных баронов. Те дрались за нее, за мою руку, за сердце, за кучи мусора, за кусок территории, за что-нибудь, лишь бы драться. Все на Старой Земле так устроено, если ты не дерешься, дерутся с тобой. И у кого-то зубы обязательно окажутся длиннее, а задница толще. Я оглядываю этикетки: зеленых совсем немного, значит, накидаю сверху других, все равно по вкусу они лучше морковной гадости.

Тележка надсадно скрипит, жалуясь на тяжелую жизнь. Хорошо еще, что я выкинула примерно половину из сокровищ запасливого дракона, иначе она развалилась на первой же кочке. Мы несемся по петляющей по Долине тропинке, как ветер. Я еле успеваю отталкивать недотепу Фогеля от студенистых плевков коварных листиножек. Хотя это может быть лишняя предусмотрительность, на его ногах высокие ботинки, а еще выше — керамические поножи. Не знаю, что там у него за «контора», но эти хитрецы продумали практически все. Кроме самого содержимого доспехов. Фогель потрясающе глупый. Удивительно, что м’техник смог продержаться у нас месяц. Смог продержаться, не превратившись в питательный компост для мусорных слизней.

Ва пыхтит впереди, дракону плевать на дермонов: павуками он иногда обедает, а сколопендры — неплохая закуска к гнилушке. Он несется на задних лапах, чуть наклонив башку, удерживая баланс хвостом. Нелепые красные крылышки комично болтаются на чешуйчатой спине. Милый Ва, мой бронированный дружочек.

Кажущаяся неуклюжесть дракона обманчива. Сколько раз я наблюдала, как он скользит по Долине, обтекая мусорные кучи.

— Смотри, как я могу, Трикси! — квакает он, перелетая от одной к другой. Мне до его талантов далеко, все, что я умею это пользоваться посохами. Клянусь бородой его Матушки, главное понять принцип. Принцип действия посоха. И никогда не путать стороны, иначе может прилететь.

Проходит полчаса изнурительной гонки, я все еще свежа как майская роза, а вот Фогель сипло дышит. Пыхтит как еж, на которого наступил водяной бык. Мне становится смешно, и я толкаю его в черную спину, пошевеливайся дурачок. Время умирать, еще не наступило. Тропинка петляет между осевших куч мусора, сменив направление, моя великая армия быстро удаляется от реки. Та еще отсвечивает вдалеке, прорываясь оранжевым ртутным блеском сквозь заросли багровой растительности. Скоро она исчезнет совсем, и тогда мы остановимся. В нашем секретном месте, предназначенном как раз для таких прогулок. Вряд ли гвардия Белых земель будет нас искать столь далеко. Эту территорию мы знаем как свои восемь пальцев: пять моих и три драконьих с огромными твердыми когтями.

Я представляю, как гвардейцы обшаривают Башню в поисках барахла. Присваивают мои посохи, рвут постельное белье на портянки, разочарованно разглядывают спящую Штуковину. Без всякого интереса мои книги. Книги их совсем не интересуют. Другое дело нычки дракона с вонючим смогнчиком и мой фридж. Стратегический запас принцессы Мусорной Долины.

Издалека доносится слабый хлопок. Очень слабый, но мы с Ва его все равно улавливаем, а вот Фогель никак не реагирует. Боже, он еще и глух как пень. Совсем тяжелый случай. Я еле сдерживаюсь.

— Шандарахнуло, Трикси! — вопит довольный дракон и, не останавливаясь, несется дальше.

— Точно, дорогой Ва! — смеюсь я. Пусть теперь Протопадишах кусает локти. Хрен ему, а не мой запас вина. Мы знаем, как принимать незваных гостей. Недаром я неделю возилась с зеленой металлической банкой с ушками. Ва тогда утверждал, что это консервы. И даже хотел вскрыть толстым когтем, но я не разрешила. Потому что я понимаю принцип никогда не путать стороны. Сейчас мне приятно от того, что я была права. Гвардейцев наше гостеприимство конечно разозлит, но на это пока плевать.

Наконец мы прибываем в темную, заросшую красным плющом лощину под пологом которого, ржавеет остов огромного длинного ф’томобиля. Наше секретное место, найденное в ходе многочисленных вылазок. Оно не видно ни с какой стороны и, чтобы в него попасть, необходимо точно знать его расположение. Тут можно будет перевести дух и обдумать дальнейшие планы. Помешать нам в этом может только невероятное стечение обстоятельств. Что-нибудь совсем фантастическое. Слепая удача и глухое везение. Почти как у Фогеля. Ведь ему действительно повезло, если бы я его не пустила в Башню, он попал бы в лапы гвардейцев. А там уже все было бы совсем печально.

Ткнув тележку под крышу Ва, как пиявка присасывается к банке. У него все, что связанно с гнилушкой стремительно. Он резво отбирает ее у крестьян, бухает, пьянеет, трезвеет. Все на раз-два-три. Удивительная связь дракона с алкоголем. Почти родственная. И немудрено: ведь пахнут они одинаково. Морковная гнилушка пахнет здоровенным драконом, или он ей. Парадокс, я проговариваю про себя заклинание Фогеля, стараясь попасть в интонации. Ни черта не происходит. Не работает, от слова совсем.

— От этих потрясений, Трикси, у меня жажда, — лицемерно жалуется Ва. Я присаживаюсь на старое сиденье с остатками ткани, откидываю забрало шлема вверх, расстёгиваю ремни и глубоко вздыхаю. В жажду дракона от потрясений я не верю. Чтобы потрясти его тушу, должно случиться что-нибудь убойное: «шайтан-труба» или чтобы я поранила пальчик.

Сорвав с плюща копну красных листьев, дракон пихает ее в пасть и начинает с аппетитом хрустеть. В его глазах читается: хорошее пойло требует хорошей закуски, Трикс! Клянусь бородой моей Матушки.

Пихнув лапой лежащего без сил м’техника, над которым вяло крутятся бронепластовые мухи, Ва сообщает:

— Подъем, пехота! Уже утро!

Тот елозит по земле, на него нападает икота, а потом сиплый кашель. Настолько сильный, что я начинаю беспокоиться. Не хватало еще, чтобы он дал дуба прямо сейчас. Мне этого сильно не хочется и потом у нас много вопросов. Которых не было раньше. Целый месяц мы принимали его за очередного юродивого колдуна, пытавшегося завладеть Штуковиной. Одного из бесконечной череды разной степени умалишенных охотящихся за мной и моим чешуйчатым алкоголиком. Теперь оказалось, что все на самом деле намного сложнее. Орбитальная станция, контора, Штуковина, биоутилизаторы, и еще два понятия, припомнив которые, я чувствую уколы ревности: частная территория и ведьма из ХаЭр. Особенно вторая. Говоря о ней, м’техник делает микроскопическую паузу перед словом ведьма. А эта пауза мне многое говорит. В паузах вообще можно услышать многое. Я в них разбираюсь, а вот Ва нет. Ему по большому счету плевать.

Остановив кивком разошедшегося дракона, я дотягиваюсь до тележки и вытягиваю бутылку. Возможно, я не так уж и права, все эти потрясения действительно вызывают жажду. Только теперь, черт побери, придется довольствоваться теплым вином. А это все-таки хуже холодного. Намного хуже. Надо дать Фогелю отдышаться.

— Теперь они разнесут всю Башню, Ва, — говорю я. — Плакали наши накопления.

— Факт, Трикс. Но все равно Штуковину они не унесут, чтобы выдрать ее из земли, надо постараться, — кивает он, закидывая в пасть очередную порцию листьев, и продолжает с набитым ртом. — Можем обобрать их на обратном пути. Что нам мешает? Сколько там этих вонючек? Пятьдесят?

Воинственный дракон хитро смотрит на меня. Меньше, уже меньше, дружок. С учетом моего подарка. Хотя даже двадцать белых гвардейцев доставят неприятностей. А сейчас они нам совсем не нужны. Сейчас нам нужны объяснения. Я треплю по плечу Фогеля.

— Тебе уже лучше, колдун?

Он сглатывает слюну и кивает головой.

— Да. Местный воздух мне плохо подходит. Контора экономит на защитных комплектах.

— Принцесса, — строго вставляю я.

— Принцесса, — послушно повторяет он. Быстро учится, мой пришелец. Еще пара упражнений и его манеры будут безупречны, я помогаю ему со шлемом. Две защелки по бокам, очень удобно, лучше, чем путаться в ремнях как у меня. Фогель смотрит на меня своими невероятными глазами. Я пытаюсь не растаять в них, и у меня, как ни странно получается. И все из-за ведьмы с ХаЭр.

— Вина? — предлагаю я, — с зеленой этикеткой, как ты говорил.