Макар Файтцев – Шейха вызывали? (страница 6)

Марат зачем-то потёр ногу, но не поднялся.

— Вы что, немой?

Он как-то странно замотал головой: то ли да, то ли нет.

— Ладно, не брошу уж вас. Руку давайте и обопритесь на меня. — Она подошла к нему и протянула свою руку. Марат удивлённо посмотрел на женщину, но руку подал. — Сильно больно? — Она показала на ногу, потом, решив, что он её не понимает, скривилась: «Ай», заскакала на одной ноге, изображая боль.

Марат поднялся. Он стоял на одной ноге, вторую согнул в колене и держал на весу.

— Вот свалилось на мою несчастную голову чудо-юдо. Обопрись на плечо. Слышишь? — Женщина произносила слова чётко, отчаянно жестикулируя. — Вот чего ты улыбаешься, как китайский болванчик. Тащи тебя теперь к берегу, а меня дочь ждёт на завтрак. Не умеешь плавать, нечего в воду лезть.

Марат захохотал, сгибаясь. Море не выдержало и пихнуло его в спину. Мужчина не удержал равновесие и полетел, выставив руки вперёд. Ещё мгновение, и он стоял на четвереньках, подталкиваемый волнами.

— Не хотите — как хотите, — хмыкнула Мария Петровна и направилась к берегу. Никто не видел улыбки, которая никак не хотела покидать лицо женщины. Гормон счастья вибрировал в воздухе. Сделав несколько шагов и совладав с собой, она обернулась.

Марат, который поднялся почти сразу, как увидел её спину, и медленно шёл по воде, внезапно начал припадать на ногу.

Женщина вздохнула, вернулась и, обняв его за талию, стала помогать ему идти.

Запах. Его мускульный запах смешивался с запахом солнца и моря. В тот момент Мария Петровна могла поклясться, что у солнца был свой непередаваемый аромат.

Солнце нежно согревало её плечи, высушивая капли солёной воды на её коже. Осторожно ступая по мелкой гальке, она смотрела под ноги. Вода была такой прозрачной, что если бы не пузырьки отступающей пены, то можно было предположить об осязаемости под ногами воздуха. Она не видела, какими глазами он, Марат, смотрел на неё, как тянулся носом к её волосам, как трепетали его ноздри.

— Вот мы и дошли. Дальше сам, хорошо?

— Хорошо, — ответил Марат.

Мария Петровна вздрогнула и замерла, как лань, учуявшая охотника.

— Прости-те, очаро-ван красо-той. — Голос Марата звучал низко, звуки растягивались, придавая некую музыкальность его речи.

— Простила. — Мария Петровна растерянно посмотрела по сторонам. — А где мои вещи?

— Там. — Марат показал куда-то налево.

— Что, там? Что, там? Мои вещи были здесь! Видите? Вот бар. Я разделась напротив бара.

— Там. — Марат взял Марию за руку и решительно направился в ту сторону, куда показывал.

— Пустите, что вы себе позволяете? Ведёте себя как … как… как какой-то шейх!

— Я шейх, — словно попугай повторил Марат.

— Что шейх? — рассеянно переспросила Мария Петровна. Она медленным взглядом скользила по береговой кромке. Барные постройки, идентичные друг другу, располагались по всему горизонту. — Вы шейх?

Глава 7. Аферисты

Она направилась к тому месту, где оставила своё платье и шляпу, но, к своему удивлению, обнаружила, что шляпа исчезла. Марат слегка отстал от женщины, продолжая прихрамывать то на правую ногу, то на левую, словно до конца не мог определиться, какую повредил.

Мария Петровна огляделась. Подняла платье, стряхнула с него мелкую гальку. За ремешок пятки подняла сандалии, зачем-то посмотрела на то место, где они только что стояли.

— Вы шляпу мою не видели? — спросила она, оборачиваясь к Марату.

— По морю в ней плыл, — ответил он.

— Правда? Зачем?

У неё был настолько растерянный вид, что Марат рассмеялся:

— Кажется, у вас до сих пор шок.

— Шок? Почему?

— Потому что вы тонули. А я… — Он неловко кашлянул. Хотелось быть героем, но совесть не позволяла приписывать доблести себе. — Мы вас спасли.

— Вы? Вы говорите о себе во множественном числе? Страдаете раздвоением личности? И когда это я тонула? — Мария Петровна густо покраснела. Внезапно она заметила неподалёку высокого статного молодого мужчину, который держал её шляпу в руках.

Он стоял на деревянном настиле. Что-то не вязалось в его облике с окружающей обстановкой: элегантный ли с лёгким лоском светлый костюм, бежевые ли туфли под стиль мокасин, галстук ли на рубашке или причёска. Он был безупречно чист и до безобразия аккуратен.

— Простите, это ваша шляпа? — спросил он голосом глубоким и спокойным, как сама бездна.

Мария не сразу нашла, что ответить. Ей казалось, что она уже видела этого мужчину раньше, но где? Во сне, на страницах книги или, может быть, в далёком прошлом? В его глазах светилось тёплое понимание и что-то неуловимо близкое.

— Да, моя, — наконец ответила она, чувствуя, как её голос дрожит от волнения. — Спасибо. Простите, не знаю, как вас зовут.

Мария Петровна почувствовала, что ей просто необходимо узнать его имя, словно оно было паролем, тайным ключом к разгадке какой-то тайны.

— Феликс, что ты здесь делать? —раздался за её спиной голос спасителя.

Если бы Мария Петровна обладала парой глаз на затылке, то они явно вылезли бы от удивления, увидев манипуляции мужчины. Тот двигал бровями, шевелил носом, беззвучно открывал рот и усиленно махал руками.

Когда же она обернулась, то заметила лишь жест, напоминающий ловлю комара.

— Мухи… Одолели, — пояснил мужчина.

— Вы знакомы. Это ваш…

— Мой водитель. Феликс, я велеть сидеть машина, — резко проговорил Марат.

Теперь уже лицо Феликса претерпевало изменения: его брови поползли вверх, а рот открылся, словно ему не хватало воздуха.

— Шляпа давай и в машина иди. Ждать меня.

— Как скажете, шеф, — сдерживая смешок, ответил Феликс. — Хочу напомнить Вашему Величеству, что через полчаса у вас заседание круглого стола. Можем опоздать. Принцессы Зара и Нара просили не опаздывать — Он ступил на гальку и сделал несколько шагов по направлению к Марье Петровне, протягивая ей шляпу. — Возьмите, её унесло к бару.

— Спасибо, — Она протянула руку, стараясь не касаться молодого мужчины. По возрасту он бы мог быть ей сыном. — А вы откуда родом? — Он назвал. — Теперь я понимаю, почему вы хорошо говорите по-русски, а ваш шеф не очень. Он, наверно, местный. Подождите меня, пожалуйста, я сейчас.

Она на носочках перебежала к деревянному настилу. Бросила на него сандалии, потом села на корточки, приподняла одну ногу и принялась ладонью счищать мелкие камешки.

Марат быстрыми шагами подошёл к ней. Хотел взять, чтобы придержать её за руку, но она не позволила это сделать.

— Отец, бери халат. И что с твоим лицом? — спросил Феликс.

— Отец? Вы его сын? — Мария Петровна надела обувь и через голову натягивала платье.

Воспользовавшись, что она не видит, Марат покрутил сыну у виска.

— Для всех, кто работать на шейх, он отец. Они все мой дети, — проговорил Марат. — Мой лицо нормальный. Покраснел на солнце. Редко бывать. Офис всё время.

— А лицо у вас и действительно странное. Я думала, что у вас витилиго.

— У меня витилиго. Вчера вечером появилось. Бывает иногда. То есть, то нет.

— Шейх, я поехал. Во сколько забрать?

— Я тоже спешу в отель, — поспешно ответила Мария Петровна. — Там дочка ждёт. Завтрак скоро. А вечером в город пойдём. Мороженое есть. Хотите с нами? Будем рады. Мы города не знаем. Будете гидом.

Мария Петровна чувствовала, что её несёт, как это бывает с юными девушками, впервые повстречавшими мальчиков своей судьбы, но не могла остановиться. Как и не могла себе объяснить, почему ей хотелось ещё раз встретиться с Феликсом. Она думала о том, что ей просто необходимо выяснить, откуда она его знает, какая их связывает тайна. Он не мог быть её любимым: слишком молод, но эти глаза, словно явились из прошлого, когда она была ещё наивной и юной…

Феликс усмехнулся, повернулся и пошёл прочь. И эта усмешка тоже ей была знакома.

— Шейх, я не могу пригласить вас на завтрак. Он только для тех, кто живёт в отеле, — сказала она, чтобы сгладить возникшую уходом Феликса неловкость.

Марат стоял на гальке, слегка покачиваясь на ветру, и его тёмные глаза смотрели прямо на неё. На миг ей показалось, что это глаза Феликса.

— А ваш водитель точно не ваш сын? Вы очень похожи.

— Мой сын — водитель? — Он усмехнулся. — Мой сын знаете кто? Он специалист по компьютерной безопасности и сейчас находится в командировке… — Марат резко замолчал, словно выдал важную тайну.