Магдалина Шасть – Размазня, покажи зубки (страница 3)

– Всем? – Светка растерялась. Со Стасом получилось неприятно: без объявления войны тот стал ухлёстывать за кокетливой и живой Юлькой, а к Светке приходить перестал, но Юлька объяснила, что так будет лучше для всех, ведь Стас оказался слишком активным и деятельным для меланхоличной и нерасторопной Светы, которую его огнеопасная натура подавляла. Именно поэтому подруга и взяла огонь на себя.

Но как же Дима? А… Боря? Боря – Светкин первый. Неужели они тоже путались с Юлькой? А как же… дружба?

– Ноги моей здесь больше не будет, – Юлька справилась с замком и вышла вон, обиженно задрав нос. Останавливать её Света не стала. Хлопнула дверь.

– Вы чё там хлопаете? Светлячок, а почему мои туфли на полу валяются? – мама уже вышла из кухни и смотрела на разбросанную обувь с неодобрением, – А Юлька где? Она мне номер гадалки обещала.

– Юлька ушла, – Света почувствовала, как в глотке начало пульсировать. Так было всегда, когда она сильно нервничала: горячий и огромный ком причинял ей реальные физические страдания. Чувство было такое, что шея разрывается. Девушка робко покашляла. Рассказывать о своём состоянии маме было нельзя – у Аглаи Борисовны больное сердце и ранимая душа. Светка за мать боялась.

– Ну, и скатертью дорога, проститутке, – беспечно заявила мать, бережно поднимая любимые туфли с пола и устанавливая их на полочку, – Дал Бог Кристинке дочь-прошмандовку. Вся в мать. Я такой темпераментной никогда не была. Ох, лишь бы трахаться им, лишь бы трахаться, – последние слова из уст Аглаи прозвучали как комплимент.

Глава 3

Всю ночь Светка ворочалась с бока на бок, мучаясь неприятными ощущениями, а утром, когда ком постепенно исчез, поняла, что недомогание хранило её от плохих мыслей. Сонная и уставшая она отправилась в ванную чистить зубы, почему-то вспоминая их историю с Борей.

Боря никогда Свету не любил и тратил на неё своё время только потому, что хотел попробовать с девственницей. Он долго робкого Светлячка обхаживал и называл красивой и хорошей, отчего её сердце помимо воли трепетало и пело. После первого раза с традиционными «Я боюсь» и «Ой, не надо» он быстро к Светке охладел и куда-то делся. Боря оказался честным, и признался в своём обмане сам: «У меня никогда целок не было, а теперь я открыл счёт. Не обижайся, когда-нибудь ты меня поймёшь».

С того дня минуло уже шесть лет, но прикола с девственностью Света до сих пор так и не оценила. Более того, этот момент её немного шокировал: врать, чтобы просто переспать? Зачем? На тот момент Свете было девятнадцать, и над её дремучим сексуальным невежеством уже начинали посмеиваться более опытные подружки – она переспала бы с Борей и безо всех этих его «хорошая» и «красивая».

Неужели Юлька тоже была с Борей? Кстати, познакомила их с Борисом именно Юлька. И про девственность Юлька Боре рассказала, хотя Света очень просила её этого не делать.

А как же их с Юлькой дружба?

Юля всегда говорила, что мужики мужиками, а их дружба неизменна, и, если Светка ревнует своих парней к Юльке, это неправильно. Мужчина – не игрушка, он сам выбирает с кем ему быть. Раз любимый Светкин парень с Юлькой, значит Светка должна сказать спасибо, что подруга избавила её от предателя. Мысль понятная и, наверное, правильная, но…

Но неужели Юля тоже была с Борей?

Светка совсем запуталась и, сморщив нос, выплюнула невкусную зубную пасту в раковину. Мама опять купила пасту с мятой – Светка ненавидела этот вкус и запах, а маме нравилось. Однажды Света набралась смелости и сказала, что ненавидит мяту и всё, что с ней связано, но мама настолько сильно обиделась, что не разговаривала с неблагодарной дочерью несколько дней. Мята для мамы – второй идол после туфлей.

Конечно, Света, испугалась, что мать от переживаний расхворается, и выбрала маму: сбивчиво перед насупленной родительницей извинилась и сказала, что заблуждалась. С тех пор ненавистная мята преследует её с утра до вечера.

В кармане завибрировал телефон. Светка всегда брала с собой телефон, а в туалет, и в ванную, и на кухню – Арсен не любил, когда она долго ему не отвечала и всегда строго за это отчитывал, говорил, что для его народа – это показатель уважения к мужчине. Какого народа? Арсен сам рассказывал, что мама у него русская, а родного папу он никогда не видел.

Впрочем, это не Светкиного ума дело. Арсен Ашотович Сидоров позиционировал себя крутым боссом – он работал в мастерской по изготовлению ключей и назывался хозяином, хотя сам являлся лишь мастером. Там-то, в своей мастерской, он со Светой и познакомился. Надпись на стене гласила: «ИП Маркисян», но на заборе тоже что-то написано. То, что фамилия Арсена не Маркисян, а Сидоров, Света узнала не сразу, но Арсен до сих пор никак этот факт не прокомментировал.

Учитывая то, что правда выяснилась совершенно случайно, объяснений Света не потребовала. Но она не потребовала бы их и при другом раскладе. Света деликатная и прекрасно понимает, что человек имеет право на личные секреты. Возможно, Арсен стесняется того, что он Сидоров – эта версия почему-то казалась Светлячку правдоподобной.

Хм, звонил не Арсен, а… Юлька!

– Алло, – ответила Света, стараясь не шамкать ртом, полным пасты.

– Свет, ты, конечно, дура, но мы подруги, и я решила тебя простить, – снисходительно заявила Юлька и сделала паузу, чтобы Света оценила всю глубину её великодушия.

– Спасибо, – Светка обрадовалась и сплюнула, – всё-таки дружба – это самое важное в жизни человека.

– Будешь в магазине, прикупи мне пару лампочек на 40 Вт, – приказала Юлька легкомысленным тоном, – А то неохота одеваться. Суббота же.

– Но я не собиралась в магазин, – возразила Света, невольно проглатывая остатки мерзкой зубной пасты.

– Так сходи. По любому, у вас хлеба нет, – заметила Юлька раздражённо.

– Целый батон и буханка чёрного, я ещё вчера купила, так что хлеб есть, – Света растерялась.

– Опять начинаешь? – в Юлькином голосе прозвучала обида.

– Ладно схожу. Мне несложно.

Юлька отключилась, а в горле у Светки слегка запершило.

Ну, ничего, зато прогуляется. Она вяло прополоскала рот тёплой водой и вышла из ванной, понуро опустив голову. Идти никуда не хотелось, и нужно было хоть как-то себя замотивировать! На улице сейчас чудная погода. Будто в подтверждение её мыслей за окном прогремел гром, и по стеклу стали бить огромные капли.

– Ой, Светлячок! Дождь, а у меня бельё на балконе развешано! – заголосила Аглая Борисовна, отталкивая Светку в сторону, – Чё встала как растыка? Помогай!

Светка поспешила вслед за мамой, задыхаясь от накатывающего сухого кашля. Вдохнув аромат бодрой майской грозы, она почувствовала себя немного лучше и попробовала раздышаться.

– Ну, ты прогуляться вышла или мне помочь?! – толкнула её в худосочное плечо мама.

– Угу…

Узнав, что Света собралась за лампочками, мать написала её целый список хозяйственных предметов, и девушка почувствовала весь груз своей ответственности. Всё-таки хорошо, что Юльке понадобились лампочки, теперь и у них с мамой бытовая жизнь наладится – Светлане нравилось чувствовать свою причастность к большому делу и помогать людям.

– Ну, и чё ты купила? – ярко накрашенная и явно куда-то собиравшаяся Юлька смотрела на купленные Светкой лампочки с откровенным презрением.

– Лампочки, – не поняла Света, замызганная грязью по колено – она зачем-то ходила в магазин в обход по неприветливому глинозёму. Возможно, боялась натолкнуться на шайку местных мальчишек, которые всегда её задирали.

Света хотела было проникнуть в уютную Юлькину прихожую, но подруга жестом её остановила.

– Стой, где стоишь. У тебя обувь грязная, разве не видишь? Мне нужны энергосберегающие, а это лампы накаливания.

– Но ты не сказала…

– Свет, ты всегда невнимательно слушаешь, я уже привыкла. Никогда и ничего нормально сделать не можешь, я уже десять раз пожалела, что тебя попросила. Слава богу, у меня есть Славик, и он уже давно всё купил.

– Но…

– Всё, мне некогда, я очень спешу, у меня огненное свидание. Сногсшибательный уикенд, нереальный! Давай, пока, сегодня вечером не жди! – Юлька отправила Светке воздушный поцелуй и закрыла дверь перед самым её носом.

– Ну, и чё ты купила, Светлячок? В кого ты такая тугодумная? Я же написала… а, нет, я не то написала, но ты… Ты могла бы догадаться, Света! Сколько денег выкинули! Сколько денег!

Мать ещё полчаса охала и стенала над ненужными покупками, порываясь выпить валерьянки, а Света хотела провалиться сквозь землю. Чувствуя себя бесконечно виноватой, она ушла к себе в комнату, отчаянно пытаясь не разреветься, но всё равно тихо шмыгала носом. Сегодня вечером у неё по плану первый секс с Арсеном, поэтому плакать было категорически нельзя. От слёз бывают отёки и болезненный вид – утончённому Арсену это может показаться отвратительным.

– Как же меня всё это достало, – тихо произнесла Света и рухнула на свою кровать, утыкаясь носом в подушку, – Что я им сделала? Что?! Они же сами сказали…

Из прихожей донёсся едва слышимый телефонный звонок. Телефон! Неужели она забыла телефон в кармане ветровки? Арсен!

– Я случайно… случайно забыла телефон в прихожей, – оправдывалась она перед оскорблённым её игнором Арсеном, который уже открыто сомневался в том, что хочет с ней отношений.

– Я второй раз тебя набираю! ВТОРОЙ!!! Это неуважение ко мне! Не-у-ва-же-ние! – объяснял он ей как малому дитю минут двадцать.