Магдалина Шасть – Размазня, покажи зубки (страница 5)
Главное, думать о чём-нибудь приятном: например, о мороженом или…
Рвотный позыв накрыл Светлячка неожиданно, и её вырвало желчью прямо под ноги опешившему от происходящего парню.
На несколько секунд повисла неловкая пауза. Половой орган перед глазами Светы заметно обмяк.
– Света, как мерзко!
От грубого окрика Арсена Света чуть не упала в обморок.
– Я с-сейчас уберу. Всё у-уберу.
– Блять! Блять! Как же это мерзко!
Глава 5
Света отыскала в сумочке влажные салфетки, но отвратительную лужу на полу они не впитывали. Арсен лежал на кровати с равнодушным видом, лениво переключая кнопки на пульте от телевизора, и на девушку не смотрел. Его казавшийся безобидным обнажённый половой орган смирно покоился между покрытых чёрными волосами ног.
Даже лучше, что всё так произошло, может Арсен отстанет, и они просто спокойно уедут домой? Испуганно оглядев номер, Света приметила на спинке кровати полотенце и уже намеревалась им воспользоваться, когда Арсен заметил это и грубо её остановил.
– Ты чё? – спросил он, крепко хватая Свету за тонкое запястье.
– Полотенце хочу взять, – объяснила Света, – Вытереть, – и тут же смутилась. Вытирать рвотные массы чистым (оно же стиранное?) полотенцем было как-то неправильно.
– Оставь, тётки приберут, я им до хуя денег заплатил, пусть отрабатывают, – взгляд Арсена стал осоловевшим, и Света с ужасом услышала тихие стоны – парень включил порнушку! Нет! Только не это! – Становись рачком, будем пробовать! Давай-давай, пока у меня снова есть настроение. Ну, же!
Будто в подтверждение её слов немаленький член Арсен заметно приподнялся. Светка всхлипнула.
– Рачком не больно, честно тебе говорю! Так даже лучше, чем на спине. Снимай свои стрёмные трусишки, – парень облизнулся. Видя, что Светка колеблется, он быстро стащил с неё трусы и притянул к себе. Светлячок не успела ничего сделать, как оказалась нагнутой носом в несвежую простыню, – Прогни поясницу, прогни. Какая ты негибкая. Ну, давай же! И ноги раздвинь. Ёб твою мать, не так! Вот-вот, уже лучше.
Голая и беззащитная, повёрнутая к Арсену ничем не прикрытой задницей Света испуганно сглотнула. Ничего не происходило, и от этого было ещё тревожнее. Раздался короткий щелчок. Он её сфотографировал? Но зачем? Зачем?
– Арсен? – по Светкиным щекам потекли слёзы.
– Фото на память. Когда буду по тебе скучать, воспользуюсь. Это последнее фото твоей девственной щёлочки, невероятное фото, – Арсен был доволен собой, – Подними голову и посмотри на экран, – Я хочу сделать с тобой то же самое.
Словно заворожённая Светка подняла глаза и обомлела: на экране крупным планом сношались какие-то бледнокожие, рыхлые люди. Это было неприятно, некрасиво и мерзко.
– Нравится?
Пальцы Арсена раздвинули её половые губы, отчего стало холодно и стыдно – Светка судорожно свела ноги, пытаясь спрятаться.
– Куда убегаешь? Ладно, не буду долго томить. Блять, ты чё такая сухая? Хорошо, гандон со смазкой… О-о-о…
Он вошёл в неё почти нежно и замер, не обнаружив ожидаемого препятствия, а вместе с ним застыла и Светка. Секунда, и член задвигался в ней с невероятной скоростью, разрывая внутренности. От боли Светка взвизгнула и покрылась гусиной кожей, тщетно пытаясь поползти вперёд, но сильный Арсен её удержал.
– Не пизди, лгунья! Тебе не больно! Думала, я не пойму? Теперь я выебу тебя грубо и жёстко, как последнюю шлюху. Девственница, говоришь? Хотела на бабки меня поиметь, стерва? Стой тихо и не дёргайся, а то хуже будет! – Арсен сопел, свистел, охал и стонал, пока не излил в свой презерватив весь гнев на Светкин обман. Девушка тоже стонала, но от дикой боли, изо всех сил пытаясь не заорать и кусая губы.
Когда всё закончилось, во рту ощущался вкус крови, а внизу живота невыносимо пекло и ныло. Света кинулась в сторону санузла, чтобы укрыться там и дать волю слезам, но Арсен её и не удерживал. Он спокойно снял использованный гандон, с отвращением швырнул его на пол, вытер руки об покрывало и равнодушно достал из пачки сигарету.
Светлячок рыдала и не могла остановиться. В животе болело так, что казалось, что там всё разорвано в клочья. Какая же она дура! Нужно было сразу сказать Арсену, что не девственница, и никакого наказания не было бы. Она сама виновата, что обманула. Кого винить, кроме себя?
И всё же… Зачем так грубо? Разве она не живая? Чем она его обидела?
От жалости к самой себе стало ещё хуже.
Да, она виновата, сильно виновата, но за что… так… так грубо?!
– Свет? – Арсен толкнул дверь плечом, и Светка испуганно подпрыгнула.
– Да, – её и без того жалкий голос задрожал.
– Хватит ныть, ты сама виновата. Выходи и дай поссать!
Действительно, заняла туалет, как будто она здесь одна. Светка тут же открыла защёлку и вышла.
– Какая ты… голенькая, – взгляд Арсена снова стал масляным.
Помимо воли слёзы побежали из красивых, светло-карих Светкиных глаз рекой, а рыданья сотрясли всё худенькое тело.
– Чё ты ревёшь, будто Земля перевернулась? Блять, первый раз такую ебанутую дуру вижу, как ты на свете живёшь? – Арсен грубо выругался и скрылся за дверью санузла с громкими проклятиями, – А её в мотель привёз, номер снял, кайфануть дал, – орал он с ненавистью, – А она рыдает, как ебанутая.
Светлячок наскоро вытерла слёзы и бросилась одеваться, на секунду решившись бежать. Но только на секунду. Они за городом. Как она доберётся домой, ведь уже поздно и темно? На такси как-то боязно…
Но если Арсен опять чего-нибудь захочет, она просто не переживёт!
За номер пришлось доплатить, но Светка, радостная от того, что всё наконец закончилось, не возражала. Деньги за гостиницу Арсен ей не вернул, но напоминать ему об этом было как-то неудобно. Всю обратную дорогу он упорно молчал и на Светку не глядел.
Наверное, ему не понравилось. Ну, конечно, кому понравится то, что девушку вырвало во время секса? Теперь они с Арсеном расстанутся.
От последней мысли Светке стало совсем плохо. Мать опять скажет, что Света неудачница, а Юлька тихо хмыкнет: «Удержать мужика – большое искусство». Опять у нерасторопного и робкого Светлячка ничего не получилось.
– Чё сидишь? Иди, приехали, – толкнул её Арсен локтем, – Зарёванная мыша.
– Пока, – попрощалась Света, внутренне сжимаясь.
– Не пойму, отчего ты такая зашуганная? Тебе изнасиловали, что ли? – на секунду голос Арсена чуть потеплел.
– Нет-нет, – испугалась Света.
– Тогда вообще непонятно. Хуйня какая-то. Ладно, иди, забей, – парень равнодушно отвернулся.
Светка в задумчивости поднялась на свой восьмой этаж на лифте. На лестничной площадке её уже ждала мама.
– Светлячок, похоже, у него серьёзные намерения. Я чувствую! – торжественно объявила мать, удовлетворённо улыбаясь, – Если ты и его просрёшь, будешь последней дурой! Вежливый, с машиной, каждый вечер приезжает. Правда сегодня почему-то к тебе не поднялся. Свет? А почему он не поднялся? Ты чё опять сделала? Налажала, да? Свет, чё молчишь? Я с кем говорю? Мужиков надо хитростью брать и лаской, а не рассусоливать сопли. Чувствую, налажала ты опять! Чё молчишь, как истукан?! Просрала жениха? Просрала?
– Да отстань ты от меня! Отстань! – выкрикнула Светка в мамино лицо и бросилась домой, воя от отчаянья, – Как вы достали меня все! Достали!!!
– Ты посмотри, какая она дерзкая…
– В гроб вгоняю, да? – на Светку было страшно смотреть, – В гроб?! Да чтоб ты… чтоб ты…
Сама не своя она кинулась прямо в обуви в ванную, ощущая, как железный ком сдавливает стальными тисками бедное горло. От ужаса, что её губы чуть было не произнесли самые страшные слова, изнутри вырвался дикий, полный боли и отвращения к себе вопль.
Глава 6
Утром Светка еле переставляла ноги: в промежности саднило и всё время хотелось в туалет по-маленькому, а низ живота онемел. Насупленная мать демонстративно с ней не разговаривала, но страдающая девушка была этому только рада. В начале двенадцатого позвонил Арсен, но Света просто не взяла трубку. Впервые в жизни она просто НЕ ВЗЯЛА трубку, и не почувствовала при этом ничего, даже угрызений совести. Настойчивый парень названивал бы и дальше, но она отключила телефон: оправдываться и слушать, что сама виновата, было выше её сил. Кроме того, даже если он снова позовёт её на свидание, сегодня она ничего не сможет физически. Нет, Света не злилась: болезнь забрала все её силы, и всё вокруг стало неважным и глупым.
Дверь слегка приоткрылась, и в Светкино спальню проникли запахи тушёного мяса и ароматных трав.
– Света, ты заболела? – догадалась мать, которая уже несколько часов не находила себе места, понимая, что произошло что-то из ряда вон выходящее, – То-то ты вчера как с цепи сорвалась, – она решила нарушить свою старую добрую традицию и пойти Светке навстречу.
– Нет, всё нормально, – соврала Светка, тяжко всхлипывая.
– Не ври. Я мать, я всё вижу. Говори, чё болит? – озабоченная мать уже просочилась в её комнату, уверенно присела на край кровати и тронула дочку за коленку, – Или ты со мной разговаривать не хочешь?
Светка испугалась: единственный человек, который реально может помочь ей сейчас – это мать. Хотя бы подскажет нужную таблетку и, может быть, даже сходит в аптеку. Мама работала в психиатрической больнице и знала названия почти всех лекарств. Нет, у Аглаи Борисовны не было медицинского образования, она была работником столовой, но общение с медсёстрами отделения даром для неё не прошло: оказать первую помощь мать точно могла.