Магдалина Шасть – Размазня, покажи зубки (страница 6)

– Всё время по-маленькому хочется и… болит, – призналась Светлячок, слегка краснея. О происхождении своей стыдной болячки она предпочла умолчать.

– Цистит, – уверенно поставила диагноз мать и тут же живо вскочила, готовая помочь, – У меня такое было, когда ноги промочила. Ну, конечно, ты вчера под дождь попала! Света-Света, ну как же ты так? Мужики не любят больных, а я думаю-гадаю, чё Арсен к тебе охладел… Ща таблетки найду, если не просрочены, – затараторила она, не давая вставить Светке ни слова, – О, фурамаг, – орала она из соседней комнаты, – Ща мы тебя на ноги поставим, у тебя же свидание. Хороший парень, нельзя такого жениха просрать.

– Мам!

Слушать про «жениха» Арсена было невыносимо.

– Ладно-ладно, я ж не дура, я всё понимаю: ты не хочешь, чтоб я в твои любовные дела лезла, но я же мать, меня тоже понять нужно, – мать уже стояла перед Светкиной кроватью с таблеткой и стаканом воды в руках, – Давай, Светлячок, пей и пойдём покормлю тебя, а то худая, как скелет, мужики худых не…

– Мам!

– Всё молчу… Нет, скажу. Тебе никто правды не скажет, кроме матери. Никто, понимаешь? Я пуд соли с твоим батей сожрала, а он к моей подруге ушёл, когда я тобой ходила. Потому что… мне тогда нельзя было ничего: ни тяжёлого поднимать, ни трахаться! Очень ты мне трудно досталась. Зря я тобой забеременеть решилась, до сих пор себя корю. Говорил: «девочку мне роди», а сам Ленке, моей подружке, под юбку заглядывал. Они, Светлячок, все одинаковые: только один секс на уме. Думаешь, тебя Юлька твоя уму-разуму научит? Совет хороший даст? Она такая же, как моя Ленка, спит и видит, что Арсенчика твоего у тебя уводит!

– Мама, у Юльки есть Славик, и у них всё хорошо.

Светка покорно выпила таблетку и немного успокоилась. История про отца и мамину подружку порядком её надоела, да и о Юльке, которую стала подозревать в плохих вещах, не особо хотелось думать, но лучше уж о них, чем о проклятом цистите и о том, откуда он появился.

Впрочем, может и права мать: всё-таки вчера она и правда попала под дождь и промочила ноги.

– Хорошо? Не смеши меня! Кристинка говорит, что Юлька каждый день со своим тощим Славиком лается. Он же у неё никто, ноль, это у тебя Арсен – бизнесмен, плечи широкие, взгляд тяжёлый… Обожаю таких мужиков. А Юлькин Славик? Тощий, высокий, как жердь, ещё и в очках. Кем он у неё работает?

– Он в аспирантуре учится.

– Вот! УЧИТСЯ! Значит, нищий. Эти мальчики до старости учатся, пока такие как Арсен мир в своих руках держат. Нуждаться в деньгах ты с Арсеном никогда не будешь.

Да уж, учитывая, что на карте Светлячка осталось всего два косаря до зарплаты… Она нахмурилась. Отдаст ей Арсен деньги за проклятую гостиницу? Может, и отдаст когда-нибудь, но уже не верилось. Да и теперь-то они точно расстанутся – игнор гордый Арсен ей никогда не простит.

– Мам, а твоя подруга… ну, ты догадывалась, что они… ну, – перевела она разговор, чтобы отвлечь маму от обсуждения «бизнесмена» Арсена. Про то, что Арсен всего лишь мастер и фамилия у него Сидоров, мать ещё не знала.

– Я, Света, совсем дурой была, любила твоего отца как кошка и ничего дальше своего носа не видела… Потому и тебя хочу от ошибок уберечь. Миром правит секс, Света. А я… никогда я темпераментной не была, – мать с тоской вздохнула, – Ему трахаться хотелось, а я пироги пекла, идиотка… Я, знаешь, всегда вкусно готовила… Он бы до сих пор жрать ко мне приходил, если бы я разрешила – Ленка, сука проклятая, подружка-дрянь, она же даже яичницу нормально пожарить не умела, зато… трахалась как швейная машинка, прошмандовки кусок! Она же всех моих парней прошла… ВСЕХ, Света! Первая шалава у нас на районе была. Эхех… Всё они врут, что порядочных любят, но даже отчим твой, алкаш беззубый, от меня налево ходил. Неудачница я, Света, неудачница. Хорошо, что хоть ты не в меня: темпераментная! Лечи свой цистит и не упускай Арсена!

– Он звонил, а я трубку не взяла, – растроганная мамиными откровениями Света тоже решила открыться.

– Чё? – мать подпрыгнула, – Это всё Юлькины техники. Она тебя такой гадости научила? Признавайся!

– Нет, мам, не она, – Светка испугалась. Вот так и всегда: ляпнет лишнего, а потом плоды своей глупости пожинает. Кто, спрашивается, за язык тянул?

– Что за дурость придумали: трубки не брать, мариновать, выделываться? Пока ты тут выделываешься, ему другая подвернётся и по-всякому даст: и в рот, и… неважно. Свет, ты хоть понимаешь, сколько у Арсена возможностей? Ему любая даст. ЛЮБАЯ, Света! Таких мужиков, как Арсен, надо возле своей письки держать, чтоб ни на кого больше не глядел. Звони ему быстро и говори, что соскучилась.

Свете вспомнилось своё унижение на несвежих простынях «Калинки», как стояла голая беззащитная на четвереньках… И запах мочи на своих губах. Её передёрнуло. Ещё раз это пережить? Нет!

– Не буду, – заявила она, утыкаясь носом в подушку, – Нет.

Любит ли она секс? Простой вопрос? Такой секс, как вчера, она точно не любит! Пусть Арсену кто угодно и как угодно даёт! КТО угодно, но только не она.

– Света, ты совсем дура? – взвизгнула мать рассерженно, – Ты понимаешь, что он разозлится и больше не приедет?

Мысль о том, что Арсен больше не приедет, была Светлячку неприятна. В голове снова возникло страшное и слишком правдивое слово «растыка», от которого несло холодной постелью и одинокой старостью: ничего она, Светка, не смогла и опять перспективного парня возле себя не удержала.

– Потом ему перезвоню, – согласилась она с матерью, понимая, что запуталась. С одной стороны Арсен был очень с ней груб, но с другой… у неё опять не будет парня. А груб Арсен был со Светой потому, что она его обманула, но… вот если бы кто-нибудь намекнул Арсену, что со Светой надо нежно…

Может быть, всё и срослось бы?

– Сейчас звони, а я послушаю как ты с ним разговариваешь! – приказала мать, – С мужиками надо ласково и кокетливо, как будто воркуешь. У Ленки, поганки, такой воркующий голос был, что завидно. Я тебя научу!

– Мам, – от мысли, что сейчас придётся позориться перед матерью, Света стала несговорчивой, – А почему ты сама не научилась? Ну, как твоя… тётя Лена? Ворковать? – она и сама обалдела от своей бестактности.

– Я пыталась, – казалось, мать не обиделась, что было немного странно, – И так пыталась, и эдак. Не дано мне, видимо.

– Может, и мне не дано? – предположила Света тихо.

– Не наговаривай на себя. Ты даже не попробовала! Я тебя научу. Давай звони, говори! – мать не успокаивалась.

– Не буду, – от стыда бледные щёки Светлячка стали пунцовыми. Звонить Арсену? Ещё и «ворковать»? Она не сможет, просто не сможет.

– Всё, я с тобой не разговариваю! Я перед ней душу выворачиваю, а она…

Вечером к Светке пришла довольная и румяная Юлька. Её волнистые, светло-русые волосы были небрежно зачёсаны назад, губы распухли, а на шее явственно проглядывали следы недавнего бурного разврата. Засосы. Светка со стыда бы сгорела, а Юлька ничего, будто бы даже гордится.

– Чё у тебя абонент недоступен? – предъявила она с порога, неодобрительно разглядывая серенькую Светкину пижаму, – Дрыхнешь?

– Она с Арсеном поругалась, он названивает, а она трубки не берёт. Видала такую дуру? А всё потому, что пописять нормально не может, – доложила мать из кухни, – Юль, хоть ты ей скажи, чё она творит? Потеряет же мужика…

– Пописять? Чё это значит? – Юлька почесала затылок, – И Арсен тут причём?

– Цистит, – слабо улыбнулась Света, – Но сейчас чуть получше, а Арсен… он вообще ни при чём.

– Так… рассказывай, чё произошло?

Юлька схватила Светку за руку и почти насильно втащила её в комнату.

Глава 7

Серые Юлькины глаза смотрели на Светлячка с недоумением. Казалось, она вообще не поняла сути Светкиной проблемы. Ещё бы, та старательно опустила все острые моменты, и история выглядела обыденной: поехали с Арсеном в гостиницу, переспали и…

– А чё поругались тогда? Тебе не понравилось? Он долбоёб, да? По мне всё нормально: снял номер, как и обещал, отвёз-привёз. Чё не так?

Светка задумалась: получается, что всё нормально?

Только что нормального-то?

– А что нормального-то? – она тихо всхлипнула.

– Свет, колись! Чё было? – Юлька даже заёрзала от нетерпения: она очень любила всякие интересные подробности и, чем интимнее, тем лучше, – Как тебе помочь, если я ничего не знаю?

– Он понял, что я не девственница, – Светкино лицо и шею залило болезненной краской.

– Ну, и чё? Какой век? Сейчас в двадцать пять лет девственницами остаются лишь совсем ебанутые. Он же не идиот, должен понимать, – Юлька хмыкнула, – Или… он тебя замуж хотел взять? Слушая, не томи, а? Безумно интересно! Он тебя бросил?

Мысль о замужестве задела Светлячка за живое: если бы Арсен взял её замуж, мама прекратила бы лезть со своими советами и стала бы уважать, и Юлька взглянула бы на неё другими глазами. От обилия «бы» в глазах зарябило. «Если б да кабы во рту выросли грибы, то это б был не рот, а блядский огород!» – так говорила покойная бабушка, известная на весь город матершинница, но эту присказку Света не понимала: однажды у неё уже вырастали грибы во рту, но огородом рот не стал, просто пришлось долго лечиться от грибкового стоматита.

– Он был со мной груб! – выпалила Светка, морщась от воспоминаний, – У меня до сих пор всё ТАМ болит!