Магдалина Шасть – Размазня, покажи зубки (страница 2)

– Но… но…

– Научу тебя потом, так и быть.

Светка покорно стащила с себя блузку, оставаясь в скромном лифчике. Сальный взгляд блестящих глаз Арсена прожигал на ней дыру, тот ещё ни разу не видел её раздетой, несмотря на подозрения матери.

– И лифчик… лифчик, – поторопил её парень, надрачивая свой разгорячённый, предельно вздыбленный член, перепачканный красной помадой. Светка расстегнула застёжку, обнажая небольшую грудь, – Повернись ко мне, ласкай себя, ласкай!

Светка неуверенно провела ладошками по соскам и уныло улыбнулась, чувствуя себя максимально беззащитной и несчастной. Если сейчас он потребует снять брюки, то её разорвёт от стыда.

– А-а-а, – по счастью из дымящегося мужского органа уже полилась белая жидкость, забрызгивая сиденье и брючины героя-любовника.

Светка облегчённо выдохнула и потянулась за лифчиком.

– Нет-нет, я ещё не взял тебя всю! – схватил её Арсен за руку.

Нет! Нет! Нет!

– Я устала. Я не умею. Я домой… Меня мама ждёт! Мама! – последнее слово получилось особенно тонким и визгливым.

– Девочка, – удовлетворённо улыбнулся Арсен, ласково поглаживая Светкино бедро.

В тот вечер Света отсутствовала два часа сорок пять минут.

– Одно на уме, – пробурчала мама, недовольно разглядывая её зарёванное лицо, – Темпераментная. Я такой в твои годы не была. – однако последняя фраза прозвучала как комплимент.

Сама не своя Света тихо просочилась в свою комнату, со стыдом вспоминая как опозорилась перед парнем, с которым планировала серьёзные отношения. Нет, не планировала – надеялась. Планировать она не умела. За неё всё и всегда решали другие. Самое страшное, что теперь Арсен уверен, что она девственница, но долго скрывать правду не получится.

«Юль, привет! Арсен хочет снять номер в мотеле. Что делать?»– в отчаянье написала она подружке.

«Сейчас спущусь. Жди».

Юлька – это дочь тёти Кристины. Они с матерью жили этажом выше.

Глава 2

Слушая сбивчивый рассказ Светы, бесконечно расстроенной и озадаченной нерешаемой дилеммой, Юля задумчиво облизывалась.

– А насколько большой, покажи? – попросила она настойчиво, когда та смолкла.

– Что? – не поняла Светка.

– Ну, член, конечно, – Юлька смущённо захихикала, – Больше, чем у Стасика?

Стас – бывший Светкин приятель, не миновавший постели вечно ищущей приключений и развлечений кокетки Юлии.

То есть из всего её эмоционального рассказа Юльку заинтересовалась только размерами члена? Светка задумалась: может, и правда ничего особенного не произошло? Подумаешь, первый раз в рот взяла. Всё когда-нибудь происходит в первый раз.

– Юль, а что делать-то? Он же поймёт, что я не девственница, – тем не менее возразила Светка, тщетно пытаясь вспомнить, каких размеров орган Стасика. Честно говоря, она и не запомнила – всё в темноте было да впопыхах. Эту Юльку он в свои хоромы водил, а со Светкой по-простому, без изысков…

Со Светкой всегда и всё происходило в темноте и впопыхах. По-другому как-то не срасталось.

– Ну, покажи какой. Чё, жалко? Хотя бы примерно? – Юлька отставать не собиралась.

– Ну, вот такой, – Светка смущённо отмерила на своём бедре пару десятков сантиметров. Дался Юльке этот его размер. Какая разница? Главное же – чувства, – Примерно такой. Может быть, даже больше. Я разволновалась и не запомнила.

Подружка одобрительно хмыкнула.

– Свет, ну и чё ты раздумываешь-то? Член большой, надо брать. Ты за него замуж собираешься? Вначале попробуй, оцени, дай себя проявить, так сказать, в деле, а потом уже решай, надо оно тебе или нет, – улыбнулась она снисходительно.

– Решать? Да что решать-то? Он подумал, что я девственница, поэтому и решил в мотель позвать. Он так и сказал: «чтобы ты расслабилась», – Света виновато потупилась, – А так получается, что я его обманула…

– А ты обычно где трахаешься? – Юля как-то странно на Свету посмотрела.

– Ну, не знаю, – Света растерялась. Последний раз был со Стасом в саду за старым интернатом, до этого в беседке детского сада – их тогда сторож накрыл.

– Хотя, о чём я спрашиваю, и так понятно. Если он тебя на заброшке запросто на минет развёл и на подрочить.

– Я не дрочила!

– Ох-хо-хо. Свет, а зачем ты это делаешь, а? – всегда смешливое лицо Юльки стало серьёзным, – Тебя туда повели – ты идёшь, сюда – тоже. Ты тёлка или девушка? Я понимаю, когда для романтики на природу едут, но какая романтика, если от тебя за километр страхом разит? Ты вообще хоть что-нибудь чувствуешь, а? Вон какая напряжённая.

– Что ты, как мама? Ничего я не боюсь. Каким страхом? – Светка недовольно нахмурилась, – А ты зачем с мужиками встречаешься?

– Мои мужики всегда оплачивают номер в гостинице, дарят подарки, цветы и вкусно меня кормят, но не потому, что я девственница, а потому что они мужики. Да, некоторые бабы меня не понимают, говорят, что я соглашаюсь слишком быстро, согласна: я долго не ломаюсь, но… Я люблю секс, и секс любит меня. А ты секс любишь? – Юлька достала из кармана блистер с жевательными резинками и выдавила одну из них с коротким хлопком, Светка даже вздрогнула, – Чё молчишь? Простой вопрос.

– Ну, – начала Светка неуверенно.

– Нинаю, – передразнила её Юлька, кривя губы, как печальный клоун, – А чё ты вообще знаешь, а? Ты на себя в зеркало давно смотрела? Морда вечно кислая, голос тихий, слова за подбородок цепляются, а взгляд как у побитого щенка. Тебя били, Света?

– Н-нет…

– А хочется. Хочется прям врезать тебе, чтоб ты зубы свои показала! Покажи им зубы! Сука ты или не сука? – увлечённую психологией Юлю явно понесло.

– Ты ч-что обзываешься? Я не…

– Не сука? А я сука и горжусь этим. Я никогда не беру за щеку, если не хочу. Да если б он меня на стадион отвёз, как последнюю шалаву, я б ему хуй откусила. Я бы… Я… Светлячок, ты чё, а? – Юлька поспешно бросилась утешать разревевшуюся, как рёва-корова, Светку, – Ну, всё. Хватит. Пойдём к зеркалу, я тебе наглядно покажу, как надо.

– Пойдём, – Светка попыталась успокоиться, – Тогда в коридор – там зеркало побольше.

– Угу, – против коридора Юлька возражать не стала.

Уже в коридоре, среди шкафчиков с туфлями (Светкина мама фанатела от обуви), Юлька поставила Светку перед зеркалом и заставила смотреть на своё отражение.

– Что ты там видишь? – похоже, славная карьера психолога для продвинутой Юльки уже не за горами.

– Себя, – ответила Светка уныло.

– Девчат? – оживилась Аглая Борисовна, услышав с кухни, где готовила овощное рагу, девичьи голоса, – А вы чё делаете?

– Проходим сеанс психоанализа, тёть Аглай, – ответила Юлька уверенно.

– А, – Аглае Борисовне ответ понравился, – А я тоже хочу психоанализ. Проведёшь, Юль? Хочу узнать, где мой покойник-муж заначку хранил. Точно знаю, что деньги у него были.

– Тёть Аглай, вы психоанализ со спиритизмом перепутали. Я эзотерику за науку не считаю – разводилово сто процентов, но, если хотите с покойным поговорить, номер знакомой гадалки дам, – отозвалась Юлька громко, стараясь переорать зарычавший, словно потревоженный медведь, холодильник.

– Дай, Юлечка! Дай, голубушка. Какая ты хорошая девочка: всех знаешь, всё умеешь. Как же Светлячку повезло с подругой! Уже шесть лет моего козла на свете нет, а его заначку я так и не нашла.

– Может, потратил?

– Говорю же, козёл. У козлов всегда деньги есть: на баб и на водку! Он бы их и на тот свет с собой забрал.

– Смотри, Свет, внимательно, – Юлька снова вернулась к тому, с чего начала, – Чё ты там видишь?

– Себя… и немножко холодильник… и стену, – Светка явно не понимала, чего от неё хотят.

– Всё не то! Какая ты бестолковая, – разозлилась Юлька, – Давай я. Вот ты. Спина у тебя сутулая – раз, лицо бледное – два. Ты симпатичная, не спорю, но стрижка не идёт тебе абсолютно – три, а взгляд… это же катастрофа, а не взгляд: неуверенный, робкий, никакой, короче. И на меня посмотри. Что видишь? – она приосанилась и дерзко улыбнулась своему отражению.

– Ну, – Светка замялась.

– Да, говори! Говори честно!

– У-у тебя синие круги под глазами и нос приплюснутый, – произнесла Светка, заикаясь.

– Дура! – Юлька разозлилась и принялась искать свои домашние тапочки, – Я ухожу.

– Юль, прости, пожалуйста, прости, – Светка не знала, чем загладить свою вину, – Ты же сама сказала» «честно».

– Нос приплюснутый? – Юлька в бешенстве треснула ногой по шкафчику для обуви, отчего с него попадали туфли Аглаи Борисовны, – Да я со своим приплюснутым носом всем твоим парням нравилась, и ни один из них тебя не хвалил, – поняв, что взболтнула лишнего, она стала яростно ковыряться с входной дверью, пытаясь отпереть тугую задвижку.