Магдалина Шасть – Размазня, покажи зубки (страница 1)
Магдалина Шасть
Размазня, покажи зубки
Пролог
Почему с ней всегда так: хочешь самоутверждения, ожидаешь, что встретит с тихой радостью и покорно раздвинет ножки, не спрашивая ни о чём, а потом, когда всё уже произошло, чувствуешь себя не властелином мира, а скотом. Он не звонил ей месяца два, но Светка не истерила, не предъявляла претензий, не орала, просто встала на колени и взяла в рот, словно ёбаная мученица. Вовка посмотрел на неё почти с отвращением.
Пора с ней заканчивать – с каждым разом притворяться становилось всё сложнее. Скучный трах на четыре минуты у него и без неё регулярно: дома, с законной женой.
– Свет, тебе домой пора, – взять и выставить за дверь? Чем не план?
– Да, я пойду, уже поздно, – Светкино и без того бледное лицо стало белым, как молоко. Вовка ненавидел молоко с детства.
– Иди.
– Да, конечно…
– Слушай, ты когда-нибудь обижаешься? Что ты за человек такой, а? Я об тебя ноги вытираю, а ты даже не понимаешь этого, – он со злостью плюнул на цементный пол холодного гаража, – Сношаю тебя по подворотням, как дешёвую шмару, а ты и рада. Неужели не хочется романтики: цветов, ресторанов, шёлковых простыней? Или чё вы там, девчонки, любите?
– Х-хочется, – Светкин острый подбородок сильно задрожал. Неужели она сейчас разревётся? Дошло? Уже хорошо, – Н-но я понимаю, что у тебя нет денег…
– Нет денег? У меня? – он даже оскорбился, – Мы этим летом с Машкой в Италию летали, а осенью в Париж на пару деньков. Я купил сыну путёвку в самый дорогой санаторий России: ему и бабушке. Ты реально считаешь, что у меня нет денег снять приличный номер?
– Н-не знаю, – всхлипнула девушка, опуская голову.
– У меня нет денег на тебя, поняла? Эй, ну ты чего? Светлячок, эй?
Вот так и всегда. Вовка ненавидел себя за мягкий характер: Светка разревелась, как корова, и он опять раскис и стал её утешать. Последнее, что он запомнил из той их встречи – это то, как яростно и бодро натягивал Светку между худых, покрытых гусиной кожей булок. Так себе воспоминание, конечно, но яйца облегчил.
***
Уже заметно стемнело. Стояла обычная ноябрьская погода: хмурая, сырая, неуютная. Светка шла по мокрому асфальту и не видела дороги от застилавших глаза слёз. Она так и не поняла, почему всегда добродушный и воспитанный Вова на неё наорал: сам же говорил, что ценит её бескорыстие и покладистость, сравнивал с женой-стервой и всегда хвалил.
Потом они, конечно, помирились, и он даже проводил её… Правда только до троллейбусной остановки. Ну, это логично: Вова выпил, а садиться пьяным за руль нельзя.
Ей всего-то пару остановок проехать и пройти метров двести через тёмный двор. От жалости к самой себе из горла вырвался тихий всхлип, и слёзы потекли по щекам с утроенной силой. Почему всё так несправедливо? Почему длинноносая и болтливая Машка, с которой они вместе начинали работать в бухгалтерии, давно пересела в синий «Фиат» с блатными номерами в честь её имени и дня рождения, а она, Светка до сих пор топчется в последних рядах, перебиваясь объедками?
Машка – Вовкина жена. Та самая Машка, которую Светкина мама обзывала цаплей, обошла симпатичную Светку по всем параметрам. Вовка был учредителем небольшой фирмы, и никак не мог найти хорошего бухгалтера для ведения документооборота. Света помогала бескорыстно, но в один прекрасный день Вовка просто заявил ей: «Спасибо, Светлячок. У меня теперь свой главбух, стерва правда и дорого мне обходится, но она того стоит. Жаль, не все такие бескорыстные, как ты» и протянул шоколадку.
Единственная шоколадка с изюмом и орехами, которые так любила Светка, за все шесть лет их с Вовой знакомства. Помнится, она ела ту шоколадку со слезами на глазах, как сейчас, а на следующий день узнала, что бухгалтером у Владимира стала Маша. Впрочем, почему, как сейчас? Сейчас даже шоколадки нету!
Светка шла и неудержимо рыдала, потому ничего вокруг себя и не видела. Она приложила «таблетку» от домофона к считывателю, бесшумно юркнула в подъезд и не заметила, как чьи-то сильные руки поймали не успевшую закрыться за ней дверь, и кто-то рослый и крепкий проник в сырой, «благоухающий» гнильём из мусоропровода полумрак, настороженно озираясь.
Глава 1
Светкина мать Аглая Борисовна обсуждала с подружкой современную молодежь. Нет, не по телефону, а лично, но… через балкон! Да-да, вот так: по старинке стояла на балконе и обсуждала, стараясь переорать порывы ветра. Хуже всего, что соседка тётя Кристина, жившая на этаж выше, была туга на одно ухо, поэтому говорить приходилось чётко и громко, и истошные вопли Аглаи разносились по всей округе, а рассказывала она… о Светке.
– Водит мою Светку туда-сюда, туда-сюда, придёт – заберёт, а через два часа возвращает. И что, спрашивается, он с ней делает? Я Светлячка пытала-пытала, пытала-пытала… не признаётся! Вся в меня: упёртая, как покойная тётя Соня, – громко возмущалась мать, отчего Светку, слышавшую её вопли через приоткрытое окно, обдавало стыдливым жаром, – Нет, не того воспитания нынешние молодые люди: лишь бы потрахаться у них на уме, только об этом все мысли.
– Чё? – не расслышала тётя Кристина.
– Трахаться, говорю, хотят!
– Ох, как верно и глубоко!
Светка не выдержала, открыла окно и зашипела на мать через москитную сетку.
– Мам, тише ты! Все слышат!
– О, Светлячок? А ты зачем подслушиваешь?
– Да все слышат, мам! Весь дом!
– Вот скажи мне, что он с тобой делает, а? Что хорошего можно сделать за два часа?
– Мама…
Но мать её не слушала.
Арсен позвонил в дверь их квартиры ровно в девятнадцать ноль ноль, как всегда. На часы можно было не смотреть – если Арсен на пороге, значит семь вечера. Ещё полчаса назад Светка аккуратно причесала свои тёмные волосы, подвела желтовато-карие глаза чёрной подводкой, отчего стала казаться серьёзней, накрасила губы тёмно-вишнёвой помадой и уже ждала своего ухажёра в прихожей, переминаясь от нетерпения. Договаривались на полседьмого.
– Привет! – контрольный поцелуй в щёку, чтобы не размазать помаду раньше времени, и вот они идут под ручку к его длинной, белой «Мазде».
Светка аккуратно проникла в салон, стараясь не поцарапать кожаное сидение и бережно прикрыла дверь – Арсен не любил, когда к его машине относились непочтительно. Сам водитель с колымагой не церемонился: хлопнул так, что Светлячок испуганно подпрыгнула. Закудахтал мотор.
– Ржавое корыто, – выругался Арсен и тут же добавил, опомнившись, – У брата взял, пока своя в ремонте. Интересная версия, учитывая, что последние две недели эта «Мазда» была «его девочкой». Видимо, забыл. Света ловить Арсена на лжи не стала. Зачем?
Они проехали метров семьсот в сторону заправки и остановились возле мини-маркета. Впрочем, как всегда.
– Ты хот-дог будешь? – спросил Арсен, равнодушно позёвывая, и Светлана поняла, что снова останется голодной. Он всегда покупал себе на заправках кофе, а про хот-дог забывал. Потом они неторопливо кружили по городу под голодное урчание Светкиного желудка, а Арсен болтал с друзьями по телефону о делах. Сложно сказать почему Света никогда не ела перед свиданием, возможно слишком нервничала произойдёт оно или нет.
Но в этот раз случилось чудо: сияющий Арсен вышел с упаковкой круассанов – выглядел он так, будто выиграл их в лотерею.
– С-спасибо! – Светка не поверила своему счастью.
В тот вечер их маршрут был предопределён: заброшенный, безлюдный стадион, который годился только для того, чтобы трахаться или безобразничать как-то иначе. Припарковались возле облупленной статуи Амура.
– Я скучал, – проговорил Арсен, откатывая сиденье. Недолго думая, он расстегнул ширинку и достал из штанов внушительных размеров детородный орган, уже готовый к подвигам, демонстрируя всю его первобытную мощь и горделивую стать. Светка испуганно проглотила кусок ароматной выпечки и уставилась на стояк с растерянностью в изумлённом взгляде, – Ну, давай! Разве он тебе не нравится? Посмотри, какой красивый и большой. Хочу, чтобы ты перепачкала его своей губной помадой, – приказал парень, причмокивая от предвкушения.
Светке стало плохо. Нет, не само предложение так её расстроило. Нет!
– Я… я не умею, – промямлила она, давясь собственной слюной.
Какой позор! Какой позор в её двадцать пять не уметь делать ЭТОГО! Нет, она давно не девочка, но просто… как-то не было возможности научиться.
– Это не сложно, я подскажу, – карие глаза Арсена добродушно заблестели, Светка с тоской взглянула на отбитый нос уличной скульптуры и покорно склонила голову.
Член не хотел помещаться во рту, а Арсен, как назло, требовал погрузить его до самого основания. Нерасторопной Светлане это никак не удавалось. Густые, чёрные волосы на мужском лобке неприятно щекотали ей нос, а насыщенный интимный запах вызывал странные ассоциации, и девушка поняла, что сейчас её вырвет. Она резко дёрнулась и обнаружила, что парень цепко вцепился пальцами ей в уши. От ужаса её затрясло, как эпилептика, а из горла вырвался характерный звук.
– Ну, ладно, – смилостивился Арсен, отпуская несчастную на свободу, – На первый раз хватит. Раздевайся и подрочи мне.
Светка стукнулась затылком об руль и яростно закашлялась, размазывая по щекам слёзы вместе с подводкой. Подро… чи? Что?
– Я… я…
Она не никак не могла прийти в себя.
– Не умеешь? – догадался Арсен, – Ладно раздевайся.