Магдалина Шасть – Он хороший (страница 23)

– Олесь, – голос Хоботова звучал раздражённо.

– Как знаешь.

– Ладно, давай завтра сходим. Всё. Пока. Некогда, – Гена бросил трубку.

И что это? Да или нет?

– Как же ты меня достал, Хоботов! Глупый козёл! – Олеська плюнула со злости прямо на пол и тут же в этом раскаялась, – Ух, блять, – она поспешила в ванную за тряпкой, – Не отвертишься, дурак! Как миленький пойдёшь…

***

«Завтра» наступило в субботу вечером. Игорю Константиновичу позвонил сам Гена, встретиться договорились на девять вечера. «Миленький» созрел. Олеся не знала, куда деваться от волнения. Несколько часов она выбирала наряды и никак не могла решить, что надеть. День был пасмурный и прохладный, а возвращаться им придётся уже ночью, так что нужно было что-то более-менее тёплое.

Остановилась на белой рубашке с длинными рукавами и бледно-голубых джинсах-бананах. Чтобы придать образу кокетства выбрала переливающийся блёстками ремень и длинные, блестящие серьги с широким браслетом. Волосы просто распустила по плечам. Отражение в зеркале ей понравилось. Кукла Барби отдыхает.

С красками на лицо Олеся решила не жмотиться: агрессивные чёрные стрелки, тушь, голубые тени, матирующая пудра, румяны на скулы, ещё чуть-чуть и будет вульгарно, поэтому губную помаду заменила на розовый блеск. Игорь должен оценить. По моде, но без перебора.

Хоботов заехал за ней без десяти девять.

– Отпад, – похвалил он, оглядывая Олеськин прикид, но по взгляду Олеся поняла, что тот скорее недоволен. Похер! Сам виноват, что выбрал самую красивую девушку города.

Ведь она самая красивая? Олеся ухмыльнулась. Да! Главное, выглядеть уверенной в себе.

Не чувствуя ног, она запрыгнула на пассажирское сиденье Генкиной «шахи» и поняла, что вся трясётся. Блять!

– Ген, а у тебя выпить есть? – на Олесю частенько нападала дурацкая трясучка, когда она сильно нервничала. Это бесило. Кто обратит внимание на девчонку, которая колотится, как мелкая собачонка? Это жалко и стрёмно.

– Воды? – Гена уже устроился за рулём и провернул ключ в замке зажигания. Заработал мотор. Теперь тряслась не только Олеся, но и машина.

– Блять, Ген, выпить. Какая на хуй вода? Выпить есть чё? У тебя всегда есть, ну, – Олеська стиснула зубы, еле сдерживаясь, чтоб на Генку не наорать. Тревожное ожидание встречи с парнем мечты превратило её в истеричку.

– Ща… – Слава богу, расспрашивать Гена не стал, а просто вышел из автомобиля и пошёл к багажнику. Пара минут, и он вернулся с бутылкой из-под портвейна, – Грузинский коньяк. Из закуски только конфета, – он протянул ей не особо любимый Олеськой «Кара-кум».

– Сойдёт, – Олеся была согласна на всё. Главное, не трястись, как дура. Она выхватила бутылку из Генкиных рук, отвинтила крышку и приложилась губами к горлышку. Отхлебнула приличную порцию. Горько…

– Смотри не нажрись, – усмехнулся Генка.

– Езжай уже! Бесишь.

К частному сектору за Крапивинским Олеся подъехала уже в нужной кондиции: уверенная в себе и готовая к подвигам.

– Жвачка есть? – толкнула она Генку в плечо, – Наверняка несёт от меня за километр.

– А ты целоваться что ль собралась? Рот не раззевай, да и всё, – буркнул Генка.

– Там всё-таки спортсмены, Ген, ну… неудобно.

– Неудобно на потолке срать, а эти потерпят. Ублажать никого и не собираюсь.

– Гена!

Возле ворот нужного дома была припаркована новенькая иномарка.

– Это «мерс» что ли, Ген? – восхитилась Олеська, изо всех сил приглядываясь, чтобы разглядеть эмблемку на автомобиле.

– Олесь, ты вроде на колхоз не похожа. Ну, «мерс» и чё? Ты «мерса» никогда не видела? Держи себя в руках, не раболепствуй, – приказал Гена уверенным тоном. Ну, ни хуя себе, важный тип! Олеся нахмурилась.

– Я не раболепствую, – она почти обиделась, но коньяк победил, – Восхищаться красивыми машинами не преступление.

– Все эти дорогие тачки – дерьмо на лопате. Главное – быть сильным, – Гена аккуратно припарковался возле забора. Забор был самый обычный: из деревянного штакетника, оплетённый снизу цветущим вьюнком. За забором был виден дом: двухэтажный, без архитектурных наворотов, но внушающий уважение. Во всех окнах первого этажа горел свет. Гену ждали.

– Ты не прав, Ген. Деньги – это власть. Чего стоит твоя сила без денег? Сам недавно плакался, – возразила Олеся, дёргая ручку дверцы, – Когда-нибудь у тебя тоже будет «мерс», – она хотела сказать «у меня», но в последнюю секунду передумала.

Интересно, это машина Игоря? Она прищурилась, оглядывая рядом стоящую тачку с нескрываемым интересом. Хороша. Вот в таких тачкх должна ездить Олеся Синицкая, а не в убогой «шахе».

– Ну, да. Машина серьёзная, – неожиданно согласился Гена.

Они подошли к воротам, и Олеся взвизгнула от ужаса: через дыру в досках вылезла страшная собачья морда с огромной пастью.

– Ваф, – лениво гавкнул зверь, с любопытством разглядывая Олеськино лицо.

– Гена, что это? Убери его! – девушка испуганно спряталась за Генку, – Он на меня смотрит, блин.

– Немецкая овчарка, – Генка улыбнулся, – Они пьяных не любят, сейчас укусит тебя за жопу.

– Гена, блять!

– Адольф, сидеть. Сидеть, я сказал, – от звонкого мужского голоса по Олеськиной спине побежали мурашки. ОН, Игорь, – Давай сюда. Не бойтесь, детвора. Адольф добрый, хороших людей не трогает, – кажется, Игорь рассмеялся. Перед Олеськиными глазами всё помутилось.

– Пойдём, – Гена взял её за руку.

Обстановка в доме была неуютная. Скорее, рабочая. И Олеся сразу поняла, что запах алкоголя от неё никого не возмутит.

– Разуваться не надо, – бросил им Игорь, жестом приглашая идти за собой.

Огромный зал был заставлен силовыми тренажёрами, висело несколько боксёрских груш, а в углу валялась штанга с рассыпанными по полу «блинами». Пол был грязный. Двое голых по пояс мужиков вяло боксировали. Но когда Генка с Олесей зашли, повернулись к ним со злым любопытством в голодных, каких-то звериных глазах.

– Классная тёлка, – выдавил из себя один из них, и Генка дёрнулся. У Олеси душа ушла в пятки.

– Это девушка гостя, Зюзя, веди себя прилично, – вмешался Игорь, предотвращая конфликт, – Пойдёмте, детвора. Зюзя любит трахаться, он тупой, как животное. Ебёт всё, что даётся и не даётся, – он брезгливо хмыкнул.

Олеся почувствовала, что краснеет. Нужно было выпить больше. Ей было не просто страшно, ей было дико страшно. Кажется, про изнасилования Галька не пиздела. Похотливый взгляд Зюзи выжигал на Олеськиной заднице звезду.

– Пойдём в кабинет, выпьем, побеседуем, – Игорь пригласил их в небольшую комнату с диванчиками и столом. Здесь было куда приятнее, чем в «тренажёрке». На тумбочке стояла лампа в красивом абажуре, на стене наклеены фотообои с водопадом, – Садитесь, – он кивнул головой в сторону одного из диванчиков, – Королева, твою мать, тащи выпить! – гаркнул он кому-то.

Олеся устроилась на удобном диванчике, пытаясь расслабиться, но тут произошло то, что заставило её глаза округлиться.

В «кабинет» зашла её бывшая подружка Нинель Королько с подносом в руках. Но испугало Олесю не это, а то, что Нинка была абсолютно голая. Совершенно голая, ни нитки.

Олеська сглотнула и повернулась к сидевшему рядышком Хоботову, тот уронил от потрясения челюсть.

– Спасибо, Королева, – Игорь шлёпнул Нинель по голой заднице. Королько кисло улыбнулась и поставила на стол бутылку дорогого коньяка и тарелку с клубникой. Её тяжёлая грудь со следами засосов покачнулась. Олеська зажмурилась, – Иди, Зюзю успокой.

Глава 21. Деловое предложение

Игорь достал из шкафа коньячные бокалы, открыл холодильник и вынул оттуда тарелку с тонко порезанной колбасой, куриные рулеты и бутеры с красной икрой. Поставил перед гостями на стол. Выглядело всё, как еда из хорошего ресторана. В другой день Олеся оценила бы, но сейчас ей было не до жратвы.

Что это за место? Спортивный клуб? Но уголовные рожи там, за стеной, на спортсменов похожи не были. Скорее, какой-то притон, а не спортивный клуб. Даже боксёрские груши не спасали.

Мужики о чём-то трещали, а Олеська никак не могла прийти в себя. Она с жадностью налегала на коньяк, а закусывать забывала. Голова уже опасно кружилась. Нинель здесь? Почему она голая? Чем она тут занимается?

А, ну да… Чем могла заниматься обнажённая девушка в компании голодных, агрессивных мужиков? Выглядело это мерзко.

Дверь открылась.

– Горе, это и есть твой супер-богатырь? Здорово, парень, – перед пьяными Олеськиными глазами выросла фигура коренастого мужчины лет пятидесяти, – Константин Геннадьевич, для своих Костян. Добро пожаловать в «Хромые лоси», – мужик протянул Генке здоровенную лапу. Тот уважительно её пожал, – Красивая у тебя кукла.

– Это не кукла, это девушка моя, – кажется, Генка оскорбился.

Олеська подняла голову и встретилась с Костяном взглядом. Его глубоко посаженные глаза цвета стали почти не мигали и смотрели на неё холодно и недружелюбно. Олеська испуганно потупилась. Симпатичным Костяна не назовёшь, добродушным тоже. Он походил на главаря банды из советских фильмов про войну. С такими людьми лучше никогда не связываться: пережуёт и выплюнет.

Зачем они с Геной здесь? Олеся запоздало раскаялась.

Да, она очень хотела познакомиться с Игорем поближе, а вот с Костянами, Зюзями и прочими персонажами лучше бы и не встречаться никогда. Они её пугали.

– Если девушка, это хорошо. А я всё больше по клячам. Брезгую, но ебу, – Костян похабно заржал.