Ма. Лернер – Все не так, как кажется (страница 16)

На осторожный стук в дверь Катя подскочила не хуже гимнастки на батуте, судорожно накрываясь простыней.

– Бабушка! – сказала она отчаянным шепотом.

А то Алевтина Васильевна пропустила столь ответственный момент, как инициация внучки в профессиональную ведьму. Я несколько перерос детскую наивность. Так и поверил в некие ужасные разборки и изгнание из дома падшей девушки или ее «совратителя». Как там те старушки выразились? «Мужики тут не водятся»?

Сполз с койки и открыл дверь, загораживая грудью проход. Очень любопытно, чего бабуля собралась предъявлять.

– Я бы не стала беспокоить, – сказала хозяйка озабоченно, блестяще подтверждая мысль о полной осведомленности о происходящем в доме. – Но телефонируют из полиции и срочно требуют. – Даже не из участка. Из Московской криминальной.

Взгляд при этом безмятежный. Если и числится нечто за мной, то нисколько не осуждает.

– Чего вдруг? – искренне удивился я.

– Не говорят, – она показательно пожала плечами, – но знаешь, нехорошее у меня предчувствие. Ты ничего не чуешь?

Бабушка решила больше не вешать лапшу на уши и открыто признала, что раскусила во мне родственную душу? Молча развел руками и, шлепая босыми ступнями по холодному полу, прошел за ней.

– Андрей Мироев слушает, – доложил в трубку. – Что?!

Глава 7

Странное убийство

– Может, не стоит тебе ехать?

Катя, не отвечая, погладила по руке. Утешает. А мне не плакать хочется – злость корежит. И не на себя, что не уследил и не проконтролировал. Она и не собиралась с самого начала кого-либо слушаться. Был же еще дядька Стоян, а он тоже не в курсе. Доигралась, мамочка. Да еще даже не намекнула, кто у нее за спиной маячил. Состроила удивленные глазки.

– Туда должен подскочить мой дядька, – говорю вслух. Чего уж стесняться, раз Алевтина Васильевна и так обо всем в курсе. – Знакомство с моими родственниками становится неизбежным. А люди мы непростые. Или научишься скрывать мысли, или лучше держаться от них подальше. Потому начнем прямо сейчас. Упражнение номер один: простое. Мысленно представляешь у себя на голове рыцарский шлем. Такое большое железное ведро. И оно надето постоянно, плотно прилегая к одежде без малейших щелей.

Высококлассный талант сумеет найти возможность пролезть в малейшую дырку. Потому использую «скафандр». Водолазный, со всех сторон закрывающий. Правда, всерьез давно не приходилось сталкиваться с сильными умельцами, лезущими в голову. Почти не встречаюсь с другими из семьи, но привычка носить защиту постоянно уже в крови.

– А смотреть как?

– Его нет, оно выдуманное.

– Но для меня реально, – сообщила Катя сердито.

Логично, однако крайне глупо.

– Надень мотоциклетный шлем. Забрало прозрачное, из пуленепробиваемого стекла. Или армированное. Да, лучше так. Металл экранирует телепатию надежнее.

– Мертвая сфера ей известна, – сказала Алевтина Васильевна очень нейтрально. Типа мы сами не промах. – Она неудобна. Тебя не слышат, но и ты не чувствуешь людей. Лучше иметь оберег.

– Правильнее будет самому машинально держать защиту, – обращаясь к внучке, заявил я, – тогда ее у тебя не отберут, не украдут и сама по глупости не потеряешь. Привыкнешь к заменителям и не заметишь, как влипнешь. Пока так. Продвинутые варианты – перископ, импульсное сканирование мы обсудим позже и в более приятной обстановке. Кстати, – почему бы и не сказать прямо, – не рассчитывайте на бесконечные подсказки. Раз уж имею дело с потомственными, наверное, имеются свои маленькие секреты?

– Честный обмен?

Уверена, что возьмет все равно больше. Тем более внучка поделится. Ну это мы уж потом разбираться станем.

– Вот именно.

Я ведь и так достаточно сказал. Следующий шаг можно сделать самостоятельно.

– Договорились. Вернусь, побеседуем обстоятельно.

Включил зажигание, и параллельно заорало радио, бодро поведав о продолжающейся забастовке шахтеров. Они уже не только не работают, но и вышли на рельсы, мешая поездам. Вот теперь точно разгонят к той самой матери. Парализовать транспортную систему власти позволить не могут, а вмешиваться в конфликт не хотят. Шахты частные, многие выработаны, три четверти нерентабельны. Недаром их хотели закрыть. А требование национализировать и тем самым повесить всем остальным на шею дотации мало кому понравилось, кроме самих шахтеров и совсем шизанутых леваков. Потому вырубил, не вслушиваясь в слезную просьбу профсоюзника скинуться на бедность забастовщикам. Не до чужих проблем сегодня.

Нет, я не нервничаю и не собираюсь гнать напропалую, подрезая другие машины. В морг торопиться бесполезно. Все уже случилось, и имеет смысл хорошо обдумать будущие действия. Потому что какая ни есть – она моя мать и оставить этого нельзя. Впрочем, говорить вслух рано.

– Да, – признался на пихание в бок, отгородилась она качественно, причем быстро, – ты гораздо лучше многих.

Меня, например. С первого раза не вышло. И потом мучился часа два, прежде чем от привычного шлема перешел к «скафандру». Вроде все просто, но поддерживать защиту постоянно много труднее, чем кажется со стороны. Начинаешь думать о другом и моментально теряешь прикрытие мыслей. Пока не превратится в чисто машинальное действие, вечно будут проблемы. Ну да, это вопрос опыта и желания. А ей, полагаю, мечтается обставить в сем негласном соревновании и меня, и бабку.

– Только руки никому не пожимай. Ты девушка, никто не удивится. Или перчатки надень.

– Никогда не понимала смысла мертвой сферы, – сказала Катя, явно довольная похвалой. – Может, полезна для незаметности, но инквизиции у нас тут не водится, а сидеть, ничего не видя, не очень приятно. Что, правда среди монахов попадались тоже одаренные?

– Как легко догадаться, про те времена я только понаслышке знаю. Правда, ничуть бы не удивился. Кому и ловить, как не таким же, уверовавшим в силу от бога. Но в России вроде на ведьм не охотились, это протестантские заморочки.

– Официально – нет. А вообще бывало всякое. С прежнего места пришлось дважды бежать, – сказала обыденно.

Значит, ее лично не задевает. Чисто по рассказам знает. Если те бабки правы про седьмое поколение, то, пожалуй, род древнее нашего будет.

– Шлем! – приказал, обнаружив остановившееся такси и высаживающегося из него пассажира.

Она автоматически среагировала на тон, вернув защиту, и только потом гордо вздернула подбородок.

– Привыкай, – посоветовал я миролюбиво. – Вон идет. Постарайся не провалиться при первом знакомстве.

Не то чтоб у нее можно выведать некие ужасные тайны, но встречают по одежке. В нашем варианте одежка – это насколько ты силен и умеешь себя контролировать. С первым пока неясно, инициация всегда дает качественный скачок, жаль, не вышло проверить по-настоящему, но на это потребуется определенный срок. О втором пришлось напомнить. Это неплохо, просто еще не привыкла. Отгородилась моментально, уже показатель. Чем быстрее выполняешь базовые установки, тем мощнее потенциально. Измерителя таланта пока не изобрели.

– Это Катя, – сказал, представляя, – мой дядя Стоян. Вам лучше побыть здесь.

Отлепился от «форда» и пошел к дверям морга. Нет смысла тащить на опознание компанию, тем более Катя мамочку и не видела ни разу. Процедуру все равно проводят с близким родственником, и остальных сюда не приглашали. Зачем сразу настраивать против себя и качать права?

– Должен сказать, Андрей впервые знакомит меня с девушкой, – сказал, лучась счастьем, ничем особо не примечательный помимо славянской физиономии человек лет тридцати с отчетливо наметившимся брюшком. – Рад за вас, – произнес, явно объединяя ее с парнем. – Симпатичная и с талантом. Из какой семьи происходишь?

А вот и не зря шлем! Он уловил закрытость, но не понял, с кем имеет дело. Был уверен: из своих, иначе откуда защите взяться.

– Дело в том, – произнесла она, подавив нервное хихиканье и мысленно пообещав себе заняться воспитанием Андрея. Что за дела? Он сознательно поставил их обоих в неудобное положение или абсолютно не думает головой? Хотя, конечно, расстроен, можно извинить за глупость, – что я к вашему роду не имею отношения. Самая обычная ведьма из деревенских, – и осталась крайне довольной, когда Стоян на мгновение растерялся.

Из-под добродушной личины на секунду выглянули жесткие проницательные глаза.

– Сюрприз, – пробормотал Стоян.

– Неужели столь серьезный? Не поверю, что раньше никто из вас о таких вещах не задумывался и не пытался прощупать деревенских бабок-гадалок.

Катя определенно почувствовала изменение со скачковым повышением сил и до сих пор пребывала в эйфории.

– По молодости ходил по разным целителям и шаманам. Один из тысячи на нечто реальное способен. Кстати, какая у тебя специализация?

– Ну, как у всякой нормальной ведьмы, – вполне сознательно легкомысленно сказала Катя, – телепатия, ясновидение, гипноз, телекинез, целительство с травами и без, – (на самом деле этим занималась в основном бабушка до сих пор, а она была на подхвате). – Иногда дырку в ауре залечить или тараканов шугануть. В целом на волшебницу, одним движением бровей усмиряющую обнаглевшего полицейского или предсказывающую курс акций на бирже, не тяну. Мы с людьми работаем, а не абстракциями. С чертями тоже не общаюсь, голосов потусторонних не слышу.

– Вот это уже было бы душевной болезнью, – без улыбки сообщил Стоян.