Ма. Лернер – Чистилище для неудачника (страница 42)
- Я служу хану.
- Сегодня. А завтра?
- Ну, хорошо, - подумав, говорю. - И что ж такого важного может поведать надзирающий над гаремом?
- А кто сказал, что я им был?
- Не понял. А что ты там делал?
Он посмотрел выразительно через мое плечо.
- Асен командир моих телохранителей. Если уж ему не верить, то кому?
- Никому нельзя, - со вздохом произнес евнух. - И чем выше твое положение, тем меньше людям нужно верить. У каждого есть цена.
- Пока твоя - грош. Я не услышал ничего.
- Работал казначеем Гиргеня, - сообщил он, на прежде заданный вопрос. - Собирал для него налоги, продавал и покупал. Воинов, жен, рабов. Что угодно.
- То есть не случайно выяснил где сокровищница, а сам в нее и складывал.
- Часть моих обязанностей. А вторая не такая заметная. Я общался с купцами, путешественниками и имею многочисленные связи на всех берегах Черного моря.
- Шпион.
- Правильней - собирающий новости.
- Не очень-то они помогли, когда я пришел, - говорю с насмешкой.
- Известия идут не быстрее корабля. Что налет будет предупредили вовремя. А куда, точно заранее знать нельзя. Не потому что тупые подслухи, а потому что черкасы сами не имели понятия куда ударят до последнего момента. Некрас и Ус не говорили, до выхода в море, не правда ли?
- Ты хочешь сказать, - подался вперед Асен, - на Хортице были твои шпионы?
- Почему были? - он широко улыбнулся. - Есть. И не только там. И главное я уловил. Ты, господин, в отличие от них, знал куда и зачем идешь. Не город. А где серебро грудой. И ворота взяли твои люди. Без тебя пограбили б пригород и ушли. А так... я имел время подумать и кое-что сопоставить. Ты тот, кого ищу давно. Человек, способный убить Ромейскую империю.
Я невольно засмеялся. Представить себя победителем Византа изумительная шутка. Даже Асен улыбнулся.
- Да, - невозмутимо сказал толстяк, - сегодня звучит дико. Но что ты теряешь, принимая мою помощь? Я буду поставлять сведения, а как ими распорядиться твое дело.
- Твой бог не иначе Отец Лжи, - вытирая слезы от смеха, произношу. - Такое выдумать на ходу, ради свободы. Воистину мое мнение о евнухах изменилось в лучшую сторону. Отсутствие мужских причиндалов не делает их глупыми и ленивыми. Напротив, обостряет ум. Не часто мне доставляют такую радость в последнее время. Ты получишь свободу и даже просто так, без выкупа.
- Мой бог Будда, - резко заявил собеседник, - и моя карма и без того отягощена массой тяжких поступков, чтоб такими глупостями заниматься. Как раз выкуп могу предложить неплохой. Не все тайники вы тогда видели. А уж расписки должников и вовсе не достались.
Асен тяжко вздохнул. Даже ему стало кисло. Выходит, мы могли заполучить много больше.
- Ты, пан Воронецкий считаешь честью держать слово. Я оценил столь редкое в наше время качество. Отпускаешь? Прекрасно! Тогда я тоже кое-чем поделюсь просто так. У меня есть подлинное письмо от бея Байяра Аргинского к визирю Царя царей, где он сообщает о согласии занять трон, в случае внезапной кончины хана. Просит уточнить, какой именно контингент прибудет ему на помощь и в какие сроки. Напоминает о предложенной субсидии.
- И откуда такое? Это ведь не слухи, а гораздо серьезнее.
- Гонец, скажем так, выполнял временами мои поручения. Извини, имен называть не стану, даже после заключения соглашения. Чем меньше людей их знает, тем удобнее всем.
Вот же нахал, подумалось. Уверен, что соглашусь. А с какой стати отказываться, когда в руки плывет нечто полезное без всяких усилий?
- Когда я разрушу Ромейскую империю только Святовит знает, - говорю вслух. - Уж точно не на следующей неделе. Поэтому давай обговорим условия. Что ты конкретно хочешь и на что я могу рассчитывать?
- А письмо?
- На тебе его нет, - глядя на исподнее, сохранившееся на тучном теле и грязные босые ноги, уверено заявляю. - Значит где-то спрятано. Лежало до сих пор, полежит еще чуток. Слушаю.
Глава 4
Женитьба.
Толпа дико взревела, когда двести лошадей устремились вперед. Зрители буквально подпрыгивали, разражаясь жуткими воплями. Ничего удивительного, я б тоже кричал, если б это мой ребенок скакал. Единственное, абсолютно не понимаю, как отличают своих в этом бешено скачущем табуне на таком расстоянии. Девять верст по обычным меркам серьезная дистанция.
Начинается праздник окончания лета всегда детским забегом. Для кочевников само собой разумеется, что любой младенец способен ездить верхом. А учитывая разницу в весе, частенько побеждает наиболее мелкий. Ведь это соревнование, в первую очередь, коней, а не наездников. Потому среди участвующих в гонке есть и много младше двенадцати лет. Если не врут, одной девчушке четыре. Да-да, в трех состязаниях: стрельбе из лука, борьбе и скачках могут участвовать представители женского пола. Понятно, в борьбе они редкость, хотя попадаются и медведеподобные батырки, но уж мчаться быстрее ветра умеют не хуже парней.
- Почему не пьешь? - спрашивает хан, - может другого вина? У меня есть из Италии.
- Спасибо, - вежливо отвечаю, когда подлетевший слуга наполняет кружку пенящимся напитком.
Сам он предпочитает шимин архи, который готовят из молока. Считается, что лучший напиток получается из коровьего, а самый крепкий из кобыльего молока. Ценители утверждают, из верблюжьего и козьего молока получается слаще. Надо лишь иметь очень много продукта. Берешь обычную чашку, надеваешь на нее глиняную широкую трубку, сверху сосуд с водой, снизу греют. Пары кипящего молока собираются на дне холодной чашки и капают в другую, подвешенную в середине трубы. Шимин архи, бесцветный и освежающий, мне казался не крепче вина. Оказалось, бьет в голову даже крепче. Двух трех кружек хватало для состояния приятной расслабленности, большая доза уже вызывала изрядное опьянение. Надо б попробовать с настоящим вином, вдруг тоже выйдет нечто интересное.
Мы сидели на специально воздвигнутом помосте, вроде того, под которого положили русских князей после Калки. В данном случае никого снизу не имелось. Просто сверху удобнее наблюдать за состязаниями, никто не мешает, заслоняя зрелище спинами. Строить трибуны для съехавшихся иногда за сотни верст никто пока не додумался. Да люди и не нуждаются. Кому положено, те сидят подле хана. Остальным и высоты коня достаточно.
Обычно на праздник собираются главы кланов не столько ради игрищ, сколько обсудить всевозможные обиды, изменения в законах, торговые пути и многое другое. И мне совершенно не нравятся не особо приветливые взоры беков, обнаруживших мою персону по соседству с высшей властью. Татар Керай меланхолически перебирает четки, старательно игнорируя скрытое недовольство. Сейчас он якобы наблюдал за стрельбой из лука. Дистанция от 200 до 300 шагов и хороший стрелок способен попасть в голову сурка, высунувшегося из норы. Когда самые слабые лучники отсеются расстояние увеличится. И так, пока не останется только один. Его имя будут с восторгом воспевать во всех юртах, ну и получит от щедрот хана весомый подарок. Обычно это табун в сотню лошадей.
- Я все помню, - говорит хан тихо, явно отметив мой взгляд в сторону бея Байяра.
Тот шумно глодал жирный овечий зад. Мясо он уже стрескал и сейчас старательно вырезал последние кусочки острейшим ножом, прямо у рта. Все жду, когда лезвие сорвется и сам себя порежет, а он ничуть не смущаясь продолжает жрать с немалым аппетитом. Жир стекал по щеке, вызывая омерзение, а зубы не хуже волчьих, только треск от мелких костей стоит. И да, он не сознательно так себя ведет. Обычное дело. Никто ничего противного не видит. Я тоже. Не в этой стае поучать этикету. Он годен разве для городских неженок. Как сказал мне как-то один из людей калги, отправляя в рот вошь: 'Она мою кровь пила, так что я собой брезговать стану?'.
- Придет срок и сломаю спину. Не сейчас. Мне нужны его всадники для войны с мангитами.
Про спину - это не оборот речи. Считается почетной казнь без пролития крови. То есть задушить или чисто по-монгольски сломать позвоночник. Вопреки внешности и достаточной образованности Татар любит подчеркнуть, что он потомок Потрясателя Вселенной.
Всадники сделали круг и мчатся уже совсем рядом. Большая часть отстала, растянувшись, но впереди несется плотной группой с десяток лучших. Толпа снова взревела, когда бешено скачушие подростки приблизились к натянутой красной ленте. Вряд ли кто-то что-то смог бы разобрать в какофонии воплей, но все подались вперед, в ожидании, включая сидящих на помосте. Хотя он расположен так, чтоб четко видеть я так и не понял, кто из трех всадников первым пересек линию. Судя по поднявшемуся шуму и остальные разделились во мнениях. Хан поднялся и выступил в качестве Соломона, признав всех троих победителями. Наверняка остались недовольные, тем более многие делали ставки на выигрыш, но справедливость власти сомнению не подлежала. Сказал табун получит лучший, все трое стали обладателями сотни лошадей.
- Э, - говорю, внезапно обнаружив, когда ребята подошли ближе, -это ж девка!
- Очень бойкая, - сказал, вернувшийся хан, со странной усмешкой. - А знаешь, пан Воронецкий, я нашел для тебя награду. Ты ж не думаешь, что не оценил, - скользящий взгляд на бея Байара, - твои заслуги. Ты выиграл войну, - повышая голос, заявил. - Одним ударом.