Люсинда Миллер – Чужая невеста - моя жена (страница 6)
Рада метнулась к импровизированному пуфику и, сев с края, замерла, ожидая, когда пристроится рядом Иван. Валун был огромный и, сидя бок о бок, они даже не касались локтями.
- А почему ты один? Где остальные работники? – она подала ему кусок пирога.
- На обед домой уехали. А мне одному скучно. А в столовую не хочу. Да и время терять - некогда, короче. Бутербродом обхожусь. - Егоза надкусил ароматную сдобу и на миг прикрыл глаза. Прожевав, благодарно посмотрел на Раду. – Вкусный! Неужели сама делала?
Он искренне наслаждался выпечкой и гордость Рады расправила крылья. Значит, ему нравится то, что она готовит. Одобрительно поминая слова взрослых женщин про подкуп мужской любви через кухню.
- Конечно, сама! – произнесла обиженно и поерзала на попе. – Я с двенадцати лет помогаю маме по кухне. Каждая девочка должна уметь готовить, следить за хозяйством. А то ее замуж не возьмут, даже если приданное солидное.
- О! А калым за такую умелую хозяйку приличный дают или все зависит от состоятельности жениха?
Рада нахмурилась, вспомнив неприятный и частый разговор родителей о ее будущем с предполагаемым женихом.
Устало вздохнув и глядя на холмистую долину, устало произнесла:
- Сколько может дать семья жениха. Если родители невесты согласны на меньший, значит, берут меньше. А кто скупой или бедный, то просто родственники жениха крадут невесту, не платя ничего, - пожала плечами.
- Хороший способ сэкономить! – рассмеялся Иван. – И овцы в стойле и волк сыт.
Рада скосила на Ивана недобрый взгляд, не разделяя его мнения. А он, прожевав очередной кусок пирога, промежду прочим спросил:
- И какой калым за тебя дают?
- Никакой! – резко ответила Рада, уже жалея, что подняла эту тему. – Я выйду замуж за того, кого выберет мое сердце! Кого полюблю! – добавила пылко.
- Какая независимая… В русскую мать пошла? – присвистнул восхищенно. – Еще и бескорыстная! Неужели откажешься от дорогих подарков будущего мужа?
Рада от похвалы зарделась и, расплывшись в улыбке, украдкой посмотрела на Ивана.
- А коли и так? Разве только за богатства и другие щедроты замуж выходят?
- Не знаю, Рада, - пожал плечами Иван и стряхнул крошки с ладоней. – Но я пока не встречал девушку, которая бы согласилась жить в шалаше.
- Или в комбайне? – подшучивала в ответ.
- Да! Или в комбайне! – хохотнул, глядя на мощную технику, стоящую поблизости. – Боюсь, места будет мало для двоих. Да и пахнет все время соляркой.
Рада снова себя поймала на мысли, что любуется Иваном. Профилем. Светлыми прядями волос, развевающимися в разные стороны от порыва ветра. Рыжеватыми, выгоревшими от солнца, длинными ресницами. И руками. Крупными, натруженными ладонями. С длинными пальцами и ухоженной ногтевой пластиной. Рабочие руки мужчины, как не странно звучит, могут быть такими сексуальными.
Несмотря на то, что Иван работал на тракторе, в поле, непосредственно с землей, ничего не указывало на его неряшливость и грязь. Судя по всему, в защитных перчатках. И пахло от него хорошо. Немного машинным маслом. Солнцем. Чуть пылью, мылом и остатками лосьона после бритья. С этим запахом она сроднилась с детства. И запах Ивана стойко ассоциировался с надежностью, домашним уютом, тылом. Запах мамы. Отца. Отчего дома.
- Ну что, спасибо за обед, Рада. Пора работать. Земля ждать не станет.
- Да, да. Конечно, - Рада вскочила следом. - Если хочешь, я буду чаще привозить тебе еду.
- Не думаю, что твоим родителям это понравится, Рада, - и так посмотрел на девушку, что Рада вспыхнула, подумав в этот момент почему о мужском стержне, который растет вглубь…
Глава 6. Гостья
Егоза только что вышел из душа, на ходу вытирая полотенцем мокрые волосы, как услышал тихий стук в дверь. Удивился: кто это может быть? Если кто-то из ребят, то они бы зашли и без предупреждения, если дверь не заперта.
Значит, чужой.
Быстро натянув на голое тело спортивные штаны, закинув полотенце на шею, поспешил ко входу. Распахнул дверное полотно и замер: на пороге, на деревянном помосте открытой веранды стояла Рада. В глазах смесь волнения, радости и решительности. Несочетаемый калейдоскоп.
- Привет, что-то случилось, Рада? – произнес избитую фразу Егоза, пристально разглядывая девушку.
Дочь Валиева впервые пришла к домику арендатора.
- Извини, я видимо не вовремя, - застеснялась Рада при виде голой груди Ивана и отвела взгляд в сторону. – Как всегда я бываю некстати.
Иван опустил взгляд, вспомнив, что не успел накинуть рубашку. И хотя девушка уже видела его за умыванием, отчего-то смущенно потупила взор. Неужели у дерзкой дочки Самада проступил стыд?
Он усмехнулся, запуская в мокрые волосы пятерню и оправдываясь за внешний облик, пояснил:
- Все нормально. Я купался. А вот что тебя привело в столь поздний час ко мне? Какая-то срочность? – пытливо уставился на девичий профиль, не торопясь приглашать внутрь.
На дворе сгущались сумерки. Оранжевый диск солнца спешил за горизонт, торопя ночь; сверчки, проснувшись после дневной спячки, атаковали слух стрекотом, а он вместо того, чтобы проявить гостеприимство, залюбовался девушкой, размышляя: а не нарушу ли я традиций семьи горцев, пригласив гостью в дом?
- Зайдешь в дом? Если, конечно, не боишься меня.
- Да, - разом обрадовался Рада, будто только и ждала приглашения. – Я к тебе по делу… пришла, - тихо добавила, разминая пальцы рук.
Он кивнул, принимая повод. Возможно, отец прислал по поручению, хотя и не похоже на стратега Валиева, чтобы посылал к нему дочь. Можно было и обойтись звонком.
- Тогда добро пожаловать в мою скромную обитель, - улыбнулся Иван и, широко распахнув двери, отвесил шутливый поклон, пропуская девушку внутрь.
Невольно оглянулся на соседние домики, не видит ли кто-то из напарников их уединение. Проблем с Валиевым не хотелось. Пусть он и адекватный мужик, но что касалось работы, а здесь граница личных интересов переступала границу и нормы морали местных традиций. Прошел следом и закрыл плотно дверь.
- Чай или кофе хочешь? Я еще не ужинал. Могу омлет с овощами приготовить, - предложил Иван.
- Спасибо, не откажусь. Могу помочь даже.
Задержавшись у дивана в гостиной, Иван взял со спинки стула рубашку, накинул на тело, стараясь соблюсти приличия. Сидеть перед девушкой топлес - верх невоспитанности. Они не пара. Увы, он не может ухаживать за дочкой Самада. А девушка с каждой новой встречей все больше его влекла.
- Располагайся, я быстро. Минут пятнадцать займет, - и двинулся к плите.
Но едва дойдя до мини-кухни, почувствовал, что девушка идет следом - любопытная.
Иван улыбнулся, но промолчал.
- Я помогу тебе. Могу овощи нашинковать.
- Хорошо, - обернулся к ней. - Будешь взбивать яйца.
Они разобрали обязанности и в молчании готовили легкий ужин. Иван украдкой наблюдал за ней и не мог дать описание эмоциям. По обычаю, заводная, эмоциональная дочь Самада, на территории мужчины вела себя как послушница монастыря. В общем-то ничего удивительного, может в гостях такое ее поведение считалось нормой. Хотя прежде Иван не ощущал в ней столько смущения. Заинтересовало. Будто она знала некий постыдный секрет, но не знала, как его раскрыть.
Расположились в гостиной за журнальным столиком. Полукруглый диван сближал, хотя они и ели из разной посуды, но казалось, что с одной и сидя вплотную.
- Никогда не была внутри этих домиков. У тебя уютно, - оглядывала обстановку внимательным взглядом, не упуская детали из личных вещей в интерьере.
В вазочке на тумбе букет сухоцветов, что набрал Егоза в поле.
Рада, заметив их, улыбнулась. Внимание к букету не укрылось от Ивана и он пояснил:
- Собрал цветы вместе с колосьями и возил в комбайне весь день. А вечером захватил сирот в дом.
- Ваня, ты романтик.
- А, это да. Маме все детство собирал травинки и разнотравье вдоль тротуаров и в поле и преподносил как самый красивый букет дорогому человеку.
- Мама счастливая и хорошая, раз воспитала такого сына.
- Так, перестань меня хвалить, - зыркнул, напуская строгость тону.
Рада снова пробежалась глазами по интерьеру, заострив взгляд на полке с макетами сельхозтехники. Иван, заметив неподдельный интерес развил тему.
- Купил заготовки на Озоне, чтобы вечерами иногда занять себя, - пояснил происхождение конструкторов.
- Руки золотые у тебя, Иван. И готовить умеешь, и землю любишь, и… - не договорила, но так посмотрела на мужчину, в самую глубину души, будто пытаясь разглядеть, что скрыто за фасадом.
Теплые глаза цвета карамели в метре от меня, а ощущение, что на расстоянии поцелуя. Ого! Куда меня понесло?
Встряхнулся и пробурчал:
- Обычные руки рабочего человека, - и принялся доедать омлет, запивая его кофе.
Рада тоже покончила с ужином и маленькими глотками пила кенийский напиток, то ли растягивая удовольствие, то ли оттягивая разговор о деле, с которым пришла. Она так и не сказала Ивану о причине визита. А он и не торопил, наслаждаясь приятной компанией, на время забыв чья она дочь и чья-то невеста. В минуту легкого счастья, откинув лишние думы, лишь желал продлить мгновение, задержав стрелки часов.