Люсинда Миллер – Чужая невеста - моя жена (страница 13)
Она посмотрела в сторону родителей, самых близких ей людей и встретилась с глазами отца. Так и хотелось выкрикнуть ему: зачем ты так со мною, отец?! Почему я принесена в жертву вместо тебя? За что ты так меня не любишь?
Но суровые черты лица родителя не дрогнули не единым мускулом. А ее гордость не позволила падать перед ним на колени и умолять отменить брачную церемонию.
- Саид, ну чего ты ждёшь? Разучился девок целовать? – кто-то крикнул из толпы.
- Шлюх не целуют в губы, - ответил ему второй, намекая на свободную любовь у друга и дружный хохот молодых мужчин огласил стены церемониального шатра.
- Хватай невесту и тащи в спальню, Аскеров! – крикнул третий и поддерживающий гул за спиной.
Саид решительно обхватил плечи Рады и прижав к груди попытался поцеловать. Но не ожидал прилюдного сопротивления. Растерялся, когда Рада, упираясь ладонями в его грудь увернулась, выставив перед его лицом локоть, едва не заехав им промеж глаз Аскерову.
- Сука! – прорычал он озлобившись. – Так и норовишь опозорить меня! – и немедля, подхватив девушку под коленями, взвалил на плечо.
Рада пискнула, выгибаясь. Попыталась выбраться из жесткой хватки мужских рук, но Саид был сильнее. Развернувшись спиной к гостям, направился в дом, громко стуча каблуками туфлей по деревянным ступеням крыльца.
- Нет! Не хочу! Не буду твоей женой! – кричала Рада, шлепая по широкой спине Аскерова. Молотила коленями в живот, пока смачный шлепок не огрел ее ягодицы, немного остудив пыл.
- Заткнись, сука. Иначе я сверну твою шею! – прошипел над ухом и крепче сжал бока Рады, а второй рукой больно сдавил кожу на затылке и Рада простонав, притихла. – Ты блядь теперь моя. Я твой хозяин и повелитель. Ясно?
Саид в несколько шагов преодолел подъём и занес жертву брачного союза в отчим дом. Ударом ноги, толкнул дверь и переступил порог. И когда они оказались внутри, буквально сбросил с себя извивающуюся девушку.
Рада, не выдержав равновесия, приземлилась на пол. Больно ударившись попой, охнула. Застонала, когда острая боль стихла, уступив место ноющей, а вместе с ней и едкая горечь разлилась за грудиной. Никто ее не спасет. Не поможет. Если бы был родной брат – Расул, она бы попросила у него помощи, но он поругался с отцом, не одобряя навязанного брака с Саидом.
А про Ивана она думать не могла. Все время стоял перед глазами его ошеломленный и разочарованный взгляд, когда он узнал, что она выходит замуж за другого. Что она все время игралась с его чувствами. Забавлялась с ним, русским парнем, прекрасная зная. каковы традиции е` народа и о запланированном браке с дагестанцем.
Предательница. Мошенница. Вертихвостка. Шлюха…
Вертелось у Ивана на языке, но в меру воспитания мужчина так и не произнес их. Просто кивнул, принимая факты и молча покинул ее отчий дом. И так мерзко она себя никогда не чувствовала, как в ту минуту. И исправить ничего не могла, а теперь должна стать женой проклятого Саида.
- Встала и пошла в спальню! – рявкнул Саид, пронзая кинжалами черных глаз. – Или хочешь сказать что двигаться не можешь? Я тебя тащить на руках не стану! Ты не достойна! Неверная! Блудница! Хотела член русского мужика попробовать? И как он? – цинично усмехнулся Саид.
- Пошёл к черту! – выплюнула Рада, кряхтя поднимаясь с пола. – Мне твои прикосновения омерзительны.
- А мне по хую, что ты там думаешь! Я трахну тебя, как полагается законному мужу. Быстро пошла наверх!
- Подонок! – учащенно дышала Рада, надеясь ненавистью во взгляде прожечь дыру в его глазах. – Чтобы ты не смог…! – и подхватив подол платья, побежала на второй этаж
- Я смогу! Еще как смогу. Орать будешь на весь дом, чтоб гости слышали, как я смогу! Шлюхи мои позавидуют твоим крикам.
Она заскочила наверх и попыталась закрыться изнутри. Но Аскеров опередил: стукнув кулаком в старое дверное полотно, выбил шпингалет и залетел в спальню.
- Я не стану твоей, мразь! Никогда, слышишь?! – Раду трясло от возбуждения и неприязни. Протеста. Не согласия с положением.
- Ты - сука уже моя жена! – рявкнул злобно Саид, нависая над Радой.
Он в два шага преодолел расстояние до постели и содрав покрывало с кровати, обнажил брачное ложе. – Сейчас наши гости получат твою девственную кровь! Если, конечно, ты еще целочка, моя дражайшая супруга, - произнес с сарказмом Саид. - Молись чтобы ты ею была, иначе я тебя прибью. Опозорю на все село и с твоим отцом никто не захочет иметь дело!
- Отвали от меня, горец! – расхрабрилась Радмила и плюнула в лицо Саиду. – Ты меня не получишь, урод!
Рада бросилась к изголовью, готовая перемахнуть на другую сторону, а там выпрыгнуть в окно или сбежать через дверь, но только не позволить Саиду ею овладеть, даже если мулла и отец наделили его этим правом.
Саид нагнал её в три широких шага и схватил за подол платья. Послышался треск разрываемой ткани. Испуганный вскрик Рады и в тот же миг Аскеров толкнул её на кровать. Упал сверху, пытаясь усмирить жену.
Завязалась нешуточная борьба. Не на жизнь, а на смерть.
Саид, удерживая руки девушки над головой, второй рукой рывком задрал подол платья и просунул ладонь между бедер. Завозился, ища вход между складок нижнего белья.
- Не трогай меня, ублюдок! – взвизгнула Рада, чувствуя, как мужские пальцы пробираются к промежности и плюнула в лицо Аскерову.
Саид пыхтел. Рычал, настойчиво двигаясь к цели.
- Сука, я сейчас проверю целка ли ты? Мараться о тебя не хочу, - и толкнув локтем в бедро, раздвигая бедра, резко ввел два пальца в лоно.
Рада вскрикнула от жуткой боли, на миг задохнулась.
- Врала…, - довольно оскалился Саид, толкая пальцы внутри неё и разрывая плеву. – Целка, блядь…
В этот момент Рада изловчилась и пнула коленом Аскерова в пах, да так, что тот от неожиданности согнулся пополам и простонал от боли.
Рада невольно застыла, испугавшись его реакции. И она не замедлила.
Саид тут же отвесил девушке пощечину, не рассчитав силу удара.
Рада дёрнулась, вскрикнула, прикусывая щеку и губу. Схватившись за ударенное место, протяжно застонала. Вкус железа наполнил рот, и острая боль на мгновение парализовала лицо. В глазах замелькали черные мушки, в голове звон и она на краткий миг подумала, что лишиться сознания – боль была по всюду. От головы до кончиков ног.
- Допросилась… - Аскеров тяжело и шумно дышал, стоя над побитой невестой. – Довела меня, мерзавка!
Рада всхлипнула от жалости к себе. От горя. От женского несчастья, выпавшего на ее долю. Плечи ее затряслись, а глаза наполнились жгучими слезами. И носа побежала струйка крови, орошая алыми пятнами свадебное платье, сбившиеся простыни, смешиваясь с лепестками роз, украшающим брачное ложе. То, что должно быть романтичным, торжественным, превратилось в горькое и печальное.
Аскеров брезгливо поморщился и отпрянул. Разозлившись, заорал, вконец выйдя из себя.
- Сука! Кобылица необъезженная! Остуди свой пыл! Ты мне противна. Я даже трахать тебя не хочу. Не стоит на тебя! – он сдернул из-под нее грязную простыню и скомкал в руках. - Пусть наши гости это увидят, - потряс перед лицом, - и спокойно веселятся. А ночью жди меня. Я возьму тебя особенно жёстко. Ты дикая, строптивая девка, другого отношения не заслуживаешь.
И, стуча подошвами туфель, быстрым шагом покинул комнату.
Рада едва не разрыдалась в голос, судорожно хватая воздух. Поспешно сжала переносицу пальцами, прекращая кровавую юшку.
Она ни за что не останется в доме Саида. Пусть без нее играют фальшивую свадьбу. Ноги её не будет в этом проклятом доме и в жизни ублюдка.
Глава 14. Сбежавшая невеста
- Сядь. Надя. Сядь я сказал, - Самад дернул за руку жену и усадил обратно на место. - У нее теперь есть муж. Даже если он сволочь, у него на неё все права.
- Самад, ты погубил нашу девочку, - глаза Надежды повлажнели, глядя с ненавистью на мужа. – Она никогда тебе, нам не простит этого брака.
- Простит. И примирится. У нее нет выбора. Дочь? – неожиданно вскинулся Валиев, заметив, как на лестнице замаячило белое платье.
Рада медленно спустилась со второго этажа. Вышла на крыльцо и оглядела присутствующих гостей. Будто ничего не произошло в ее жизни. Ну у этих людей так и было. Они всего лишь гости на фальшивом празднике. Простыня, в брызгах ее запекшейся крови висела на перилах, словно знамя победителя, добытого в войне за превосходство, лозунг захватчика, доказательство мужского шовинизма.
- О, Саид, твоя невеста ожила.
- Ага, добавки захотела, - заметив её появление, молодые парни отпустили сальные шутки, придирчиво оглядывая платье Рады. – Выдержишь жеребца? – захохотали, привлекая внимание других гостей.
Как же они её бесили, все эти кавказцы! Хотя она сама была на половину соткана из этой крови и нации, но никогда не разделяла традиций народа.
Рывком схватив брачную простыню с перил, остервенело скомкала в руках. Подхватив рваный подол свадебного платья и задрав до неприличия – выше колен, быстрым шагом сбежала по ступеням.
Гости застыли с приборами в руках, таращась во все глаза на новобрачную. Игнорируя шепоток за спиной и придирчивые любопытные взгляды, Рада видела перед собою только одно лицо. Лицо своего отца.
Приблизившись к столу, за которым сидели гости с ее стороны и родители резко остановилась и холодно, с ненавистью посмотрела на Самада Валиева.