Люси Колман – Лето в Андалусии (страница 28)

Прав ли он? Не знаю. Мне даже самой непонятно, почему я вдруг почувствовала себя такой сентиментальной.

– Возможно, это из-за истории, которую ты ощущаешь, – продолжает он. – Представь себе все то, что происходило на этом самом месте. И вот теперь мы – ты и я – тоже часть истории дворца.

Я смотрю на него, не в силах скрыть удивления от его слов. И вижу его в ином свете. Я обманываю себя или он действительно тот человек, которого нужно спасать?

– Вероятно, это потому, что я уже давно не была в такой тихой и умиротворенной обстановке или у меня не было времени, чтобы просто посидеть и расслабиться, – отвечаю я.

Для меня это становится слишком личным, и Рик, будучи джентльменом и чувствуя мое беспокойство, предлагает нам вернуться и найти Жасмин. Пока мы идем бок о бок, в голове у меня полно разрозненных мыслей, и я, не задумываясь, тянусь к его руке. Я мгновенно вспоминаю, с кем нахожусь, и, к счастью, Рик совершенно не подозревает о моей оплошности. Я на мгновение утратила бдительность, и этого нельзя допустить снова.

Это одиночество, Лейни, говорю я себе. Можно грустить о прошлом, но когда ты действительно сможешь двигаться дальше, жизнь снова станет хороша. Просто держись. Подходящий мужчина где-то рядом, нужно набраться терпения.

Когда я возвращаюсь в свою комнату и достаю телефон, я понимаю, что он весь день был отключен и есть три сообщения от Дарио, к двум из которых приложены скриншоты из Твиттера.

«Привет, Лейни. Небольшая негативная реакция, после того как Кэти вчера рано вечером ушла со сцены. Позвони мне».

Следующее сообщение отправлено часом позже и представляет собой видеоклип, в котором, судя по всему, Кэти устраивает публичную отповедь, после того как фанат вызвал ее на сцену за вялое выступление.

«Очевидно, ты занята, но все стало только хуже, и вот еще один скриншот. Хочешь, чтобы я держал тебя в курсе событий? Надеюсь, ты наслаждаешься солнцем!»

Теперь меня мучает совесть. Должна ли я рассказать об этом Рику, на случай если он не знает, или мне просто оставить ситуацию в покое? Даже если с Кэти что-то случится, где бы она сейчас ни была, это не имеет никакого отношения к здешним съемкам. И Рику, возможно, не понравится, что я слежу за социальными сетями. Было бы кошмаром находиться здесь вместе в течение четырех недель, если бы он вдруг почувствовал, что не может мне доверять. Мне не хочется слишком много говорить с Дарио, поэтому я быстро отвечаю:

«Спасибо, ценю, но дела сдвинулись с мертвой точки, так что не нужно. Однако я надеюсь, что эта тема уже была удалена. Кошмар!»

Я ухожу, чтобы быстро принять душ, а когда возвращаюсь, Дарио уже ответил:

«Как будто и в помине не было. Проблема в наши дни заключается в том, что люди сами делают скриншоты, так что подобные вещи никогда по-настоящему не исчезают. Пришли свои фотографии в монастыре, и я размещу их в аккаунте «Высококлассной кухни». Нашим читателям нравятся подобные вещи. Кстати, здесь идет дождь. Томас в пятницу был в плохом настроении, и я с ужасом жду завтрашней встречи. В любом случае развлекайся. Мы собираемся заказать еду навынос!»

Заставив Дарио отказаться от наблюдения за социальными сетями, я чувствую себя лучше. Уверена, что если бы у Кэти была проблема, она бы все равно обсудила ее с Риком. Что касается Томаса, кто знает, возможно, у него просто выдалась адская неделя.

Я сижу на краю кровати с телефоном в руке, и экран загорается.

– Привет, пап, как дела?

– Ближе к делу, как у тебя дела?

– У меня все хорошо. Действительно хорошо, спасибо. Погода потрясающая, монастырь – идеальнее некуда, и сегодня днем у нас с Риком Оливером была персональная экскурсия по дворцу Портокарреро. Это все равно что попасть в одну из сказок из «Тысячи и одной ночи».

– Похоже, тебе весело.

– А ты чем занят? – спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос звучал невозмутимо.

– Заканчиваю кое-какие административные дела, а потом начну собирать вещи. Хочу все подготовить, чтобы в среду днем загрузить машину и выехать пораньше.

Это вызывает у меня на лице улыбку. Тот факт, что он строит планы, является хорошим знаком и означает, что он вряд ли передумает в последнюю минуту.

– Ты же не собираешься работать, пока будешь там, не так ли? – многозначительно спрашиваю я. – Я имею в виду, что это совсем не весело. Маме действительно нужна помощь, иначе она бы не обратилась ко мне.

Ничего хорошего не выйдет, если он будет занят и не отнесется к работе всерьез. В конце концов, бизнес – это мамин заработок. Она надеется и дальше развивать его настолько, чтобы иметь возможность позволить себе нанять постоянного помощника.

– Нет. Я бы не стал этого делать. Но ты меня знаешь, я люблю охватывать все аспекты, и если у меня все-таки выдастся свободное время, по крайней мере, все необходимое будет при мне.

– Папа, если у тебя будет свободное время, почему бы тебе не прогуляться по проселочным дорогам или не посетить один из местных рынков? Или ты мог бы по вечерам проводить время с другими гостями, вместо того чтобы замыкаться в себе. Это всего лишь идея, а компания тебя взбодрит.

Он издает стон.

– Может, и так. Так у тебя все начинается завтра?

– Да. Это первая демонстрация Рика. Он будет готовить ужин из трех блюд, и будет интересно впервые поработать с местным фотографом. Само соревнование длится больше трех дней, и участники сосредотачиваются каждый день на одном курсе. После полудня слишком жарко для съемок, так что утро обещает быть довольно напряженным.

– Фотограф хороший?

– Судя по его веб-сайту, с ним все в порядке, он каждый год освещает гастрономический фестиваль. Я жду с нетерпением, так как в группе царит легкий дух товарищества, даже несмотря на то, что конкуренция будет жесткой.

– И это станет настоящим толчком для твоей карьеры. Ты появилась как раз вовремя, Лейни. Покажи им, на что ты способна, моя дорогая, они еще ничего не видели. Я рад, что ты сменила тактику и последовала своим интересам. Мне не терпится прочитать статьи, и держу пари, твоя мама будет изучать эти рецепты в поисках вдохновения.

На секунду у меня замирает сердце. Прошло много времени с тех пор, как папа случайно упоминал маму, а я не упоминала ее первой.

– А это мысль, – смеюсь я. Папа преуменьшает значение этой поездки, но я думаю, что втайне он, возможно, с нетерпением ее ждет.

– Напиши мне завтра, чтобы я знал, как все прошло, и если у нас не будет возможности поговорить в перерывах, я дам тебе знать, когда прибуду на французскую землю.

В его голосе определенно слышится воодушевление, даже если он этого и не осознает.

13. Ощутимое волнение, и первая неделя пролетает как вихрь

На ужине Рика нет, его нигде не видно. Мы не планировали встречаться, но он и не упоминал, что его не будет. Проведя вместе такой приятный день, я чувствую себя немного растерянной и в итоге сажусь за столик с четырьмя конкурсантами. Это веселая компания, и будет полезным немного о них узнать. И, конечно, хотя я для них новичок, все знают о журнале «Высококлассная кухня». Они искренне интересуются тем, что я делаю, и задают много вопросов. Рядом нет никого, кто мог бы переводить, но мы достаточно хорошо справляемся сами, и я рассказываю им о среднестатистическом дне из жизни кулинарного писателя. Это далеко не так гламурно, как они себе воображают, представляя постоянный поток приглашений от замечательных ресторанов, желающих быть представленными. Конечно, тот факт, что я здесь, в Испании, освещаю это мероприятие, заставляет думать, что я преуменьшаю значение гламура, но это не так.

– И все-таки замечательная работа – пробовать еду, а потом писать о ней, – настойчиво замечает Луи Рено, который работает в небольшом ресторанчике в семейном замке неподалеку от Ренна [37]. Мы сидим во внутреннем дворике, сгрудившись за одним из маленьких столиков рядом с баром, потягивая послеобеденный кофе. – И вы много раз бывали в ресторане Рика Оливера?

– Несколько раз. И да, это привилегия. Его еда великолепна, вы сами это завтра узнаете.

– Если бы вам пришлось дать нам один совет, зная этого человека, какой бы он был? – спрашивает Луи.

Они все смотрят на меня так, как будто я знаю что-то, чего не знают они, и у меня на пару мгновений пересыхает во рту, прежде чем я прогоняю это чувство. Я полагаю, они знают Рика только по тому, что читали, так что вопрос достаточно оправдан, и у них начинают сдавать нервы.

– Когда я впервые познакомилась с Риком, он сказал мне, что даже если вкусовые качества на высоте, внешняя привлекательность является залогом потрясающего вкуса блюда. Без такого уровня совершенства блюдо получается несовершенным.

Брови поднимаются, и я вижу, что они действительно относятся к этому очень серьезно.

– Не знаю точно, кто это сказал, но этот человек был одним из самых знаменитых шеф-поваров своей эпохи. Что-то вроде: «Вы воспринимаете еду глазами еще до того, как она коснется ваших вкусовых рецепторов», и в этом много правды, – добавляю я.

– Я это слышал. Теперь я нервничаю, – с улыбкой отвечает Луи.

– Что ж, желаю всем удачи в соревнованиях! Мне пора заканчивать, но я увижу вас всех завтра. Спокойной ночи.

На следующее утро в зале для завтраков полно народу. Я беру кофе и круассан, чтобы выйти на улицу, и устраиваюсь за одним из столиков в открытом патио. Люди приходят и уходят, большинство из них, как я узнаю́, имеют отношение к сегодняшним съемкам, и в воздухе ощущается волнение.