Люк Хардинг – Досье Сноудена. История самого разыскиваемого человека в мире (страница 8)
Позади него, несколько южнее, располагался Пёрл-Харбор, место внезапной атаки Японии 7 декабря 1941 года. Это, как выразился Франклин Рузвельт, был день «позора», когда хваленая разведка Америки была застигнута врасплох и США оказались втянуты во Вторую мировую войну.
В то время, в рамках расширения возможностей разведки, в центре Оаху соорудили обширную систему подземных туннелей, которые назвали «Дырой». Первоначально задуманный как подземный цех для сборки боевых самолетов, он был превращен в комплекс для подготовки схем, карт и макетов японских островов для последующего вторжения на них американских войск. После войны комплекс стал военно-морским командным центром и был укреплен на случай химической, биологической и радиологической атаки противника.
В настоящее время он известен как Региональный центр управления секретными операциями по обеспечению безопасности в Куниа (
Бунгало Сноудена находилось отсюда на расстоянии семи миль, в ближайшем поселении. Весь путь от двери до двери занимал у него всего 13 минут. Этот путь пролегал по пустынной и довольно невзрачной сельской местности. Узкая дорога с двумя полосами то ныряет вниз, то поднимается, мелькая между высоких насыпей и зарослей сорняков, затеняющих окрестный пейзаж. Водитель на такой дороге чувствует себя немного скованным. Иногда взгляд выхватывает по бокам кусочки кукурузных плантаций и участки желтеющей травы.
У «Туннеля» было два главных объекта слежки: Китайская Народная Республика и его непредсказуемый и крайне неприятный сталинистский сосед, Северная Корея. Абсолютно всем – и не только аналитикам АНБ – было ясно, что Китай превращается в крупнейшую военно-экономическую силу. Задача АНБ на Тихом океане заключалась в том, чтобы зорко следить за китайским военно-морским флотом, его фрегатами, кораблями поддержки и эсминцами, за сухопутными соединениями Народно-освободительной армии (НОА). А также за компьютерными сетями НОА. Если бы в них удалось проникнуть, они стали бы богатейшим источником сверхсекретных данных.
На данном этапе Эдвард Сноуден был экспертом по Китаю. Его объектом как раз и являлись китайские компьютерные сети. Он также преподавал курс по китайской киберконтрразведке, инструктируя высших должностных лиц министерства обороны, как защитить их данные от Пекина и его энергичных хакеров. Он был детально ознакомлен с активными операциями АНБ против китайцев, впоследствии утверждая, что у него имелся «доступ к каждому адресату».
Японцы больше не являлись противником США. Они теперь скорее входили в число нескольких преуспевающих восточноазиатских наций, которые США рассматривали в качестве ценного партнера по разведке. АНБ координировала работу в SIGINT с другими союзниками в этом регионе. Среди посетителей подземного комплекса были новый военный руководитель Агентства безопасности Южной Кореи, вновь избранный руководитель Бюро национальной безопасности Таиланда и делегации из Токио. «Туннель» также вел слежку за Таиландом и Филиппинами, поддерживая местные контртеррористические операции, как, впрочем, и в Пакистане.
По словам одного из штатных сотрудников АНБ, который давал интервью журналу Forbes, Сноуден был принципиальным и весьма компетентным специалистом в своей области, правда, характером отличался несколько эксцентричным. На территории «Туннеля» он носил толстовку с капюшоном, на которой красовалась пародия на эмблему АНБ. Вместо ключа в когтях орел имел на голове пару наушников от подслушивающего устройства. Коллеги предполагали, что толстовка от Electronic Frontier Foundation была просто шуткой.
В поведении и облике этого человека наблюдались и другие намеки на инакомыслие. На своем столе Сноуден постоянно держал экземпляр Конституции США. Он всегда ссылался на нее, когда оспаривал те действия АНБ, которые, по его мнению, нарушали основной закон страны. Он бродил по коридорам с неразлучным кубиком Рубика. Он не забывал о своих коллегах, иногда оставляя у них на столах маленькие подарки. Однажды он едва не лишился работы, вступившись за сотрудника, подвергнутого дисциплинарному взысканию.
Комплекс RSOC, где работал Сноуден, является одним из нескольких военных сооружений в этом районе. Примеров демонстрации мощи США здесь в избытке. На склоне холма маячит силуэт гигантской спутниковой антенны. Небо бороздят вертолеты «Боинг CH-47 «Чинук». Туда-сюда снуют окрашенные в камуфляж грузовики. Многочисленными внедорожниками, спорткарами и мотоциклами управляют молодые мужчины и женщины в однотипных униформах. Ездят они очень быстро. Наклейка на бампере одного из внедорожников гласит: «Залезай. Садись. Заткнись. И держись».
Комплекс RSOC почти незаметен с дороги, поскольку скрыт от обзора зарослями кизила и металлическим забором высотой 10 футов с колючей проволокой поверху. Есть только один маленький значок – «Государственная собственность. Посторонним вход воспрещен», – который указывает на то, что это официальное учреждение. Стоит свернуть с дороги, и вы съезжаете с холма к посту с двумя вооруженными часовыми в синей камуфляжной форме. За турникетом расположена парковка, на которой не меньше сотни автомобилей. Здесь же установлены плакаты, предостерегающие от вождения в нетрезвом виде. «Прошло 6 дней со времени последнего несчастного случая», – написано на одном из них.
Учитывая количество транспортных средств, отсутствие людей или зданий – здесь всего несколько домиков – несколько озадачивает, пока вы не начинаете понимать, что все спрятано под землей. Сотрудники входят в длинное, забавного вида прямоугольное строение с оранжевой крышей, примыкающее к крутому склону коричневой земли. Уклон настолько сильный, что кажется, будто строение вот-вот скатится оттуда. Ступеньки ведут к темному входу. «Двери внутри просто огромные. Это чем-то напоминает фильм про Кинг-Конга. Кажется, что для того, чтобы добраться туда, нужна уйма времени», – рассказывал работавший здесь бывший офицер ВВС.
Вынос секретных материалов отсюда было бы крайне рискованным предприятием. И потребовал бы крепких нервов от того, кто на это мог отважиться…
В блоге, который ведет подруга Сноудена Линдси Миллс, сам Сноуден появляется в странном обличье. Она называет его Э. Он в основном присутствует где-то в кулуарах – как верный друг, конечно, но такой, который склонен к таинственным и непредсказуемым исчезновениям. Как и в Швейцарии, на Гавайях Сноуден – это человек, который носит маску.
Лишь в нескольких случаях Э позирует вместе с Миллс на ее еженедельных портретах, отправляемых на Instagram. Его лица вы не увидите. На одном из снимков Сноуден стоит на пляже, нагнувшись и закатав до колен брюки. Лицо его скрыто отворотом черного зимнего пальто. По-видимому, он смеется, хотя трудно сказать наверняка. «Мир, в котором люди перемещаются, словно вороны, – пишет Миллс в своем блоге, отмечая: – Один из редких снимков Э». Кто-то замечает, что Сноуден немного похож на Квазимодо. Миллс тут же парирует: «С Э шутки плохи!»
Миллс пишет в своем блоге: «Снимаю себя ежедневно уже несколько лет подряд. Эти фотографии – не только для родителей.
Портреты – это что-то вроде дневника художника – выполнены в ярких цветах, для них Миллс специально наряжается, чтобы зафиксировать определенное настроение или эмоцию. На одних она кокетничает. На других – размышляет, висит на деревьях или наблюдает гавайский закат.
На протяжении 13 месяцев своего пребывания на Гавайях Сноуден сохранял дистанцию с коллегами. По натуре он был замкнут, и у него имелись для этого особые причины. Он знал, что если у него все получится, то его разоблачение станет самым крупным со времен Документов Пентагона[9] и затмит собой раскрытие секретных документов и передачу их WikiLeaks в 2010 году рядовым американской армии Челси (ранее Брэдли) Мэннингом. Это приподняло бы завесу над массовой слежкой – не только за миллионами американцев, но и за всем миром. Но все это пока было под большим вопросом. Любая его оплошность, любое брошенное неосторожно слово, необычная заявка, неисправная флешка могут возбудить вопросы, которые в итоге приведут к катастрофическим последствиям.
Сноуден был окружен шпионами, которые занимались выявлением скрытых кодов и схем, раскрытием секретов. Если бы они обнаружили его, то, скорее всего, Сноудена тайно судили бы, признали виновным и заключили в тюрьму на долгие десятилетия. Как анонимного выродка, который пытался, но так и не смог похитить важную информацию у своих работодателей. Неудивительно, что Сноуден вел себя крайне осторожно.
Коллеги в шутку сравнивали его с Эдвардом Калленом – вампиром из саги «Сумерки», которого играет Роберт Паттинсон. Сноуден был бледным, загадочным, серьезным, и днем его видели крайне редко. Он почти никогда не появлялся на общественных мероприятиях. «Он ни с кем не разговаривал и обычно держался где-нибудь в сторонке. Просто болтался, и все. И все привыкли зазывать его криками: «Давай, Эдвард, вперед!» Как на спортивном состязании, – вспоминал один из коллег. – На одной из вечеринок мы даже заставили его произнести целую речь. В ней было приблизительно пять слов».