Людмила Райкова – Письмо из ада. (страница 2)

Главное теперь проглотить эту горькую пилюлю и жить дальше. Мало ли людей, казалось близких и почти родных, уходили в прошлое. Маня с горечью отпускала даже Анютку, которую сразу после бухгалтерских курсов взяла к себе в редакцию. А та запуталась в отчётах, ушла на больничный, а потом и вовсе принялась с сотрудниками перемывать ей кости, выкладывая всё о личной жизни своей патронессы. Жизнь сама наказала девушку и так жестоко, что, Маня даже позвонила ей посочувствовать и предложить поддержку. Хотя какая от неё теперь помощь.

Анютка попала в редакционную бухгалтерию неожиданно. Собкор из Вологды попросил организовать ему перед пенсией какую-нибудь награду через Центральные профсоюзы. Официальная зарплата 4000 рублей, еще 4000 ежемесячно отправляли по почте. С таких доходов не пенсия получится, а кошкины слёзы. Рынок только начал осваивать возможности России, прибирая всё к своим рукам. Письмо обсудили на редколлегии и решили обратиться в нужные органы за содействием. Маня тогда отметила, что редакция подозрительно постарела, все кроме неё самой и младшего бухгалтера, давно получают пособие, и зарплату побольше чем у вологодского собкора. Подумала и закрутилась в делах. Помимо выпуска газеты на 8-ми полосах формата А1, редакция готовилась праздновать своё 75-летие. Она уже подготовила макет календарей, договорилась с типографией и теперь ждала счёта. Оплатят и запустят в печать. Счёт пришел на 65000 рублей, в те времена доллар стоил 16 рублей. Так что, сумма немалая. В типографии согласились на аванс – 25 тысяч сразу, остальное по очереди – 20 за первую часть тиража и еще 20 за крайнюю. Маня со счётом в бухгалтерию. И слышит «Денег нет». Прямо как Набиулина. Как нет? У Мани самой, в газете коммерческий проект по одной полосе в неделю. Переводят 30 000 исправно. Два дня назад точно перевели, оказалось пустили их на другие платежи. Маня расстроилась, она газетой занималась, к деньгам не касалась. Этим ведал главный и бухгалтерия. Там её и успокоили – не расстраивайся, налом заплатим всю сумму разом. Бухгалтер открывает сейф и Маня видит в нём, как плотные пачки занимают всю полку и упираются в потолок. Тут у неё и возникли вопросы. Почему собкоры, на которых газета держится, получают гроши. Сколько платят арендаторы и как они рассчитываются. Мало-помалу Маня выяснила, что в редакции оформлены, внук и внучка редактора. Бухгалтер получает четыре собкоровские зарплаты – ей через пару лет пенсию оформлять. Главный от вопросов краснеет и тупит глаза. Ему 84, работать уже не способен. А с момента перестройки наворотил столько, что и уйти нельзя. Бухгалтерам указали на дверь, а Мане поручили найти нового бухгалтера, которому можно доверять. Только аудита пусть не требует. Если бухгалтер будет свой, Маня и без аудиторов во всем разберётся. И позвала Анютку. Через три месяца пожалела.

Кто-то из мудрецов советовал, – пожелай чистой любви и светлого мира тем, кто не был добр к тебе, и продолжай двигаться вперед. Это даст свободу вам обоим. Анютка тихо повторяла – спасибо, спасибо. А потом попросила денег в долг сколько получится. У Мани получилось 15000. Мол, надо для мужа на лечение. Анютка не знала о Манином диагнозе, и, наверное, относилась к ней так, будто 17 лет прошли для Мани как один светлый и радостный день. Откуда ей знать, что порой Мане самой требуется протянутая с помощью рука. Но она не просит, напротив старается чтобы о проблемах знали, как можно меньше людей. Получается не всегда. Когда обнаружился рак, обрушились потоком звонки даже тех, с кем она лет двадцать не общалась. Вздыхали, ахали. А после операции, когда выяснилось, что никаких метастаз опухоль не дала, никто больше не позвонил. Маня расценила это по-своему. Мол ждали что умрёт, а она и не собиралась… На днях посадит на рассаду перцы, в марте помидоры. В апреле первые пять кустов огурчиков, чтобы есть ранними. Не покупать же по 600 рублей за килограмм. А может посадить сегодня? Где-то давно Маня вычитала, что в году есть только два дня, в которые ничего невозможно сделать, это вчера и сегодня.

Она уже направилась в гостиную, чтобы достать с полки коробку с семенами, как всегда оставив на кухне телефон. И по закону подлости он зазвонил в тот момент, когда Маня, встав на стул уже дотянулась до заветной коробки.

Маня осторожно спустилась – хватит, однажды допрыгалась, развешивала для просушки пучки ромашки. Она стоит на кухонном табурете, а тут телефон. Месяц с растянутыми сухожилиями шкандыбала. Да ещё летом.

- Фая на проводе.

Это для Мани минутка праздника. Бывшая циркачка никогда не позвонит чтобы пожаловаться. Сегодня не исключение.

- На работе чёткое разделение труда – одни много работают, другие много получают. И никогда никакой путаницы.

- У тебя в магазине что ли?

- Нет у нас магазин маленький. Соседка бухгалтером на железной дороге работает. У монтёров зарплата 30 тысяч в месяц, у главы РЖД почти 900 000 в день. Узнала и вывела формулу.

- Пусть запатентует своё открытие и отправит в Думу.

- Боится, у неё зарплата хорошая, 70 000, правда не в день. Но всё равно нормально. И контора рядом с домом.

Дальше Фая перечисляет всё, что приготовила на выходных дома, Маня глотает слюнки и старается отвлечься от гастрономических соблазнов. Думает о бухгалтере с формулой. Предусмотрительная дама знает, – с сильным не борись с богатым не судись. Но сравнительный зарплатный анализ, как горячий блин жжёт сознание, вот и выдала свою формулу Фае. А та Мане, и так пойдёт в народ скрытая начальственная арифметика.

Они с Фаей посетовали на снежные завалы и попрощались. У мани пропикало сообщение, и ей не терпелось войти в МАХ и узнать автора письма. Часы показывали 21.00 когда она, увеличив снимок конверта прочла. Отправитель ЗАО «Торговая газета». Позвони ей Жириновский из преисподней, она бы удивилась меньше.

- Какая газета? Ты ушла, а через год она перестала выходить. – Глеб тоже ошалел. – Может совесть проснулась и решили выплатить тебе деньги за акции?

- Может, - согласилась Маня и попросила соседа вскрыть конверт и прислать ей снимок самого письма. Лучше бы ей этого не делать.

Глава 2

Письмо читали несколько раз. Сначала Маня пробежала его по диагонали. Главное было выделено жирным. Акционерное собрание. Повестка – выборы правления и председателя. Место – база отдыха под Егорьевском. Дата и время – 26-28 февраля. Заезд 25-го, с 19 до 23.

Подтвердить участие по телефону или электронной почте.

- Какое собрание? Газеты давно нет. И почему за 20 лет не было ни одного приглашения? Какая-то разводка.

Маня удивляется, Глеб перекинул сообщение на свой айфон и тоже изучает. Он всегда читает медленно, вдумчиво. И молчит.

Покипятившись, Маня принялась изучать список акционеров. Из восьми нашла только две знакомые фамилии. Свою и специального корреспондента, а после, когда Маня ушла из газеты, и редактора на три месяца, Светлану Шляпину.

Если бы Маня нашла старую симку, то смогла бы отыскать контакт коллеги и всё выяснить. Кажется, в бумагах есть книжечка со списком служебных и домашних телефонов сотрудников. Светлана там точно есть, только оставила ли она домашний аппарат. Маня свой ликвидировала.

- И что теперь делать? – Она жалобно смотрит на мужа.

- Ничего! Ты же не собираешься ехать, не зная куда и зачем?

Знать бы наперёд, она бы послушалась Глеба безоговорочно.

Маня молчит. Ехать никуда не хочется, но, если останется дома высохнет от любопытства. Всё-таки «Торговка» сыграла в её жизни важную роль. 25 лет она служила в газете, и во времена её расцвета, и в лихие годы. За газету поднимали тост, кто ни будь крикнет «За кормилицу нашу!» и все искренне прокричат трижды «Ура!». Уже при Горбачеве, все сотрудники газеты купили по новенькой машине Жигули. Кажется, им досталось по девятке. Самый дефицитный дефицит. Мане тогда папенька презентовал «Ниву», и она отказалась. Родственники костерили дурочку на все лады. Её ведь можно было сразу продать, получив сходу две цены! Или уступить машину кому ни будь из тётушек. Люсин муж, когда отправился в Уренгой строить газопровод, первое что запланировал, купить Жигули. Купил и до сих пор ездит на своей пятёрке.

Господи, как же поменялось всё вокруг. Автомобиль из роскоши превратился сначала в средство передвижения, а теперь снова перекочевал в разряд роскоши. На днях по телевизору сообщили новость. Скоро в стране будут выпускать народный автомобиль. На снимке Маня увидела «горбатый запорожец» и его стоимость 900 000 рублей. Машина с секретом, ездит на электричестве, а батарею придётся брать в аренду. Сколько будет стоить? Пока секрет.

Маня в отечественные автомобили не верит, избаловалась меняя в Европе раз в полгода разные марки. И до сих пор считает самой душевной «Пежо». Теперь рада и скромной реношке. Но на собрание акционеров она на ней не поедет. Во-первых, зима и на дорогах чёрти что. Во-вторых, у неё перерыв водительского стажа больше трех лет. Придётся раскатываться, но это уже весной. Господи она уже думает о поездке как о решённом деле. Значит пока мозг сомневается, подсознание принимает решение.

Глеб замечает блуждающий взгляд благоверной и строго смотрит на жену.

- Даже не думай!