Людмила Райкова – Письмо из ада. (страница 11)

- Некоторые уже пошли, у нас в деревне самый горький пьяница украл мешок зерна попался, а ему на выбор – судить будем или контракт подписывай. Выбрал контракт, ранили. Вернулся без руки ходит гоголем учится где-то заочно, говорит коммунальную систему всего района скоро возглавит. Только пьет больше прежнего. Какой из него руководить получится, не знаю. А Ваня пусть сам решает.

Мужики заговаривают о машинах, а Маня думает о своём. Они с Глебом живут в своём режиме, военные в своём. Над ними есть ещё режим жирных котов. Эдакая страна разных скоростей. А они с Шляпиной уже завтра двинутся со своей черепашьей скоростью в это кошачье логово. И вечером она вынуждена на время перейти на режим жирных и довольных, попробовать их, понять и умудриться от них не пострадать. Даже морально. Маню пробил лёгкий озноб.

Но она не даёт панике забурлить, вспоминает новость дня и начинает смеяться. В Италии конфисковали яхту русского олигарха, Андрея Мельниченко. Теперь тратят почти по три миллиона в день на её обслуживание и охрану. Чтобы покрыть расходы, решили устраивать экскурсии по арестованному имуществу русского богатея.

Маня прочла и подумала, небось этот Мельниченко взятку дал, чтобы поставить яхту под арест и не заморачиваться. А так, стоит себе яхта на я коре в Триесте уже 4 года, стоимостью около 44 миллиардов рублей. Никто её не сожжёт, не угонит. У туристов визит на яхту пользуется спросом несмотря на то, что билет стоит от 154 до 438 долларов.

Хорошо устроился олигарх-соотечественник, ничего не скажешь.

- Останавливают Ваньку на посту и давай отчитывать, мол что с рваным тентом ездишь, армию позоришь. Быстро замени!

Маня вслушивается и понимает, Ваню после обстрела в рейс отправили. Начальника, на фронте внешний вид КАМАЗа не смущает, а тыловые считают по-другому. Им по фигу, что водитель с передовой. Стоят с автоматами на перевес приказы раздают. А парень и так все запчасти на служебный КАМАЗ за свой счёт покупает. Да втридорога у перекупов. Спрашивает у командира почему так, а тот ему в ответ, мол тебя никто не заставляет. Можешь не ремонтировать, а встанешь тоже ничего, – штурмов всегда не хватает.

На богатых и бедных, советские люди делились у Мани и Глеба на глазах. Сначала разрешили кооперативы и Маня оказалось в одном, вместе с матушкой Невзорова. Буклет к выставке печатали в типографии города Пушкина. Ей досталось отслеживать соответствие цветов. Потом, как грибы после дождя, стали появляться коммерческие банки и биржи. Облпотребсоюз не дремал. Маня, прежде чем ехать домой и садиться за репортаж, после торгов забегает на улице Желябова в главную контору потребкооперации, распечатки спроса и предложений показать. А те сравнивают биржевую стоимость фондовых товаров на масло, муку и репу чешут. Купили журналистке места сразу на двух биржах. А Мане они зачем? Как зачем? Будешь нашу муку и масло продавать. Навар 300%. Маня находит брокеров, отправляет их на торги, а сама строчит материалы. Интересно, где они сейчас, эти безусые брокеры? Заматерели небось, переженились, коттеджи понастроили мажоров вырастили. Помнят ли, кто привел их в бизнес и сразу обеспечил связями? После первых же заработков в Облпотребсоюзе оживились, включили Маню в какое-то ЗАО с участием Гатчинского райпо. Съездили зарегистрировали, подписали. Отметили в ресторане, все радуются, а Мане невдомёк, она то в этом обществе каким боком? Тут пресс-тур на носу на целых три недели круиз. Через полгода попросили её написать заявление о добровольном выходе из ЗАО. Написала. Потом страну накрыла волна приватизации. В торговом мире Питера Маню знают, все оформляют документы и ей предлагают – клювом не щёлкай возьми универсам. Маня шалеет узнав, что глава исполкома областной торговли переквалифицировался в директора Пассажа и приватизирует его. Скоро все оптовые базы, включая овощные становятся частными. Теперь хранить картошку и капусту им западло. В помещениях с кондиционерами стоят компьютеры, стиральные машины, мебель. Некто Миллер, тайком ремонтировал у Глеба в нелегальной мастерской, свою старенькую иномарку, сам помогал гайки крутить. А как потом взлетел? Глава Газпрома. Может права Юлька, – матушка у неё и в самом деле лохушка. Вцепилась в газету мёртвой хваткой пока вместе с зубами изо рта не выдрали. Или каждому свое? Богатых в отечестве массово ненавидят считают их ворами, которых тюрьма ждёт не дождётся. А с них как с гуся вода. Потому что с бедными они не пересекаются – молодежь тусуется в своих клубах. Старшие общаются в кругу своих. А остальные – обычная бессловесная обслуга, включая и солидную часть журналистов. Коттеджи никто не поджигает, стёкла машин не бьют. Охрана надёжная проверенная. Может и настанет время, когда их бал закончится. Может быть, только точной даты никто назвать не может. Даже ориентировочно.

Маня не против состоятельных людей – пусть себе обжираются икрой и баблом, на сколько здоровья хватит. Раздуваются друг перед другом от важности как индюки. Даже хорошо, что предпочитают селиться в охраняемых коттеджных посёлках. Сами себе создали резервацию, отделившись не только от общества неудачников, но и от страны. Они тоже граждане, а Маня, она патриотка. Ей самой ни яхта, ни вилла не нужны даже даром. А вот качественное и доступное медицинское обслуживание требуется. И продав квартиру в Латвии, ей хотелось бы получить за неё деньги честно и прямо. А не отыскивать левые крипто кошельки, рискуя напороться на дырявый. Полдня потратили на регистрацию, проверка по всем параметрам, а последней точкой подтверждения служит счёт оплаты услуг ЖКХ по адресу прописки. Эдакое экономическое фигурное катание без предварительной подготовки.

Скажите на милость, как при таких дотошных банковских проверках и допусках, из страны миллиардами утекают средства?

Чиновничьи взятки исчисляются миллиардами, целых 20, умудрился похитить некто Александр Вороновский. Владимир Лепёхин считает, что никакой госконтроль не поможет. Коррумпированная система не может контролировать сама себя. Там работают другие принципы – рука руку моет. А как же 50 посаженных вице-губернаторов. Тот же Тимур Иванов из министерства обороны? Лепёхин эти громкие случаи называет отстрелом инфракрасных ловушек, при помощи которых система избавляется от наиболее откровенных и наглых казнокрадов. Игнорирующих внутрикорпоративные «понятия». И в такие ловушки не угодил ни один из 350-ти членов теневого ЦК, которые реально управляют Россией и дербанят её исподтишка. Трамп на весь мир говорит о сделках после которых наступит долгожданный мир на Украине. А о чём они? В отечественных изданиях держат рот на замке, проговариваются зарубежные. Дескать американцы получают роль посредника в транспортировке газа. Он прямиком из русских богатых недр пойдет по Северному потоку. Правда теперь уже с американской маржой, и никакой Евросоюз его не остановит. Куда этим Каям против Трампа. Лепёхин предлагает подкрепить госконтроль народным. Идея попахивает советскими методами. Но предлагать одно, а делать другое, может автору для начала обнародовать список этих 350 членов тайного ЦК. А уж их семейные кланы, народные контролеры пробьют сами и возьмут на карандаш. Лепёхин, автор идеи народной экономики, но лекции свои публикует на закрытом коммерческом канале.

Маня пораньше легла спать, сумка собрана, но не застёгнута. С утра ещё положит что-нибудь нужное и вынет лишнее. Она на массажном диванчике, как сигнал – завтра прямо с утра наступит непрогнозируемый день. Шляпина в городок может и не въехать КПП надежно перекрыта забуксовавшей фурой. Медики из скорой помощи шли к пациенту своим ходом. Если большегруз не уберут, Мане придётся идти к выходу пешком. Она отправила Шляпиной адрес своей, теперь уже не тайной дислокации, чтобы сын, забив его в навигатор нашёл дорогу. Лучше бы не нашёл. Может по причине снежных заносов предложить ему подъехать сразу к дырке в заборе. И идти к ней ближе, и место обитания беглой Мани останется условным.

Разнеженная Маня под лёгким теплым одеялом даже не представляет, какая правильная идея пришла ей в голову, сесть в машину Шляпиных не у подъезда, а прямо на трассе. Но мысль появилась, хвостиком вильнула и уступила место своим подружкам. Глеб нашёл в сети рекламу спортивной базы в Егорьевске. Похоже на проданный пионерский лагерь, с лыжами и санями для проката. Номера облагорожены, в каждом домике по два одноместных. Есть ресторан в охотничьем стиле, но ходить к нему придется по улице. Мане нравится возможность жить в номере с персональным выходом на веранду. Курить в номере ясное дело нельзя, а так накинул курточку сунул ноги в сапоги и выходи дыми пока нос не посинеет. Маня делится своим восприятием предстоящего отдыха, а Глеб изучает маршруты проезда к егорьевской базе. Они ему явно не нравятся. От основной трассы три с половиной километра. Дорога асфальтирована, но сейчас зима и снежные заносы. Для сбора гостей, наверное, дорогу расчистят, а если очередной снегопад разбушуется?

- Думаю, расчистят и в день отъезда. Небось оплачена аренда трёх дней. – Легкомысленно отмахивается Маня.

- Сдаётся мне, что база — это собственность одного из акционеров. И выбрана она не случайно. – Время покажет, Глеб от истины не далёк.