Людмила Ляшова – Нюрка по имени Анна (страница 4)
– А что надо, чтобы сговориться?
– Оба подъезда потянешь? – Получив радостное подтверждение, старуха продолжила со знанием дела. – Значит так, деньги я сама собирать буду и тебе в лучшем виде все передам… Я по две гривни брала, на большее и не рассчитывай – народ прижимистый… Я вижу, ты не из этого дома? Ага. Воду, значит, для мытья тебе где-то брать надо. У меня будешь. А мне за помощь десяточку в месяц дашь. И мне хорошо, и ты не в накладе. Согласна?
Нюрка невольно улыбнулась такой коммерческой хватке и кивнула головой в знак согласия. Действительно, она не учла, где воду брать и куда использованную сливать? Не бегать же каждый раз к себе через пустырь.
– Да! Так ты мне здесь, поди, натопчешь, туда-сюда с ведром мотаясь. Так что полики и у меня в квартире потом подтереть придется. – Старуха хитро прищурилась и вновь получила согласие. – А может, сейчас и начнешь? Грязищи развелось, силушки нет смотреть! Я тебе все свое хозяйство попользоваться дам…
– Извините… – начала было Нюрка, но старуха, поняв, что рискует перегнуть палку, поспешно прибавила:
– Бесплатно! Совсем бесплатно!
Уже через десять минут, оставив в квартире старухи пальто и платок, вооружившись «бесплатно» предоставленными ведром с водой, тряпкой, веником и даже толстенными резиновыми противохимическими перчатками, Нюрка мыла ступеньки, начав с верхнего этажа. Поразмыслив, она пришла к выводу, что ей довольно таки повезло – она нашла себе не только работу, но и «администратора». Правда, грязи в подъезде было без всякой меры, но Нюрка утешила себя, что это от месячной запущенности. А если прибираться каждую неделю… Да и жильцы сразу почувствуют разницу и охотнее платить будут.
Уборка шла без особых приключений. Лишь во втором подъезде вышедший с мусорным ведром мужчина полюбопытствовал, сколько намерена брать за услуги новая уборщица. Нюрка немного схитрила, ответив, что платить по-прежнему надо бабе Гале, чем вызвала у мужчины взрыв хохота:
– Ну баба Галя! Ну бизнесмен! Ей волю дай, целую артель сколотит и все подъезды в городе к рукам приберет!
Уже к трем часам пополудни уставшая, но довольная своей предприимчивостью Нюрка успела помыть полы в квартире бабы Гали и сидела на ее кухне, угощаясь травяным чаем и свежеподжаренными оладьями. Старуха сияла не меньшим энтузиазмом:
– Ты ж, дочка, меня не подведи. На следующей неделе помыть не забудь. Когда придешь, может, во вторник?
– Приду во вторник, – согласилась Нюрка.
– А денежку я тебе к концу месяца аккуратно соберу, не сомневайся…
Глава 5
Через пустырь Нюрка летела, словно ее горб вдруг превратился в два крыла. Под ногами весело скрипел снег, редкие снежинки падали с сумеречного неба. На душе было хорошо. Мелькнула шальная мысль: а вдруг сегодняшняя удача – сбывающееся новогоднее желание? И хотя перспектива драить заплеванные ступеньки к понятию «счастье» относится с трудом, на фоне хронического невезения Нюрке она казалась настоящим подарком судьбы.
Она ступила на проходящую вдоль подъездов расчищенную от снега дорогу. Еще метров двадцать, потом на третий этаж и уже дома.
– Какие люди без охраны!.. На ловца и зверь бежит!
Нюрка вздрогнула всем телом. Улыбка слиняла с ее губ, когда почти над самым ухом раздался радостно-пьяный голос Семена.
– А мы к тебе заходили. Решили всей бригадой с наступившим поздравить. Нового счастья тебе! Здоровья! Любви и радости! – С каждым пожеланием Семен дружески хлопал по спине онемевшую Нюрку, отчего ее плечи опускались все ниже и ниже. – Нюрка, тут вот какие дела… На заводе, черти, опять зарплату задержали. Четыре дня праздничных, а денег – ноль целых хрен десятых. Стратегический запас весь вышел. Но завтра ж еще пить и пить! Да что там завтра, сегодня бы вечер докуковать! Нюрка, будь человеком, Петрович сказал, пятого зарплату выдадут, кровь из носу… Одолжи двадцатку, не дай честной компании засохнуть!
– Нету… – едва слышно от страха прошептала Нюрка.
В «честной компании» поднялся недовольный ропот.
– Ну не выпендривайся ты. Мы ж к тебе со всей душой… Ты ведь у нас богатенький Буратино, подай, Христа ради, котам Базилио на медикаменты!..
– У меня совсем денег нет… – опять прошептала Нюрка.
Была у нее, конечно, мелочь. Ровно на одну булку хлеба, но Семену эти крохи уж никак бы не помогли.
– Нюрка, ты нас без ножа режешь! Ну хоть пятерку! Что ты, в натуре, жилишься?
Нюрка затравленно завертела головой. Да будь у нее злополучная пятерка, с радостью б на откуп отдала, лишь бы в покое оставили!
– Ладно, Семен, пошли вешаться от такой жизни… – позвал один из компании.
Семен в сердцах выматерился и, чтобы хоть чем-то насолить, дернул Нюрку за косу. Резко повеселел:
– Гуляем, братва! Держите Квазиморду, мы ей сейчас заем по всем правилам оформим!
Прежде чем Нюрка сообразила, что с ней собираются делать, двое подхватили ее под руки и сжали с боков. С сухим щелчком раскрылся нож… Когда Нюрка почувствовала лезвие на натянутой до предела косе, ее рот открылся в беззвучном крике… Ужас сжал сердце: этого не может случиться, ведь это слишком жестоко!
– Семен, ты что фигню порешь? – не обращая внимания на исказившуюся Нюркину мордочку, поинтересовался один из парней. – Зачем тебе ее патлы?
– Балда темная. Газеты читать надо. Там черным по белому пишут: «Куплю натуральные волосы». Теперь сечешь?
– Да кому ж ты их сегодня сплавить собрался? Праздник ведь, – не унимался пессимист.
Семен, напротив, настроен был весьма оптимистично.
– У меня кореш – заготовитель по бабской шерсти. Тридцатку точно отвалит!
Дыхание комом свернулось в груди. Застывшим взглядом Нюрка смотрела, как Семен, словно лассо, раскручивает в руке ее гордость – почти полутораметровую ампутированную косу.
– Гля, какая красотища! Два дня гулять можно. Ты, Баттерфляй, челюсть подбери. После праздничка чистоганом компенсируем, гадом буду!
– Сем, может, напрасно? – вяло заметил один из собутыльников. – Еще Квазиморда рассвирепеет, заявление накатает…
– Не порть воздух. Если бы за такое срок давали, прикинь, сколько брадобреев на нарах бы парилось. Да что вы к ней прилипли, как к родной? Погнали, хайра загоним да в магазинчик за живой водой. – Семен расшаркался. – Благодарствуйте, миссис Квазимодо, извиняйте, если что не так. С праздничком!
Оставленная в одиночестве Нюрка, шатаясь, сделала всего один шаг. Ноги подкосились, и Нюрка, словно ей не волосы обрезали, а позвоночник перебили, безвольно рухнула лицом в сугроб у обочины.
Нюрка лежала в снегу, не чувствуя обжигающего холода. Издалека, словно сквозь туман, доносились до нее звуки, не вызывая, впрочем, никаких эмоций… Вот деловито проспешили шаги… Шумно дышащий щен, подбежав вплотную, сунул нос в Нюркины обскубленные волосы. Его любопытство было резко пресечено истерическим женским визгом:
– Лорд! Назад, мальчик! Не смей всякую пьянь нюхать!..
Становилось все теплее и спокойнее. Покой наваливался на плечи, укутывая мягким покрывалом, защищающим от всех неприятностей… Какая-то часть пока еще не отключившегося сознания равнодушно зафиксировала шум подъехавшей машины… Вот глухо хлопнула дверца… Далекие, словно с края Вселенной, шаги…
Чьи-то руки схватили Нюрку за плечи, насильно вырвали из небытия и усадили в сугроб.
– Ты что это надумала?! – Резкость голоса была смягчена гулом в ушах. – Плохо?.. Подожди минуту…
Нюрка так и не нашла в себе сил открыть глаза. Опять хлопнула дверца автомобиля, шаги приблизились. Что-то ледяное коснулось ее губ, и холодная, пахнущая цветами влага, потекла по ее подбородку.
– Ну! Пей! – приказал голос.
Нюрка безвольно подчинилась и тут же закашлялась – коньяк огнем обжег горло.
– Пей, тебе говорю!
Она вяло отвернулась от бутылки.
– Идти можешь? – Сильные руки рывком поставили ее на ноги.
Нюрка пошатнулась, попробовала сделать шаг и едва опять не свалилась, но человек продолжал крепко держать ее за плечи.
– Не смей раскисать! Так… Топаем домой… Да ты смотри, куда идешь!..
Нюрка с трудом разлепила ресницы. Перед глазами заснеженная дорога. Мелькают черные ботинки ведущего ее мужчины. Один шаг… второй… Впрочем, сильно сказано. Налитые свинцом ноги лишь несмело намечали направление, передвигалась же в пространстве Нюрка лишь всецело благодаря тащившему ее человеку.
В подъезде стало еще хуже. Ноги никак не хотели подниматься на высоту ступеньки. Мужчина подхватил ее на руки. Сквозь туман перед глазами мелькали лестничные пролеты. На третьем этаже Нюрка вяло пошевелилась.
– Здесь? Давай ключ.
Он забрал ключи из непослушных рук, открыл первую дверь и втащил Нюрку в общий коридор.
На шум выглянула соседка. Нюрка в своем полуобморочном состоянии не могла видеть, как вытянулось от удивления ее лицо.
– Здравствуйте, – вежливо поприветствовал женщину Нюркин спутник. – Мы с вашей соседкой очень мало знакомы, – как бы оправдываясь, пояснил он. – Ей стало на улице плохо. Не подскажите, в какой квартире она живет?
В ответ на невнятное мычание, поблагодарил за помощь.
Спустя минуту Нюрка находилась в своей квартирке. Мужчина уложил ее на постель и вышел, захлопнув за собой дверь. «Ну что ж… – со странным спокойствием подумала Нюрка. – Так даже лучше… Здесь никто не помешает уснуть… Навсегда…»
Глава 6
Она ошиблась. Не прошло и пяти минут, как послышался скрежет ключа в замке и дверь открылась. В комнату уверенным шагом прошел человек.