Людмила Лаврова – Я с тобой! (страница 13)
Кот Кириного парня терпеть не мог. Тот гонял хвостатого при любом удобном случае, стараясь, впрочем, сделать так, чтобы Кира этого не заметила.
Прошел год, и Кира с Денисом сыграли свадьбу. Теперь они были официально мужем и женой, но что-то в их отношениях разладилось. Денис то и дело делал Кире замечания, услышав которые, Наталья точно остолбенела бы от удивления и негодования. Ведь ее дочь теперь слышала ровно то же самое, что и она сама когда-то.
– Что ты за женщина, Кира? Разве это борщ? Это так… Красная водица! Ты совсем готовить не умеешь? Какая же из тебя жена?!
Готовить Киру учила бабушка, и уж неумехой назвать ту, которая свой первый борщ сварила, когда ей едва исполнилось десять, было, конечно, никак нельзя.
Кроме готовки Денису зацепиться было не за что, пока Базик не дал повод.
– Что у него болит?! – увидев счет из ветеринарной клиники, Денис не поверил своим глазам. – Кира, ты с ума сошла?! Я на свое лечение столько не трачу! А это просто комок шерсти!
– Денис, Базик не комок шерсти! Он член семьи!
– Чьей? Моей? Нет! Ни в коем случае! Мне такие родственнички и даром не нужны!
– Что ты такое говоришь?
– Что слышала! Еще раз такое повторится, и я сам его за дверь вышвырну!
Кира, которая только утром узнала, что станет матерью, промолчала в тот момент, решив поговорить с мужем позже.
Но Базик, который был уже весьма пожилым котом, утром снова не справился с лотком, и ей пришлось опять собираться в клинику. Именно за этим занятием застал ее вернувшийся с пробежки Денис.
За своим здоровьем он следил очень тщательно. Правильно питался, бегал по утрам и все пенял Кире, что она не может понять простых вещей.
Здоровье в жизни – главное!
Услышав, что коту снова нужно лечение, Денис в сердцах швырнул кроссовок, который только что стянул с ноги, о стену и заявил:
– Хватит! Пора избавиться от этого животного! Еще я не тратил кучу денег на такую бесполезную горжетку! Вон ее из моего дома!
– Только вместе со мной! – Кира, обычно спокойная и выдержанная, вдруг завелась с пол-оборота. То ли гормоны сказались, то ли нервы зашалили не к месту.
– Значит, вместе с тобой! Надоели! Почему я должен все это терпеть!
Что-то дрогнуло в воздухе, изменив, в этот раз уже навсегда, атмосферу между Кирой и Денисом. И та, кто еще вчера думала о том, чтобы сохранить отношения и вырастить ребенка в полной семье, вдруг поняла, что это вовсе не то, чего она хочет теперь.
Она не стала напоминать мужу, что это ее дом. И выставить ее за дверь, да еще вместе с тем, кто стал его хранителем, было бы по меньшей мере странно.
Кира вообще ничего не сказала.
Она молча сунула руку в карман ветровки мужа. Выудила оттуда ключи и сжала их в кулаке. А после открыла дверь своими и повернулась к Денису.
– Я жду ребенка. Мне нельзя переживать и нервничать. И скандалить тоже нельзя. Кот это понимает. Ты – нет. Уходи, пожалуйста. Сейчас уходи. Когда ты успокоишься – мы поговорим. Но жить с тобой дальше… Прости, Денис, я не стану. Если ты так легко выбрасываешь из моей жизни того, кто провел рядом со мной большую ее часть, если так походя готов избавиться от больного кота просто потому, что он тебе мешает, то что будет со мной, когда я тебе надоем? Мои чувства и желания тебя не волнуют. Я ведь правильно поняла? Ну вот. У нас было много хорошего, Денис. И я тебе благодарна за это время. Но теперь стало слишком много плохого. А это уже лишнее. В моей жизни лишнее, понимаешь? И в твоей, я думаю, тоже. А потому – уходи, пожалуйста. Вещи можешь забрать потом. Сейчас мне некогда. Нужно вести Базика к врачу. Ему плохо. Ему больно. И я за него в ответе. Поэтому так надо! Так правильно…
Денис спорить не стал. Он сердито швырнул в сумку, с которой ходил в спортзал, документы на машину и ветровку, а потом хлопнул дверью.
Кира точно знала, что ее признание о ребенке его не взволновало лишь по одной простой причине. Денис его просто не услышал. Все его мысли были заняты котом, от которого требовалось срочно избавиться.
А потому Кира поставила на пол переноску, подождала, когда Базик в нее заберется, теперь уже без всяких возражений, и спросила:
– Готов? Поехали! Пора что-то менять! И начнем мы с твоего здоровья!
Кот поправился. Конечно, возраст будет сказываться и Кире не раз еще придется доставать переноску и ждать, когда Базик соизволит вальяжно проследовать туда, позволив попутно маленькой ручке дотянуться до пушистого хвоста. Таких фамильярностей он не позволял никому и никогда, но Кирина дочка станет единственным человеком, которому кот будет позволять не просто все, а абсолютно все и даже немного больше.
И у Киры не будет лучшей нянюшки, которая в пять минут способна уложить ребенка спать, нежно прижав пушистой лапой к подушке хохочущую копию Наташи. Внучка так будет похожа на нее, что Кира даже подумает было назвать дочь так же, но мама ее отговорит.
– С Денисом посоветуйтесь. Это ваш общий ребенок. Жить вместе вы не будете, а это чудо останется с вами навсегда. Вы многое сделали для того, чтобы сохранить хотя бы видимость нормальных отношений. Пришло время сделать больше. Это будет очень непросто, но ради малышки стоит и постараться.
И Кира прислушается к матери. Чем очень удивит своего, теперь уже бывшего, мужа.
– Странно. Не замечал в тебе женской мудрости.
– Что ж. Расту, наверное. Так что скажешь?
– Скажу… Спасибо тебе скажу, вот что!
– Это еще за что?
– За то, что не поставила свое упрямство выше интересов ребенка. Я буду помогать, Кира.
И Денис сдержит свое слово.
И маленькая Аленка будет жить на два дома, не разбирая и не понимая, почему в странном мире взрослых такой порядок вещей. У нее будет две кроватки и два любимых зайца. Один у папы, а другой у мамы. Будет любимая бабушка Наташа и не менее любимая – Валя, мать отца. Но любовь будет одна на всех, и в этой любви Аленка будет купаться, вполне справедливо считая, что если эти люди любят ее и хотят, чтобы ей было хорошо, то и друг другу они тоже не чужие. И эта маленькая, но такая важная мысль будет донесена Аленкой до каждого взрослого, точно так же, как делала это когда-то ее мама в детстве, объединив их и заставив забыть все прошлые обиды.
И только старый кот будет знать правду об этой девочке. Но никому и никогда ее не раскроет. Не потому, что разговаривать не умел, а потому, что нужды в этом никакой не было.
Ведь и так понятно всем и каждому – если мама-кошка ласковая, то и котята у нее будут такими же.
А у маленькой Аленки с этим все было в полном порядке. И придет день, когда она сама подарит новую жизнь этому миру, склонится над детской кроваткой, проведет пальцем по щечке малыша, совсем как ее мама, а до нее бабушка, и скажет:
– Привет, мой маленький! Я так тебя ждала…
И все будет по-другому…
– Эля, нам нужно поговорить.
– Сейчас, Андрюша, погоди минутку, я закончу, ладно?
Эля быстро дорезала зелень для салата, накрыла крышкой кастрюльку с почти готовым супом и повернулась к мужу.
– Готово. Андрюша, что? – внимательнее глянув на мужа, она поняла, что что-то случилось. Андрей стоял, прислонившись к стене в тесной кухоньке, опустив глаза в пол, и молчал. – Говори, а то я уже нервничать начинаю.
Андрей вздохнул. Сказать, конечно, придется, только вот новость эта вовсе невеселая, и весь тот уютный мирок, который создала Эля за последние два года и в котором он жил, каждый день боясь проснуться и понять, что это вовсе не реальность, а какой-то очень хороший сон, рухнет. А что придет на смену этому миру – большой вопрос.
– Ты же знаешь, что у меня сын есть?
Эля опустилась на стул и сжала в руках полотенце.
– Знаю.
– Мне сегодня позвонила бывшая жена и сказала, что либо я его заберу, либо она его отдает в интернат.
– Погоди, Андрюша, я ничего не понимаю. Почему в интернат? Сколько ему сейчас? Шесть?
– Почти семь. А в интернат, потому что она собралась ехать работать куда-то за границу, а оставить мальчика не с кем. Матери Лиза недавно лишилась, а больше у нее никого из родственников нет.
– Ничего не понимаю. А какая необходимость ехать куда-то далеко, бросая ребенка? Ближе работы нет?
– Не знаю. Она мне толком ничего не рассказывала. Просто поставила перед фактом.
Эля задумалась. Странно все это, конечно, но ведь ребенок же… Она знала, что у Андрея есть сын. Муж от нее никогда ничего не скрывал.
С Андреем она познакомилась на работе. Высокий, худой как жердь парень вошел в кабинет, слегка пригнув голову, чтобы не удариться о притолоку. Точнее будет сказать, не вошел, а допрыгал до стола, опираясь на смешную палочку, которая явно не подходила ему по росту, но без которой передвигаться хоть как-то и вовсе не получилось бы. Правая нога в лодыжке опухла настолько, что обуться он не смог и пришел на прием в смешной тапочке с мордой бульдога.
– Что случилось?
– Гололед. Грохнулся прямо возле подъезда.
– Когда?
– Вчера.
– А почему пришли только сегодня?
– Вчера дел много было, как-то перебился, а сегодня нога опухла и наступать слишком больно. Даже прикасаться больно.
Так они и познакомились. Эля, которая работала хирургом в поликлинике, и Андрей, который преподавал физику в школе.