Людмила Фурс – Па-де-де с судьбой. Правда о предначертанном (страница 5)
– Наверное, ветер сдул, когда мы речку переходили.
– Какую такую речку? – всполошилась она. Пришлось честно во всем сознаться, и какое-то время нас из садика забирали родители.
Это было лето перед самой школой.
В школе я практически не училась. Нет, была всегда ударницей, а в начальной школе даже отличницей. Но прилежно что-то учить, зубрить – этого не было. Многое запоминала на уроках, домашку делала быстро, чего не находила в учебниках, добивала из других книг.
Сначала была старостой класса, потом председателем совета дружины, затем секретарем комсомольской организации школы. Виной всему был мой неуемный характер. Мне скучно было просто учиться. Поэтому участвовала во всех кружках, была в оргкомитетах всех мероприятий. Короче, была очень активной, что замечалось и наказывалось в виде дополнительных нагрузок и должностей.
Не сказать, что мне это нравилось. Но дурацкий характер всегда заставлял брать на себя ответственность, казалось, что без меня не обойдутся или сделают не так, как надо. Контролер из меня был еще тот!
Когда он у меня появился, поняла позже, когда стала разбираться со своими тараканами, учась на психолога.
Мне было лет пять. Мы еще жили в старом доме. Это был канун Нового года. Днем нас с братом повели на елку к маминой сотруднице. Родители дружили с этой семьей. Саму елку помню плохо, а вот что случилось потом – очень хорошо. После праздника для детей взрослые решили увести нас по домам, а потом вернуться, чтобы встретить Новый год.
Вот нас с братом ведут по темной улице, падает снег, морозит. Мама крепко держит меня за руку и даже через варежку я чувствую ее тепло.
Мне хорошо, воспоминание о елке щекочет внутри, и хочется продолжения этого праздника. На мой вопрос, почему мы идем домой, ведь Новый год еще не наступил, мама, чтобы меня успокоить, сказала:
– Мы сейчас Петю заведем домой, а сами вернемся. Он же еще маленький, и ему пора спать.
– А я большая! – гордость стала меня заполнять.
«Я вернусь вместе со взрослыми, и праздник еще будет продолжаться!» – эти мысли грели меня и волновали. А зимний вечер и эта дорога домой сквозь снежную пелену казались сказочными.
Пришли домой, нас завели в большую комнату, бабушка стала раздевать брата.
Мама попросила:
– Помоги снять валеночки Пете, я пока зайду к тете.
Я, не раздеваясь, помогаю снять одежду и обувь с брата, думая про себя:
«Надо сейчас тихонько выйти в коридор, чтобы Петя не заметил, там меня ждут мама с папой и мы пойдем уже по-взрослому встречать Новый год».
Но, выйдя в прихожую, поняла, что меня обманули, и родители просто ушли. Моему горю не было предела! Я рыдала так долго, что бабушка уже начала волноваться. Плакала даже не из-за праздника. Это было первое предательство, первый серьезный обман и облом в моей жизни. Я не знаю, почему мама так поступила, видимо, решила, что проще обмануть, чтобы все прошло быстрее и тише.
Но в моей душе это оставило очень большой след. Как мне кажется, именно тогда я сделала для себя выводы, что доверять не всегда можно даже самым близким людям, а еще – что все всегда нужно держать под контролем, чтобы не обманули и не предали.
Наши родители напрямую влияют на нашу дальнейшую судьбу своими вольными или невольными поступками. Иногда под влиянием каких-то событий мы делаем не совсем правильные выводы или принимаем решения, но, поняв, почему так происходит, мы получаем возможность что -то изменить или поправить.
Вообще, новогодних и предновогодних ночей, которые сыграли особую роль в моей жизни, было несколько.
Глава шестая
Следующая необычная предновогодняя ночь случилась в новой квартире.
Наш первый Новый год здесь. Папа принес огромную елку – пушистую, пахнущую морозом и снежной свежестью. Ее установили в центре родительской комнаты.
В новой квартире комнат было три. В небольшой комнате жили бабушка с дедом. Нам с братом досталась большая и очень светлая с двумя окнами комната, в которую вели две двери – одна из коридора, вторая соединяла с родительской.
В комнате родителей была еще одна широкая стеклянная дверь, ведущая в коридор. Позже, конечно, смежную дверь заставили полированной стенкой, а первое время она позволяла нам с братом гоняться друг за другом по кругу. Вернее, чаще гонялась я, стараясь отобрать у него что-то принадлежащее мне. Иногда следом за нами бежал дед с самодельной двухвосткой, когда ему надоедала наша беготня и крики. Ударять никогда не ударял, но махал ею страшно.
Наряжали ту елку всей семьей. Достали с антресолей большую коробку с новогодними игрушками. Их когда-то привез папа из очередной поездки. Это были маленькие стеклянные предметы – чайнички, кофейники, самолетики, снеговики. Все тонкого стекла и ручной работы.
Как я потом жалела, что не смогла сохранить их! В настоящее время это был бы целый клад, а главное, напоминание о том времени. Когда елка была наряжена, завернута в мишуру и покрыта дождиком, наступил вечер. Нас с братом отправили спать. Я попросила, чтобы дверь между нашими комнатами не закрывали, хотела видеть елку.
Моя кровать стояла у стенки правее двери, напротив которой как раз стояла нарядная елка. В свете фонарей, который падал из-за окна, она блестела сотнями огоньков на стекле игрушек, на мишуре. Мне казалось, что дождик шевелился, издавая тихий шорох, сверкая каждой своей гранью. Елка мерцала, словно живая, ее огни плясали в полумраке комнаты. Я, маленькая девочка, лежала в кровати и зачарованно наблюдала за этим волшебством. Казалось, что в каждой искорке скрыта тайна, что елка шепчет мне на ухо истории о грядущем. Все во мне замирало от восторга и переполнявших чувств. Новая квартира, эта огромная елка, ожидание праздника – все это было началом какой-то новой, необыкновенно счастливой жизни. И эта жизнь уже трепетала во мне предчувствием всей ее красоты и непредсказуемости!
Время шло, а я все не могла оторвать взгляд. Сначала это было простое любопытство, восторг перед красотой. Но потом постепенно что-то начало меняться. Голова закружилась, словно я попала в водоворот из света и тени. Блестки елки раздвоились, расплылись, превратившись в калейдоскоп цветов.
И вдруг… видения, похожие на полеты во сне. Они были яркими, отчетливыми, словно фрагменты моей будущей жизни. Я видела себя взрослой, в разных местах, в разных обстоятельствах.
Каждая картинка вызывала во мне бурю эмоций. Страх, надежду, радость, грусть – все смешалось в один огромный клубок чувств. Я чувствовала себя одновременно наблюдателем и участником этих событий.
В тот момент я была не просто маленькой девочкой, смотрящей на елку. Я была путешественницей во времени, которая заглядывает в собственную судьбу. И чем дольше я смотрела, тем сильнее становилось ощущение, что выбор уже сделан, что все предрешено.
Внутри меня росло странное, щемящее чувство. Это была смесь восторга и тревоги, предвкушения и страха. Словно я держу в руках хрупкий стеклянный шар, в котором заключена вся моя жизнь. И мне страшно его разбить, но и невозможно отвести взгляд.
Уже во взрослом состоянии я часто возвращалась к той ночи и пыталась собрать воедино обрывки видений. Что это было? Сон? Игра воображения? Предзнаменование?
Я не знаю! Но одно я поняла: эта новогодняя ночь навсегда изменила меня. Она заронила в моем сердце зерно любопытства к будущему, зерно, которое впоследствии проросло и определило весь мой жизненный путь. И каждый год, когда я вижу мерцающие огни новогодней елки, я вспоминаю ту волшебную ночь и снова чувствую себя маленькой девочкой, смотрящей в будущее с замиранием сердца.
Гораздо позже, в одну из самых сложных новогодних ночей, я вернула себе это состояние безграничного доверия миру и судьбе, чтобы совершилось чудо и у всех моих желаний и мечт было еще время свершиться.
Судьба… Что это? Сплетение случайностей, вереница предопределенных событий или холст, на котором каждый сам рисует свою жизнь? Я часто размышляла над этим вопросом, анализируя свою жизнь. Но кто же этот кукловод, дергающий за ниточки? Бог? Космос? Или, быть может, мы сами, своими поступками и решениями, творим свою судьбу?
Когда-то мне предрекли мою жизнь. Я поначалу пыталась сопротивляться, бороться с этой невидимой силой, казалось, направляющей мою судьбу.
Но события разворачивались по прописанному сценарию. И тогда я поняла: судьба – это не тюрьма, а, скорее, река. Мы не можем изменить течение, но мы можем выбирать, на какой лодке плыть. Мы можем решать, как реагировать на повороты и препятствия, как использовать попутный ветер и справляться со штормами. Я перестала бороться с судьбой. Начала прислушиваться к ней, как к мудрому советчику. Научилась видеть знаки, понимать намеки, использовать возможности, которые давала мне жизнь.
Судьба – это не приговор, а вызов! Это приглашение к танцу, в котором мы должны научиться двигаться в такт с ритмом жизни. Только тогда мы сможем понять, кто мы есть на самом деле и для чего мы пришли в этот мир. Даже если нам кажется, что все предрешено, у нас всегда есть выбор. Решение, как реагировать, как действовать, как жить. Этот выбор определяет нашу судьбу больше, чем любые предсказания и пророчества.
Но о нем я никогда не забывала, как и об этой волшебной новогодней ночи.