Людмила Федорова – Как перестать страдать от любви (страница 4)
По данным Минздрава РФ, за последние 5 лет число обращений к психологам по поводу нездоровых отношений выросло на 40%. Пандемия лишь усугубила проблему: изоляция и страх одиночества заставили многих цепляться за токсичные связи.
Но почему одни легко переживают расставания, а другие годами страдают от неразделенной любви? Ответ кроется в сложном переплетении биологии, психологии и социальных факторов.
Мозг влюбленного: химия зависимости.
«Это как наркотик!» – так описывают влюбленность люди с любовной зависимостью. И это не метафора. Последние исследования ученых по этой теме показали ошеломляющие результаты: мозг любовно-зависимых и мозг наркозависимых в момент получения «дозы» работает одинаково. Только для первых этой самой дозой выступают мысли о любви.
Нейрохимический коктейль зависимости:
Дофамин – гормон «предвкушения». Выбрасывается, когда мы получаем сообщение от партнера или представляем встречу. Стимулирует навязчивые мысли.
Окситоцин – «гормон привязанности». Вырабатывается при физическом контакте, создает иллюзию «родственной души».
Серотонин – его уровень падает при влюбленности, вызывая тревогу и навязчивые идеи (как при Обсессивно-компульсивном расстройстве).
У зависимых механизм выработки этих гормонов работает на износ. Как показало исследование Калифорнийского университета (2023), у 68% любовно-зависимых обнаружены мутации генов, регулирующих перенос дофамина – те же, что у людей с алкоголизмом.
«Я пуста без тебя»: психологические корни зависимости.
Психотерапевт Шандор Радо еще в 1928 году связал любовную зависимость с детской травмой. Его современные коллеги подтверждают: 70% пациентов с этим диагнозом пережили в детстве травмирующие состояния:
Эмоциональное пренебрежение – отсутствие похвалы, игнорирование, частое унижение, перенос ответственности вины на ребенка;
Гиперопеку – мнение ребенка не принимается в расчет, часто даже после взросления, самостоятельность не поощряется, любое действие оправдывается заботой, запрещается возражать, не соглашаться;
Насилие – физические побои, постоянные громкие крики, частые и жесткие наказания, несоразмерные проступкам.
Сценарий созависимости:
– Травма: ребенок не получает безусловной любви (я люблю тебя просто так, за то, что ты есть, не только тогда, когда ты хороший).
– Выученная беспомощность: чтобы меня любили, я должен заслужить это (слушаться, быть удобным, не расстраивать).
– Перенос: во взрослом возрасте партнер становится «заменой» родителя (ожидание от партнера, что он будет тотально заботиться, в том числе об эмоциях, при этом человек не видит самого партнера, а лишь образ родителя, и предпринимает постоянные попытки заслужить любовь точно так же, как в детстве).
Иллюстрирует этот механизм пример из практики: Анна, 32 года, успешный юрист, в отношениях терпит унижения: «Когда он кричит, я вспоминаю отца. Но если я уйду, это подтвердит, что я недостойна любви».
Стадии зависимости: от эйфории до краха.
Любовная зависимость развивается по спирали, напоминающей наркотическую:
Интересная статистика: 89% зависимых возвращаются к абьюзивным партнерам (исследование L. Eroglu, 2023);
У 45% развивается социофобия после разрыва (данные Минздрава РФ).
Соцсети и одиночество: как технологии подпитывают зависимость
Тикток-челлендж «Докажи любовь», постоянные статусы «В отношениях», слежка через геолокацию… Цифровой мир стал катализатором любовной зависимости:
Дофаминовые ловушки: лайки/сообщения поддерживают иллюзию близости;
Стокгольмский синдром онлайн: жертвы токсичных отношений оправдывают партнеров: «Он ревнует, потому что любит»;
Социальная изоляция: 63% зависимых предпочитают общение в мессенджерах реальным встречам (исследование Ли Чена, 2023).
Пример из практики: Максим, 25 лет, удалил все соцсети после терапии: «Я проверял её страницу сто раз в день. Это был ад – я следил за её жизнью, забыв о своей».
Социальная изоляция: цена зависимости.
1. Стадия эйфории
Эмоции: восхищение, возведение человека в идеал.
Что происходит в мозге: взрыв дофамина, игнорирование любых негативных эмоций, связанных с партнером.
2. Стадия фиксации
Эмоции: беспокойство, желание быть постоянно на связи, убеждаться в любви партнера, страх потери.
Что происходит в мозге: снижение серотонина вызывает навязчивые мысли.
3. Стадия кризиса
Эмоции: при малейшем, даже мнимом намеке на разрыв связи появляется паника, ощущение, что без партнера нет жизни
Что происходит в мозге: кортизол вызывает иллюзию физической боли, вплоть до панических атак.
4. Стадия распада
Эмоции: при естественной фазе отдаления партнера, ощущение обреченности, мысли о собственной ненужности и вечном одиночестве.
Что происходит в мозге: истощение нейромедиаторов ведет к депрессивным состояниям – апатия, раздражительность, частые слезы, проблемы со сном.
Низкая самооценка + страх отвержения = идеальная почва для формирования зависимости. Любовные аддикты часто теряют друзей из-за потребности полностью погружаться в отношения, а также убежденности, что «в любви» нужно отказаться от всех остальных «отвлекающих людей»; бросают работу, собственные увлечения, эмоционально как бы сливаясь с партнером и его желаниями; разрывают связи с семьей, если те не поддерживают зависимого в его поведении с партнером.
Стоит отметить, что подобное происходит вне зависимости от того, хочет ли этого сам «любимый» человек, а лишь из внутренних стремлений самого зависимого. Таким образом, зависимый получает возможность доказать свою любовь, приверженность, преданность, и лишь при ощущении жертвы ему кажется, что он ведет себя правильно.
Любовная зависимость как порочный круг.
Итак, мы видим, что любовно-зависимый лишь повторяет то, что ему знакомо. Любовная зависимость на самом деле помогает человеку уйти от собственных чувств, эмоций, мыслей, тревог. Человек не нравится сам себе, а, жертвуя для другого, зависимый ждет жертвы в ответ и может сам заниматься эмоциональным насилием, чтобы добиться любви. Думая о другом, на самом деле зависимый думает о себе и своем эмоциональном выживании, ведь ощущение, что без любимого ждет смерть – очень реально. Это полная проекция на родителя, без любви и заботы которого ребенку действительно сложно выжить.
Тем не менее не стоит воспринимать ситуацию любовной зависимости как приговор. Важно действительно допустить мысль, что здоровая, зрелая любовь – это не качели из эйфории и невыносимой боли. Осознание проблемы является первым и едва ли не самым главным шагом к свободе.
Глава 4. Роль травм детства и воспитания: как ранние детские переживания способствуют возникновению зависимого поведения в отношениях
«Откуда у меня это»: как детские травмы влияют на взрослые отношения, или почему ты влюбляешься в тех, кто тебя не ценит. Наталья Кирюшина
…Влюбляешься – и сразу теряешь голову.
…Без отношений чувствуешь себя пустым.
…Терпишь плохое обращение, лишь бы не остаться в одиночестве.
…Ревнуешь, контролируешь, цепляешься – а в ответ получаешь только боль.
Знакомо?
Если да – возможно, у тебя любовная зависимость.
Зависимое поведение в отношениях – эмоциональная привязанность, страх одиночества, нездоровые паттерны выбора партнера – часто коренится в детских травмах и особенностях воспитания. Почему одни люди легко переживают расставания, а другие «цепляются» за токсичные отношения, терпят унижения или, наоборот, избегают близости? Ответ стоит искать в раннем детстве, где формируются базовые модели привязанности и способы справляться с эмоциональным голодом.
То, как мы любим во взрослой жизни, зависит от того, как нас любили в детстве. Джон Боулби, основатель теории привязанности, доказал: качество отношений с матерью (или лицом, ее заменяющим) в первые годы жизни определяет, как человек будет строить близкие связи во взрослом возрасте.
Выделяют четыре основных стиля привязанности:
•
•
•
•
Пример: человек с тревожной привязанностью может «залипать» на партнере, проверять его сообщения, устраивать сцены ревности, потому что в детстве ему не хватало стабильности.
Тот, кто вырос с избегающей привязанностью, будет саботировать отношения при малейшей угрозе сближения. Рядом с ним возникает ощущение, что ему никто не нужен, что он равнодушен к партнеру.