Любовь Попова – Ночной абонемент для бандита (страница 45)

— Я знаю, Оль, знаю, прости. Ну прости! — он тянет меня к себе, обнимает, прижимает к куртке, пахнущей кофе и холодным воздухом.

— Всё нормально. Правда, — вру я, отпиваю кофе, чтобы горло не перехватило. — Давай поторопимся. Автобус скоро.

Мы идём к остановке молча пару минут. Я смотрю на свои кеды, на лужи, на проезжающие машины. Внутри тяжело, будто кто-то положил камень на грудь. Лёша берёт меня за руку — крепко, но не больно.

— Ты больше не обижаешься? — спрашивает тихо.

— Иногда я думаю, что зря тебе рассказала, — признаюсь, не поднимая глаз. — Тебе, наверное, просто противно со мной после всего.

Он резко останавливается, поворачивает меня к себе. Глаза серьёзные, почти тёмные.

— Оль, нет. Нет! — говорит твёрдо. — Я просто хочу, чтобы у нас это было на всю жизнь. Хочу, чтобы ты полностью мне доверилась и больше не думала о том.

— Ты ведь сам напомнил.

— Я идиот, — он морщится, как от зубной боли. — Можешь наказать меня чтением вслух фанфиков по Гарри Поттеру.

— О, — я не выдерживаю и смеюсь по-настоящему. — Там, где парой сделали Гермиону и Снейпа.

Лёша театрально хватается за сердце и корчит такую рожу, что я хохочу в голос. Остаток пути до остановки мы целуемся — нежно, медленно, будто боимся спугнуть. Его губы тёплые, чуть солоноватые от кофе, и я думаю: вот оно, нормальное утро нормальной девушки.

В автобусе садимся на заднее сиденье. Лёша платит за нас двоих сонному кондуктору, потом обнимает меня за плечи, притягивает к себе. Я кладу голову ему на грудь — слышу, как стучит сердце: ровно, спокойно.

В кафе мы бок о бок выпекаем утренние булочки, готовимся к рабочему дню. Порой, только порой я смотрю на Лешу и мне кажется, что это затянувшийся сон, такой хороший и светлый, который спасает меня от тьмы, которую я запихнула в клетку. Порой… Только порой мне кажется что стоит открыть глаза и я сама окажусь в той клетке рядом с ним. Злым, жестоким, жаждущим отомстить, жаждущим взять меня силой. Снова и снова, пока от моего тела не останется лишь голая оболочка. Вот даже сейчас я словно слышу его дурацкое: «Олька, Олька»

— Оля, — Лёша трёт меня за плечо, и я резко дёргаюсь, чуть не роняю противень.

Он смотрит озабоченно, брови сведены. Я тут же целую его — быстро, чтобы заглушить эхо в голове.

— Там поставка готова. Примешь?

— Да, — киваю, выдыхаю. — Конечно.

Тут некогда рефлексировать. Нужно двигаться, улыбаться, слушать чужие истории. Это спасает.

Алефтина застаёт нас за поцелуем у печи, но только улыбается.

— Вот смотришь на вас — и глаз радуется, — говорит она, надевая фартук. — А знаете, может я вас лучше отправлю на книжный фестиваль?

— Нас? — удивляюсь я. — Ты же сама хотела.

— Ну слушайте, чего я там не видела. Да и муж ехать не хочет, а куда я без него, — подмигивает. — А там номер в отеле дают.

Мы с Лёшей переглядываемся. Он пожимает плечами, мол, решай ты.

— Вообще я бы хотела, — говорю я, и внутри что-то тёплое шевельнулось: книги, кофе, Питер, мы вдвоём.

Книжный фестиваль большое мероприятие в Санкт — Петербурге. Со всей страны собираются издательства, а еще рядами стоят кофейни, которые в этот день собирают полугодовую выручку. Попасть туда вообще сложно, меня до сих пор удивляет, как наша кофейня, которая не является сетью, получила приглашение.

— Отлично! Леша?

— Ты же знаешь, куда Оля — туда и я.

Алефтина романтично вздыхает.

— Тогда берите билеты, голубки. Сапсан долго ждать не будет.

— Постойте, так это уже на следующей неделе ехать?

— Конечно, — кивает она и уходит в подсобку пить свой капучино без которого не уходит никогда.

Лёша присаживается на стул, глаза блестят.

— Слу-ушай, это мы ещё премию получим, — мечтает он вслух.

Тут приходит первый покупатель, и мы встаём на ноги почти до вечера.

В течение дня Лёша умудряется купить билеты на Сапсан. Так что всего через несколько дней я окажусь в Санкт-Петербурге. С книгой в руках, с кофе в термосе и с человеком, который никогда не сделает мне больно.

Может, там я окончательно выкину Рустама из головы. Или хотя бы научусь не вздрагивать от собственного отражения в окне.

* * *

— Куда едешь? — Рома после той истории стал мне ближе всех, если честно. Словно отец, которого у меня никогда не было. Он зашел ко мне попить кофе, рассказал про то что Аня вознамерилась стать бабушкой и не важно, что для этого у её занятых донельзя детей должны появиться пары.

— В Питер, с Лешей.

Роме он не понравился, и я совершенно не понимаю почему. Он даже проверил его с помощью своих связей, но не нашел ничего подозрительного. Я даже не удивилась.

— Надолго?

— Фестиваль будет идти неделю. Нам даже отель бесплатно дают.

— Да, мы как – то заглядывали туда. Отель ты и сама можешь оплатить какой угодно.

— Да я понимаю. Но ты и так слишком много для меня делаешь. Мне просто стыдно.

— Знаешь, Оль, я даже понимаю, почему Хасанов на тебя клюнул.

Весь положительный настрой валится камнем в моей душе. Я перестаю улыбаться, а кофе, который я сама себе сделала, теперь кажется кислым. Можно было бы конечно встать, просто уйти от неприятной темы, напомнить Роме про такт, пусть он и за несколько раз впервые упомянул Рустама. Но эти его слова. Я ведь сама много раз задавалась этим вопросом. Ведь Рустам не мог не знать чья я родственница и что ему может грозить, если вся правда выйдет наружу.

— Расскажешь?

— Ты одиночка. Всегда была. Легкая добыча, если хочешь. Про таких снимают фильмы про маньяков и насильников. Ведь ты в любой момент могла прийти ко мне или к братьям и рассказать про Рустама, но тебе словно нравится этакий образ жертвы и терпилы.

Больно, горько, остро и пожалуй в самую точку.

— Ты ведь даже в школе, вместо того, чтобы тусоваться, специально вела себя как чудачка, прекрасно зная, какое к таким отношение. Жаловалась на недалеких людей и зарывалась в книги, которые не могут обидеть.

— Это из разряда. Ты сама виновата. – усмехаюсь я. – Чувствую себя гадиной, которая заставляла несчастного Рустама снова и снова меня насиловать, избивать и нарушать закон. И вообще все беды из – за женщин, да.

— Согласен, переборщил. Извини.

— Да ладно, полезно порой правду послушать. А мне ее кроме тебя никто не скажет.

— И все равно. Ты не виновата. Ты сделала все правильно.

— Мне кажется немного поздно делать искусственное дыхание после того как воткнул нож в спину.

— Эти твои сравнения конечно, — усмехается Рома, потом крепко меня обнимает. – Ты будь на связи, ладно. И с Лешей с этим, поосторожнее.

— Он самый лучший. И возможно он станет тем, кто сделает тебя дедушкой, папуля.

Рома усмехается, целует меня в висок и уходит, выкинув пустой стаканчик в мусорное ведро.

Леши сегодня нет и мне придется домой добираться самой. Сначала хочу пойти по ночному городу одна, а потом вспоминаю слова Рома про легкую добычу и все-таки трачу деньги на такси.

Поскорее бы в Питер.

**

Скоро Оля приедет ко мне в гости))) С первым днем зимы вас мои дорогие. Вы самые лучшие и терпеливые. Надеюсь вы ждете появления Рустама так же как и я.

Промокод:

Незнакомец по соседству CxA95q3q

duErqZw0