Любовь Котова – Следы на аномальных тропах (страница 34)

Но сейчас мне было не до этого. Грек обнаружился в закутке справа. Чуть-чуть не успел добежать до здоровенного ангара, через который мы проходили, когда пришли сюда впервые. Теперь он лежал на земле, слабо шевелясь, а над ним горой возвышался Феникс. Мун стоял чуть в стороне, бдительно озираясь по сторонам.

Я не стала разбираться, что они намерены делать.

– Эй, отошли от него, оба! – Я перла напролом, от страха совсем перестав соображать. Если сталкеры вздумали добить непонятно как выжившего Грека и обмародерить труп, то я им помешать совершенно точно не смогу. Но об этом я в тот момент думала в последнюю очередь.

Но они, опешив, отступили на шаг. Феникс только спросил недоверчиво:

– Одна-то справишься?

– Справлюсь!

Как – не знаю, но справлюсь! Я присела рядом с Греком, перестав обращать внимание на все остальное, сосредоточившись на нем. Видок у него был тот еще: кровь из носа и ушей, ошалелые глаза, которые он никак не мог свести в одну точку, вставшие дыбом волосы и покрасневшая, как при ожоге, кожа. Блин, что делать-то с ним? Его и трогать страшно!

Так, спокойно. Медик ты или где?

– Грек, – как можно спокойнее и тише позвала я. – Грек, слышишь меня?

Он честно попытался найти меня взглядом, но глаза плавали, и он просто кивнул, едва заметно, тут же сморщившись.

– Что болит? – так же медленно продолжила я. – Голова болит?

Он зажмурился, не рискнув снова кивать.

– Еще что-то?

На этот раз пришлось помотать головой, и он снова сморщился.

– Встать сможешь? – Сердце его стучало ровно и часто, пульс прощупывался хорошо. – Давай, родной, нужно встать.

Это у него получилось гораздо лучше, чем я ожидала, но теперь он просто висел на мне, изо всех сил – которых, я чувствовала, у него осталось не так уж много – стараясь не упасть.

Мысли в голове крутились, как бешеные тараканы. Что делать? Куда его тащить? Ежу понятно, что без помощи он долго не продержится, но все, кто может помочь, находятся слишком далеко. До науки идти через Дикие земли, да и для начала надо из бара выбраться, что-то кажется мне, что «законники» сейчас Греку рады не будут. Почему? Да потому что он сейчас сильно похож на зомби, а непримиримым борцам с Зоной только повод дай – и полетят клочки по закоулочкам.

Кстати… Кто в Зоне больше всего знает о мутантах? Ну, кроме самих мутантов, конечно. Правильно – люди, которые от мутантов в силу разных обстоятельств мало чем отличаются. Темные. И уж тем более они должны знать, что сейчас происходит с Греком и что с этим делать.

Одна проблемка – путь к темным не менее опасен, чем к науке.

– Грек, слышишь? У нас с тобой два варианта – либо ученые, либо темные. И там, и там – без гарантий, сам понимаешь. И идти далеко. Пильман хоть и маньяк от науки, но адекватный, а вот что про темных думать – я даже не знаю.

– Давай… к науке… – прохрипел Грек.

– Уверен? К науке так к науке. Поползли. – Я перехватила его руку поудобнее, мельком подумав о том, что от монстров теперь отбиться будет нереально. Одной рукой мне автомат бы просто удержать, какое уж там прицеливание. А, будь что будет! Как там у Миронова? «Кто на новенького?» Подходи по одному, там разберемся, но Грека я вам просто так не отдам!

Блокпост «Закона» на границе с Дикими землями миновали без проблем. Грек надвинул капюшон, скрыв лицо, засеменил быстрее, как мог, а какое дело черно-красным до двух гуляк из бара, на какой-то хрен сразу после Выброса прущихся в Зону?

Дикие земли снова удивили меня тишиной. Ни лая собак, ни рева спрута, ни выстрелов. Ватная тишина, мертвая. Как на Смоляном озере сразу после нападения мантикоры. В другое время я бы крепко подумала, прежде чем нырять в эту тишину, но сейчас за Грека боялась больше.

– Ты как? Нам бы ускориться. Хрен знает, надолго ли это затишье.

– Погоди, – Грек, наоборот, встал. – Банку у меня… из рюкзака достань… энергетик…

После энергетика дело пошло чуть легче. Грек тянул напиток небольшими глотками, и минут через двадцать его отпустило. По крайней мере он даже смог ткнуть пальцем в сторону фонящего радиацией дома, у которого я когда-то встретила Пару:

– Пес…

Я присмотрелась. Действительно, пес, и, похоже, один. Фигня. Хватит пары выстрелов, чтобы его убить, но это – когда подойдем поближе. Лишний раз шуметь не хочется.

Грек тоже подобрался, насколько позволяло состояние, сжал крепче дробовик и даже шагать стал бодрее. Но я все отчетливее понимала, что до науки я его не дотащу. Пара-то добрался только благодаря «росе». Энергетика на столько не хватит.

– Грек, ты, главное, не сдавайся, – шептала я. – Держись. Доберемся до науки, подлечим тебя и ка-ак напьемся до поросячьего визга!

Он слабо усмехнулся.

– Ага. Ради этого стоит продержаться.

Странное дело, но пес – и это сразу после Выброса! – нас не тронул. Мало того, он, заметив нас, подполз к Греку едва ли не на брюхе, подставляя сначала лобастую голову, а потом и вовсе опрокинулся на спину. Как будто любимого хозяина встретил…

Я чуть не споткнулась от внезапного понимания. Так вот как, похоже, становятся темными! Я покосилась на Грека. Ну точно. Кожа на лице словно обожженная. А потом начнет сползать клочьями, как у Безымянного… Ох, бедняга Грек!

– Как же ты так под Выбросом оказался?

– Свечение увидел… Еще подумал… странно, что никто не заметил… Потом провал… Очнулся, когда ты трясти стала… – Он снова остановился. – Дикая… Я же «светлячок» нашел!

– Что?!

– Это он… светился! Я его… схватил… и все. Дальше ничего… не помню…

– Погоди! Он же вроде регенерацию повышает или что-то в этом роде! Он у тебя где, в рюкзаке? Сейчас достанем его и тебя подлечим! – Я облегченно выдохнула, но Грек вдруг насупился:

– Нет. Артефакт одноразовый… я его… для Оли искал…

Я посмотрела ему в глаза, и все доводы застряли где-то в горле. Грек уже принял решение.

– Дикая, пообещай… Если вдруг не доберусь… ты «светлячок» по адресу отправишь… Он там же, в контейнере… на бумажке записан…

– Грек…

– Пообещай!

Я молча кивнула, и Грек, слабо улыбнувшись, вновь принялся загребать ногами, изо всех сил помогая мне.

Движение сзади я скорее почувствовала, чем услышала.

– Кто? – спросила, не оборачиваясь.

– Помощь нужна? – звонкий девичий голос. А вот и обладательница этого голоса – плотная круглолицая девушка, рыжая, как и я. Одна из тех, что прятались в баре от Выброса. Обошла нас вокруг и, не дожидаясь ответа, подхватила Грека с другой стороны. – Куда идете?

– Смоляное, – коротко ответила я. – По пути?

– Да. Меня Рыжей зовут.

Я представила себя и Грека, и дальше мы пошли молча. Я даже не стала подозрительно спрашивать у Рыжей, зачем ей это. Идти стало немного легче, несмотря на то, что Грек временами просто повисал на нас, теряя сознание; мутантов на горизонте по-прежнему было не видать. Может, и не достанет сегодня Грека старуха с косой. Или с чем там она нынче ходит?

Нас перехватили у самого озера. Словно ожившая тень, шагнул к нам от дерева человек в таком же плаще, как у Безымянного. В опускающихся на землю сумерках жутким контрастом на обожженном лице светились белые глаза с черными точками зрачков.

– Не нужно ему к ученым, – холодно оповестил Глюк. – Они ему не помогут. Он теперь один из нас, и место его – среди нас. Морра! – позвал он. – Посмотри.

Я молча смотрела на него. Сил на то, чтобы даже просто поднять автомат, уже не было, да и сзади – это я чувствовала всей спиной – стоял как минимум еще один темный. Рыжая тоже молчала, ожидая, что скажу я. А что тут говорить? Внезапное появление темных у нас на пути лишь подтвердило мои подозрения, и кто знает, может, это действительно лучший вариант?

Я повесила автомат на плечо, внимательно наблюдая, как приближается к нам еще одна черная фигура с такими же белыми, как у Глюка, глазами. Девушка заглянула моему напарнику в лицо, и то, что вокруг быстро темнело, ее, похоже, не смущало ни капли, потому что фонарик она так и не достала. Покопавшись в висящем на поясе мешочке, она что-то сунула Греку в ладонь, и тот, хоть и был почти без сознания, руку сжал.

Морра повернулась к Глюку:

– Жить будет. Но нужно в деревню. Чем быстрее, тем лучше.

– Я с вами, – вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

Глюк все так же холодно посмотрел на меня:

– Кто он тебе?

– Друг.

– Насколько близкий?

Хороший вопрос. Стая собак в Предбаннике, спрут, растяжка на тропе, совместные ночевки, когда мы по очереди охраняли сон друг друга, встреча с «Камнем»… пожалуй, он мне больше чем друг. Брат… которого я снова теряю.

– Зону вместе топчем, – коротко ответила я.