Любовь Колесник – Тенета тьмы (страница 64)
Оллантайр тем временем спускался шаг за шагом – величественно и неспешно.
– Вот мой оруженосец, – спокойно выговорил Тайтингиль. – Вы все помните Потрошителя Азара… и, хотя внешность та же, путешествие через границы Эалы преобразило его внутренне. Мы держим совет, Котов.
– Я… н-не буду мешать. – Орк чуть попятился, пытаясь при этом удержать гордую осанку.
– Правда, не стоит, – как-то особенно ровно и холодно проговорил Оллантайр. – Это эльфийский совет. Поскольку ты оказался тут, я приветствую тебя… и позволяю задержаться в моем дворце на какое-то время. На разумное время. Тем более что дайна Ольва желала видеть тебя, как только ты встанешь на ноги, ор… Аз… Котов.
Чуткому Котяре почудился в тоне короля ничем не оправданный литр холодной воды со льдом, и он поежился.
– Тайтингиль, мне уйти?
– Он и впрямь мой оруженосец, – сухо сказал тот. – Делает и говорит все, как должно по его чину.
Откинутые назад златые волосы потоком окутывали металлопластик, кевлар и московскую чеканку. И, хотя сейчас Котов не мог поймать взгляд Тайтингиля, он был уверен – витязь не даст ему пропасть.
– Что же.
Оллантайр тем временем спустился целиком; и это был процесс! Хвост роскошной мантии тащился следом. Котяра смотрел во все глаза – метросексуал, черт его побери, лесная крутизна! Серебряно-белые, лунные волосы приглажены волосок к волоску, аметистовые глаза смотрят надменно, определенно сверху вниз, хотя в нынешнем своем воплощении Котик не был обделен ни ростом, ни силой. Тайтингиль, однако, стоял совершенно раскованно.
Оллантайр подошел. Медленно повернулся и глянул витязю в глаза. Безмолвный разговор двух высоченных эльфов проассоциировался у Котяры со словом «старослужащие». Несмотря на аромат духов и яркую внешность Олантайра.
Это были воины, и они говорили о войне.
– Это все же Азар, – сказал наконец Оллантайр вслух. – Ты уверен, что он изменился, Тайтингиль?
– Посмотри глубже, – разлепил губы витязь. – И узришь сам, владыка древней Пущи. А еще лучше – отправь его к дайне. Она увидит.
– Ладно.
Парчовый хвост снова неспешно потек обратно к трону.
Все эльфы, присутствующие в зале, ждали молча. Котов рваными заостренными ушами слышал, как летают высоко под сводами какие-то некрупные насекомые… и как тяжеловато дышит Гленнер у самоцветной карты.
– Даниил проводит тебя, – упало сверху.
Давешний ясноглазый приметный юноша с некоторым сожалением на лице отделился от группы воинов.
– Пойдем. – Он тронул орка за локоть.
Котяра очнулся и тут же замурлыкал что-то приветственное и благодарственное. Парень был приятный, пр-рия-тный, и орку в нем виделось не эльфийское – человеческое тепло.
Молодой воин повел Котяру сложными переходами и лестницами.
Отойдя подальше, Анариндил с обидой выговорил:
– Они не берут меня. Считают, молод.
– Н-не бер-рут? – переспросил Котов.
– Но они не берут и тебя, – чуть злорадно сказал парнишка. – Ты тоже останешься во дворце. Рана слишком серьезна, целительница Синувирстивиэль не отпускает тебя в бой. А она, знаешь ли, строга…
– В бой… пауки-и… Да. В бой, – проговорил Котов и замолчал. Напоминание о многолапой беде заставило его вспомнить и о Ринрин. Чувствительный Дима внутри суровой орочьей плоти все равно не мог взять в толк, как теперь крутится остальной мир, когда девочка, де-евочка – погибла в бою.
– Следуй за мной, – негромко сказал ему тем временем еще один стройный и очень юный на вид эльф. – Меня зовут Эйтар… я личный охранник Повелительницы Леса, Ольвы Льюэнь. Оллантайр велел представить тебя ей. Анариндил… ты пойдешь с нами?
– Я нет, – сказал тот. – Я вернусь и послушаю совет. Может, Оллантайр все же отведет и мне достойную роль в предстоящей войне. Может быть…
Эйтар кивнул и распахнул высокие резные двери.
– Малый приемный зал дайны… веди себя достойно, орк.
Азар сделал три или четыре шага в зал и застыл.
Трон Повелительницы Леса венчали легкие ажурные крылья то ли диковинной бабочки, то ли странной птицы – откованные из светлого металла. Сама она, в ослепительном шитом каменьями платье, в сверкающей короне, белоснежным силуэтом стояла, глядя на Потрошителя Азара сверху вниз. Истинная королева, королева из сказки… но Котов, неотрывно глядя в карие, сверкающие золотыми искрами глаза, замер, словно пораженный громом.
…Память вытаивала, словно из куска льда. Понемногу, по капле, Потрошитель Азар вспоминал.
Ее – вот эту. С бичом в руках… дрожащий голос пытается командовать, а он подчиняется, так сладко! Потом вырывает бич – и отбрасывает его, показывая, кто на самом деле тут хозяин. Девушка корчится в его руках, бьется и кричит, вздернутая за локти, – а он выводит огромным клинком завитки на ее грязном худом теле. И вдруг задумывается – а стал бы так делать эльф? Тот, прекрасный, которым он не будет никогда. Реющий флагом золотых волос в черно-красной кипени битвы, раз за разом вздымающий клинок в неутомимой руке…
Так – стал бы?
Топот копыт, крики соратников – легко было бы прервать ее жизнь, так легко, удар – и все, удар – и все! Но он отчего-то вспрыгивает на оскаленное ездовое животное, покрытое густой шерстью. И, зло ругнувшись, скачет прочь…
– Это не все, – жестко сказала Ольва. – Дай себе силы вспомнить… дальше. Просто иди туда… иди в толщу времени. Иди назад, Потрошитель Азар.
–
–