Любовь Абрамова – Подопечные (страница 7)
– Миллиард, – усмехнулся Димка, – но сейчас у нее другие методы.
Когда Лиза спустилась в раздевалку после дополнительного нравмора, она с удивлением обнаружила на вешалке Катину куртку. И решила подождать. Лиза была обязана отсканировать код для проходной не позднее, чем через двадцать минут после окончания последнего урока. Небольшой запас времени давался на обсуждение с учителями вопросов, связанных с изучением их предметов, посещение туалетных комнат и переодевание. Но Лиза ни с кем ничего не обсуждала и одевалась быстро, так что, у нее было в запасе немного времени. Она переобулась, накинула куртку, чтобы точно успеть вовремя выйти из школы. Иначе – штраф. Лиза представила возможную реакцию Евы и ей стало нехорошо. Интересно, из чьей зарплаты Ева вычтет нужную сумму, если приплести Нину будет невозможно? Лиза надеялась, что не из денег ее родителей.
Кати все не было, Лиза невольно поглядывала на стену-экран. Фотки пограничников с автоматами сменились новым социальным мультиком. Его Лиза пока не видела. Опять какой-то грязный нищенский дом, только на сей раз не пацан, а чумазая девчонка. Вот, она прошла мимо лавочки, на которой сидели алкаши. Около головы девочки появилась надпись: «Папа, перестань пить!» Потом девочка начала быстро расти, меняться, превратилась в женщину, тоже села на лавку и достала бутыль. На сей раз героем оказался мужчина в зеленом с большой желтой буквой «П» на груди. Он разбил картинку кулаком – «Нет!» Мужчина забрал ставшую снова маленькой девочку от отца-алкаша и привел ее в новую школу. Там красивые и ухоженные дети сразу приняли девочку в свой круг, они все выросли и стали кто конструктором, кто ученым, а девочка выучилась на соцработника и уже сама надела форму Попечительского Совета. Мультик закончился словами: «Какое будущее выберешь ты?»
Лиза подумала, что прекрасно обошлась бы и своим будущим. Таким, каким она его видела. В институте вместе с Ирой и Сашкой, потом, на работе в отделении с мамой. Это Ира была всем недовольна, грезила о хирургии, а Лизу устраивали и женские специальности. Сашка стал бы рентгенологом, как мечтал: они зарабатывали больше. И Лиза смогла бы спокойно сидеть в декрете с ребенком, не опасаясь, что их доход упадет до предела разобщения. Конечно, в институте она могла встретить и другого парня, но Сашка был надежным, да и родители с удовольствием подписали бы их ходатайство для разрешения на брак. Папа не раз на это намекал, заставляя Лизу краснеть.
А теперь Лиза как раз не выбирала будущее. Вопреки словам крутого мужика из мультика. Экран моргнул черным и переключился на исторический ролик о временах эпидемии. Показывали КПП на границе, через которые ходили толпы людей и тащили внутрь страны бациллы.
– Ты чего здесь? – спросила Катя, Лиза даже не заметила, как она пришла.
– Только вышла с нравмора, – Лиза закатила глаза.
– Нифига себе, у тебя его так много?
– Да, по мнению «Печки» мои мораль и нравственность переживают не лучшие времена.
Катя хихикнула, Лиза приободрилась.
– А ты чего так поздно заканчиваешь? Тамара Михайловна терзает?
– Нет, у меня по понедельникам волейбол. А ты на секции не ходишь?
– Мне пока нельзя, – ответила Лиза, – кодов на спорт не дали, видимо, адаптация, все дела.
– Ой, ну, – Катя замялась, было видно, что ей неловко. Лиза глянула на часы. У нее оставалось от силы пять минут.
– Пойдем? – предложила она.
– Меня девочки ждут на улице, – ответила Катя.
– Думаешь, они меня съедят? Или я их? – нервно засмеялась Лиза. Экран снова показывал, как дочка алкашей идет в новую школу и находит там друзей.
– Наверное, никто никого не съест, – улыбнулась Катя, – ладно, пойдем, познакомлю.
Катины подруги восприняли Лизу настороженно. Не стали ни о чем спрашивать и практически не обращали на нее внимания. Девчонки болтали о своем, пока шли вдоль стадиона до перекрестка.
– Марина выйдет на замену, если Вика так и не поправится.
– Маринка? Она подает слабо, через раз не добивает.
– Зато под сеткой стоит хорошо. А кто лучше? Кристина? Она каждую подачу фигарит в аут.
– Будем надеяться, что Вика выйдет все-таки.
– Не факт, у нее сильный грипп. Родители даже штраф схватили.
– Да ты что? Фигово. Ну, в любом случае, кто заменит, не мы будем решать, а Елена Николавна.
– Давайте обсудим кое-что более важное! Вам выделили бабло на «Родные просторы»?
– Что такое «Родные просторы»? – спросила Лиза у Кати.
– Это кинотеатр, там кафе и большой магазин со шмотками. Мы поедем на соревнования в Щедрино, девчонки хотят закупиться.
– А ты? Будешь покупать что-нибудь?
– Конечно! Я хочу присмотреть себе платье для дня рождения.
Лизе было приятно слушать разговоры девчонок. О шмотках, о соревнованиях, о предстоящей поездке, о новых фильмах. Хотя это мало было похоже на трескотню подруг в ее прежней школе, там по полгода копили на новые джинсы, чаще перешивали старые. Но, зато, никаких кодов, психологов, нравмора и бывших. Приятно было слышать, что родителей спокойно называют «мама» и «папа».
Димка плелся позади, на довольно приличном расстоянии. Лиза чувствовала вину за то, что не пошла с ним, хоть он и ждал ее во дворе школы. У светофора девушки попрощались и разошлись. Лиза тоже получила в свой адрес несколько настороженных «пока» и одно «до завтра» от Кати.
Теперь Лиза приканчивала завтрак едва не быстрее Ольги – торопилась в школу, чтобы точно не разминуться с Катей. Они встречались в раздевалке и вместе шли на второй этаж, где ждали девчонки. Лиза уже практически не путала их имена. Полноватая, низенькая, с длинной темно-русой косой – Варя, она, единственная, не входила в волейбольную команду и частенько была недовольна всем подряд. Таня – суровая, в очках, с резким громким голосом, самая высокая и, казалось, самая старшая, любила командовать. Мечтательная молчаливая Маша не выпускала из рук телефон, почти как Ева. Белобрысая Алена была самой веселой. А Катя – меланхоличной. Рядом с ней, пускавшей слезу по поводу и без, Лиза казалась себе такой сдержанной, взрослой, видавшей вещи и похуже. Лизу не раздражало Катино нытье, хотя ее проблемы, в целом, не стоили и выеденного яйца. Наоборот, Лиза покровительственно сочувствовала Кате и думала, окажись Катя на ее, Лизином, месте, то точно бы не выдержала.
Страха перед Тамарой Михайловной стало меньше. Сидя на желеобразном диванчике, Лиза возбужденно пересказывала разговоры девчонок из волейбольной команды. Она старалась не обращать внимания на стойкий запах валокордина, пропитавший кабинет, и на гигантский портрет Емельянова.
Лиза самозабвенно трещала про «Родные просторы» и сетовала, что Маринка слабо подает, а Тамара Михайловна пыталась переключить Лизу на разговор о новых родителях:
– Пока не познакомилась с папой? – спросила Тамара Михайловна.
Лиза поняла, что речь про Антона Викторовича, но, вопреки воле, вспомнила своего папу: от него тоже периодически пахло сигаретами, особенно когда он возвращался из гаража или после тяжелых суток в больнице. Лиза знала – запах табака по утрам означает, что ее ждет новая история о сложной операции или редком случае: информация, не соответствующая ее возрасту. Мама иногда ругалась на папу за то, что он пересказывает все в подробностях, но тот только отвечал: «ей же работать, пусть знает». Папа никогда не заставлял маму наряжаться перед его приходом, от папы никогда не пахло парфюмом, не веяло страхом и нервозностью. Наоборот, – надежностью, спокойствием.
– Нет, он приезжал на выходных, но я не.. Я делала уроки, – ответила Лиза.
– Антон Викторович очень занят, принимает новую школу в Покровском, – Тамара Михайловна принялась крутить в руках карандаш.
– Я знаю, – ответила Лиза, – Ева говорила.
– Ева? – глаза Тамары Михайловны снова предприняли попытку выкатиться с лица.
– Мама, – поправилась Лиза и почувствовала как все жилы на шее напряглись, – просто у нее такое красивое имя. Мне нравится его произносить.
Тамара посмотрела на Лизу с долей сомнения и сделала запись в блокноте.
– Ты его боишься?
– Кого? Папу? – не сразу поняла Лиза, – нет, с чего вдруг. Вовсе нет. Глупо было бы его бояться, раз Попечительский Совет доверил меня ему, значит он – хороший.
Лиза подумала, что Ольга могла бы гордиться ей – ответ вышел как по учебнику.
– Ты сейчас пытаешься убедить в этом меня или саму себя? – Тамара наклонила голову, – ты можешь рассказать мне все, что тебя беспокоит, Лиза. Я помогу тебе справиться с этим.
Лиза подумала, что знает, как Тамара Михайловна поможет ей справиться – таблетками. Страх перед новым превращением в сонного зомби был настолько силен, что у Лизы зашумело в ушах. Она не знала, как лучше поступить – отрицать все или соврать. Получится ли убедительно?
– Я не боюсь, просто волнуюсь, вдруг не понравлюсь ему. Скажу какую-нибудь глупость.
– Антон Викторович много лет работает с детьми, Лизочка, кроме того, он воспитал твоего брата и сестру. Ты его ничем не удивишь. Вместе с ним мы сможем решить любые проблемы твоей адаптации.
Для Лизы это означало одно – Антон Викторович настучит Тамаре Михайловне сразу же, стоит Лизе сделать что-то не так.
– У меня все хорошо с адаптацией, – ответила Лиза. Лицо Тамары Михайловны превратилось в одни глаза и Лиза осознала – снова облажалась.