Лунэль – Магия для двоих (СИ) (страница 37)

— Это я знаю, — согласился с ним Деймон. — У меня тоже была птица, правда ворон…

— Ворон? У Эдмунда тоже был когда-то ворон, черный, — задумался Элайджа.

— Ты второй первородный который мне про это говорит, сначала была твоя сестра.

— Лишь шаманы местного племени индейцев могли создавать связь с животными, птицы являлись высшим мастерством, Эдмунда выбрал ворон, а потом и орел. Орел наивысшая степень мастерства. Белоголовый орлан в почете у любого племени, птица чуть ли не бог и олицетворят собой связь с духами, — ударился в рассказ Элайджа. — У племени так же был магический ритуал связывающий душу с животным, только после смерти хозяина животное умирало. Ритуал нужно было поддерживать, иначе союзник-животное могло умереть раньше хозяина. Так что получается, орел теоретически тот самый. И теоретически ворон тоже мог остаться при нем.

— Я знаю про ритуал, Эд научил, чтобы ворон не умирал, — нахмурился Деймон, не нравилось ему это. — Так что возможно, орел старше меня. Сколько помню Эда, у него всегда была эта птица.

Птица распушилась: да-да мы старые прохвосты, символ Америки и вообще можно только любить и жаловать.

Сомнения прокрались в душу Деймона, ворон был его, он не сомневался, но реакция Эдмунда на смерть птицы была странной и слишком бурной, к тому же ворона при нем он никогда не видел, но вот уже второй знакомый Эда из прошлой жизни говорит ему о еще одной птице брата оригинала двойников. Что ж копаться в этом он не намерен, нужно расспросить самого Эда, может ли быть черный ворон, той самой птицей и почему довольно эгоистичный первородный пожертвовал собой ради него?

— Элайджа, а можно ли поинтересоваться, — первородный кивнул, — что может хранить Клаус в не открывающимся гробу?

Элайджа задумался, вся их семья в сборе, так что он не имел ни малейшего понятия, какие секреты могут быть еще у его гибридного брата.

— Я без понятия, — покачал он головой.

— Бонни считает, то, что находится там, может его уничтожить.

Первородный нахмурился, смелости бросить вызов гибриду хватит лишь у безумцев вроде Сальваторе, либо у семьи. Но ведь вся она в сборе, других нет.

Бонни Беннет использовала мощное древнее заклинание, и что-то щелкнуло, ведьмочка подошла к гробу. Девушке неожиданно стало страшно, она одна в этой пещере, в окружении свечек. Трясущейся рукой она дотронулась до крышки и та немного поддалась. Мисс Беннет тут же отошла, нужно позвонить и сообщить что, кажется, она нашла заклинание, которое откроет этот гроб. Но только она сделала шаг, как свечи неожиданно вспыхнули, пламя достигало свод пещеры, стены затряслись и крышка гроба резко открылась. Бонни обернулась и закричала.

Глава 21

Большое семейство собралось за обеденным столом в столовой, заботливый глава семьи проявил чудеса кулинарии и приготовил: омлет, яичный салат «Ассорти из хищников» с соусом, жареного орленка и яйца фаршированные чем под руку попалось. Майкл гордился приготовленными блюдами и жалел, что однажды решил посвятить себя охоте на вампиров. Он был уверен, что в нем умер великий повар.

— Я, пожалуй, сегодня не голодна, — Ребекка уже видеть эти яйца не могла. Ей было жалко не вылупившихся птенчиков и она подумывала вступить в Гринпис или еще какую организацию по защите природы.

Клаус в этом вопросе тоже поддержал сестру, кушать орлят, как-то не в его правилах.

— Ешь, сказал, — дал ему подзатыльник отец семейства, — вон посмотри на брата, какой у него здоровый аппетит! — указал на Финна, Майкл.

— Да ему хоть сапог резиновый дай, он и его сожрет, — буркнул Клаус, зря он рот открыл, Майкл ему тут же запихнул туда фаршированное яйцо, пришлось жевать.

Кол засмеялся, папаня с ручки кормит страшного Клауса.

— Так и тебе вот, — Кол чуть не подавился, когда «кляп» яичный оказался и в его рту. — Кушайте детки. Ребекка?

— Я на диете, — прикрыв рот, проговорила Барби-Клаус.

— Не обижай папку! — стукнул Майкл. — Я тут, понимаешь ли, надрываюсь, чтобы вас, окаянных, прокормить, а вы не едите, что дают. Кушай, Финн, к тебе это не относится, — погладил он старшего сыночка по голове.

— Надрываешься ты, ища кол, а это — истребление популяции ни в чем не повинных птиц! — отпила из бокала алую жидкость Ребекка и тут же подавилась. — Что за гадость!?

— С сегодняшнего дня, дети, вы переходите на здоровую диету, — объявил Майкл. — Теперь вы будете пить только кровь вампиров.

— Мама, роди меня обратно! — взвыл Клаус.

— Тебе вообще священное слово мать не положено употреблять в предложениях, — запихнул теперь вилку с омлетом бедному гибриду в рот новоиспеченный первородный-повар.

— Ага, — кивнул Кол, он только при отце такой паинька, — лишил матери, сволочь! Сироткой сделал!

— Ой, заткнись, Кол! — кинул в него фаршированным яйцом гибрид.

— Так, а ну не кидаться едой! — пригрозил тысячелетнему пасынку Майкл.

— А можно я в него нож кину? — спросил разрешение Кол.

— Конечно можно, только не промахнись, — одобрил Майкл затею своего младшего сына.

Клаус перехватил кинутый в него острый предмет и послал обратно Колу, парень увернулся, и ножик со звоном упал на пол.

— К гостям, — вздохнула Ребекка.

«Мы когда-нибудь будем нормальной семьей?» — мысленно подумала первородная.

— Эх, жалко Элайджа ушел, он бы по достоинству оценил мои кулинарные шедевры.

— Он просто из вежливости не послал бы тебя, — фыркнул Клаус.

— Думаю, нужно открыть собственный ресторан, — пропустил слова мимо ушей Майкл.

— Он что — на солнце перегрелся? — гибрид обеспокоился душевным состоянием Майкла.

— Черт, вспомнил! — вскочил Майкл, как он мог забыть про пирог созданный из какого-то белого порошка, все тех же яиц и пика его карьеры — попавшегося под руку ястреба.

Как только он скрылся в недрах кухни, Кол ударился головой об стол, Ребекка вылила содержимое бокала в камин, а Клаус быстренько достал из-под стола бутылку и, сделав глоток, передал ее младшему брату, а тот почти ее прикончив, отдал остатки Ребекке. Финн же продолжал жадно поедать все, что под руку попадется. Дети ждали папу с очередной порцией отравы, хорошо, что вампиры, а то бы уже давно на скорой увезли.

Отворилась входная дверь в дом, все решили, что это Элайджа, поэтому не пошли смотреть, кого занесло в особняк Клауса, где главенствовал Майкл. Если бы не подавившийся Финн, братья и сестра не повернули бы головы, а так как Финн профессионально изобразил шок и даже немного побледнел, то первородные проследили за его выпученным взглядом.

Кол предпочел сразу упасть со стула, потянув за собой скатерть и все содержимое стола, Ребекка медленно то открывала, то закрывала рот, а Клаус подскочил и с немым звуком попытался издать крик отчаянья.

— А вот и пирог, — вернулся Майкл и выронил поднос, — Эстер? — округлились глаза вдовца, уже бывшего. Случилось страшное — жена вернулась с того света или он все же переборщил с травами?

На собравшихся смотрела дама в средневековом наряде, глаза чуть-чуть прищурены, ощущение было, что она как рентген — смотрит сквозь оболочку, пытаясь промыть косточки каждому.

— Мама! — наконец выдавила самая блондинистая голова семьи.

Восставшая из мертвых проигнорировала мужа, Ребекку, Кола и Финна. Мать первородного семейства прошла сразу к гибридному сыну, который отводил взгляд и пускал слезу.

— Посмотри на меня! — строго и одновременно высокомерно произнесла Эстер, заставляя Клауса взглянуть матери в глаза. — Ты знаешь, зачем я здесь?

— Чтобы убить меня, — покорно и с болью в голосе произнес Клаус.

— Никлаус, ты мой сын! И я здесь, чтобы простить тебя, — прыгать бы до потолка от такого счастья, только вот что-то не хотелось. Эстер развернулась ко всем. — Я хочу, чтобы мы снова стали семьей, — произнесла ведьма.

Неудивительно, что Клаус выбрал Тихое озеро в качестве мест для уединений, даже спустя тысячу лет тут практически ничего не изменилось. Все та же девственная природа, нарушаемая лишь криками чаек, которые собрались у озера и спокойно кормились.

Элайджа вызвался проводником к пещере, на которую указала Ребекка, но немного пожалел, что был одет не подобающе для лесных прогулок.

— Как тут красиво, — Елена увязалась за вампирами, боясь, что Деймон с Элайджей могут натворить глупостей. Точнее Деймон, Элайджа слишком разумен для таких вещей. Четвертым в отряде был орел, который радовался как маленький птенчик и даже ухитрился словить по дороге крысу или что-то подобное.

— Помню в детстве, мы ходили сюда на рыбалку, — вспомнилось Элайдже.

— Это в те времена, когда ты с динозавриками травку щипал? — не удержался Деймон, за что получил подзатыльник от Елены.

— Тут раньше были валуны, думаю, я смогу продемонстрировать тебе, каково быть под ними, Деймон, — вскинув голову, проговорил Элайджа.

Взбираясь на холм, орел Эдмунда стал немного возбужденным и начал издавать различные звуки, подгоняя своих спутников. Птица чувствовала своего хозяина. Прыгая по травке, он взмахивал здоровым крылом, пытаясь взлететь.

— Что это с ним? — покосилась на птицу Елена.

— Свежий воздух в птичьи мозги ударил, — усмехнулся он. — Мы на верном пути, Эд рядом, вот он и радуется, — дал более правильный ответ Деймон, после того как мисс Гилберт посмотрела на него с укором.

— Так, а вот и пещера, — указал на заросли Элайджа.