Лука Каримова – Кружева от госпожи Феи (СИ) (страница 31)

Титания нахмурилась и сложила руки на груди:

— Снимать чары не буду.

Гостья рассмеялась:

— И не надо, наоборот, закончи заклинание, я тебе и личную вещь принесла, — она опустилась к валяющемуся на полу платью, и порылась в его складках, выудив из кармана маленькую вещицу, отдав Титании.

В своей руке, фея держала обычный брелок: на цепочке от кольца висела железная балерина в бирюзовой пачке и голубых балетных тапочках.

— Ты что же… из моего мира? — с сомнением спросила Титания, не веря в происходящее.

— Только дошло что ли? — гостья подобрала наряд, и, повесив на спинке стула, принялась хозяйничать, как это в свое время делал Мертен. — У тебя случайно нет шерстяных носков? Цистита мне еще не хватало!

Через несколько минут, гостья была одета в свободные потертые джинсы, носки с изображениями оленей и спортивную кофту с капюшоном. Черные волосы она собрала в пучок.

Девушки сидели за столом, пили кофе, Пак устроился на коленях гостьи и терся мордой о ее руку. Ричард и сэр Томас лежали у них в ногах.

— Ну… с чего начать, — девушка отпила кофе и откусила кусочек от мятного пряника. — Зовут меня Лия Метлицкая, я бывшая балерина, и до конкурса невест жила в Питере.

— Титания Спицына, швея. Живу в Москве, а сюда приехала отдохнуть, — они пожали друг другу руки, и Пак недовольно мяукнул, стоило девушке под ним зашевелиться.

— Обожаю котов, — она улыбнулась и погладила пушистое брюхо Пака. — У нас с бабушкой раньше было двое, звали Мавка и Брусника.

— Где же они сейчас, если ты тусишь в Лилехейме?

Лия тяжело вздохнула:

— Пришлось отдать друзьям. Но ничего, им там лучше — загородный дом, есть где побегать, с кем поиграть, у друзей двое детей.

— А я своих никому не отдам, они у меня появились каждый в свое время. Пака мама подарила, она сейчас в Ирландии живет, а бабушка путешествует.

— Везет тебе… — она тяжело вздохнула, и ее глаза увлажнились. Шмыгнув носом, девушка сжала ее руку. — Извини, что нагрянула к тебе, как снег на голову, испугала. Представляю, каково бы было мне, если бы в гости заявилась не пойми какая девица.

Титания подала ей сухую салфетку и бросила взгляд на лежащий рядом с чашкой брелок.

— Лучше расскажи, что приключилось, раз тебе приспичило, чтобы я закончила заклинание. Его можно проводить только в полнолуние, а до него еще долго…

— Все это незначительные условности! — отмахнулась Лия. — Моя бабушка рассказывала и показывала, что главные ингредиенты этого заклинания — кровь и волосы. С ними чары входят в плоть, а личная вещь их просто усиливает, но и без этого заклинание будет действовать. Ты же сама видела, — она похлопала себя по руке, где под кофтой были узоры. — Я их увидела, как только надела твое платье, но мне, как фее, положено видеть, чай не вчера родилась. Я смекнула, чьих это рук дело и сначала подумала, что меня рассекретили, испугалась, а когда увидела все то же на других участницах — успокоилась.

— Как ты вообще попала в Лилехейм? — Титания захрустела бубликом.

— Помогла старая королева, бабушка Арнкела.

— Чего?! — у Титании разве что глаза на лоб не полезли. — С чего бы это ей устраивать твою судьбу? Мне о ней Мертен вроде ничего такого не рассказывал. Она тебя тоже нашла с помощью флейты и принудила к чему-то?

— Она не принуждала, — Лия улыбнулась. — Я сама решила поучаствовать, думала… может, что-нибудь из этого выйдет… и Арнкел мне приглянулся… — она смущенно опустила взгляд.

— Я его не видела, но если он такой же смазливый, как Ириан, то…

— Нет, что ты! — Лия засмеялась. — По Ириану сохнет Еления. Что до Беаты — это старая королева, она знала меня с детства. Меня, мою непутевую мать-кукушку и бабушку. С бабушкой они были подругами.

Титания приготовилась слушать. Она никогда не встречала другую фею, а тут еще и из своего же мира. Почти соседку.

— Когда начался этот кошмар в Лилехейме, прабабушка работала во дворце лекарем, ее дочери — моей бабушке, было, кажется, четыре или пять лет. Мать Беаты — королева, их спасла, спрятала в катакомбах и через них вывела среди ночи в безопасное место к порталу. Так они и оказалась в Питере. С собой у них был мешок с вещами и лекарская сумка. Королева отдала ей полную драгоценностей шкатулку, и прабабушка быстренько задвинула парочку браслетов в ломбард. Сняли небольшую квартирку у одной тетки, которая не требовала ни документов, ничего другого, и зажили. Бумажки-то потом уже сделали…

— Как прабабушку и бабушку с мамой зовут?

— Прабабушку Алтея Иннокентьевна, бабушку Липа, — она улыбнулась. — Она терпеть не могла свое имя, потом, а когда закончила школу, сменила имя на Стеллу. Алтея же устроилась работать в поликлинику, получала немного, на жизнь едва хватало, и она дополнительно подрабатывала сиделкой. Там-то и платили больше, а наработав клиентскую базу, из поликлиники она уволилась.

— У меня прабабушку звали Камелия, она работала вышивальщицей. Пряла с помощью магии и прялки, прямо в этом доме.

Лия осмотрелась и одобрительно кивнула, продолжив свой рассказ:

— Потом прабабушка умерла, хотя прожила по человеческим летам почти до ста лет. Бабушка к тому времени родила дочь — мою маму — Веронику, развелась с первым мужем, мы жили в трешке в центральном районе. Жили хорошо, прабабушка накопила и приобрела эту квартиру, а потом мама… загуляла и принесла меня в подоле, да как принесла, так и упорхнула. Сейчас живет заграницей, где-то на море в Испании со своим третьим мужем и горя не знает. Меня бабушка воспитала одна. Я отучилась, пошла работать в театр балериной… — она погладила брелок, и Пак спрыгнул с ее колен, потрусив к миске с кормом. — А потом… закрутилось, и посыпались на меня одни сплошные несчастья. Тогда-то в нашу жизнь и вернулась Беата. Пришла в квартиру в меховой шубе, драгоценностях, похожая на генеральскую жену, только взгляд не надменный, а очень добрый, даже жалостливый. Особенно когда увидела, что бабушка прикована к кровати. Старость, ноги стали плохо работать, она еще и бедро сломала. Я танцевала, подрабатывала хореографом, чтобы денег хватало на сиделку и лекарства, себе ничего лишнего купить не могла, да и зачем… Для кого прихорашиваться, когда вокруг одни козлы!

— И что же Беата? — участливо спросила Титания, подлив ей в чашку еще кофе.

— Предложила помощь, но не за просто так. В общем, она оплачивает уход за бабушкой, берет все расходы на себя, ведь от двух фей вдовствующая королева не обеднеет. Я же, в свою очередь, соглашусь и приму участие в конкурсе невест для ее внука-короля.

— И что же…

— Ничего, — она отпила кофе и скривилась, но не от вкуса, а воспоминаний. — На репетиции концерта, какая-то сука подложила мне в пуанты иголки, да так ловко, что я их почувствовала чуть погодя, но было поздно — сломала ногу — открытый перелом, и прощай успешная карьера, а с ней и главная роль с гонораром. Превратилась я в настоящего умирающего лебедя, — она поставила ногу на стул и, потянув штанину, открыла Титании длинный шрам от колена. — Вот так вот… поэтому на роль участницы я решилась быстро, бабушку оставила с сиделкой, котов отдала друзьям и, как была, налегке, телепортировалась вместе с Беатой в ее мир. Там она меня естественно никому не показывала, надела амулет с иллюзией до конкурса, чтобы все видели во мне внешность другого человека, и учила как стать леди. Она предупреждала насчет пакостей соперниц, говорила быть осторожной, жаль, что это не помогло Лете…

— А что с леди Летой? Такой пышечкой…

— Да, пышногрудая, прямо дочь молочника. Пышет здоровьем… Упала с коня, да так, что удивительно, как шею себе не свернула: открытый перелом ключицы и закрытый руки. Естественно, что конкурс она не выиграла, и мне бы радоваться, да на чужом несчастье — счастья не построишь. Я для себя решила — если выиграю, то хорошо, а нет, так… пересплю с Арнкелом, и вернусь в свой мир, — выпалила она. — Зато буду знать, что встретила в своей жизни настоящего короля, хоть одного порядочного мужика, а не этих… альфонсов.

— Знаешь? Думаю, что кофе нам тут не помощник… — Титания убрала все со стола, организовала нарезку, две бутылки вина и зажгла свечи для атмосферы.

— Вот это я понимаю! — одобрила Лия, откупорив первую бутылку. — Во дворце целыми днями то учеба, то интриги, расслабиться невозможно, так устала… — пожаловалась она. — Если бы не дала Беате обещания пройти конкурс до конца, то давно бы свалила, — они чокнулись и выпили.

— Думаешь, неспроста Лета с коня упала? — спросила Титания, жуя кусочек сыра.

— Да стопудово! Она с детства в седле, добрая и отзывчивая девушка. Слова злого никому не сказала. Она бы и выиграла конкурс по верховой езде, а не клуша Селения.

— Рыжая такая?

— Да! Актриса еще та, — Лия закатила глаза. — Знатная истеричка, при Арнкеле она-то старается сдерживаться, вся такая леди-ледей, а на деле, общается с другими, будто мы грязь под ее ногами. Даже Дэмона так себя не ведет, а ведь она принцесса.

— Да ладно? Чего же тогда они сразу с королем свадьбу не сыграют?

— Это только в учебниках по истории короли обязаны жениться на принцессе, заключить мир с соседним государством и прочее. Арнкел не такой, — она покачала головой и отпила еще. — Дэмона хоть и высокомерная, но не строит из себя не пойми кого. Удивительно, но они с Летой дружат, хотя об этом мало кто знает.