Лука Каримова – Драконья ставка (страница 1)
Лука Каримова
Драконья ставка
Глава 1. Курицы, кредиты и похотливый лорд
Королевство Мóрланд славилось не только своими ведьмами, но и драконами.
В особенности одним, что обосновался в деревне Хáмлет-Мáрш, названной в честь короля Хамлета, который, будучи принцем, освободил деревню от уплаты налогов. Однако жители все равно посылали ему дары, получая доход с ежегодных ярмарок и ведьмовских состязаний, в которых могли принять участие и обычные люди, но почему-то не хотели.
Приемная господина ростовщика Зи́гфрида Дрáго была единственным местом на всю округу и ближайший крупный город Птит Трувé, где жители могли получить деньги в долг. Одним – под беспроцентный кредит, другим наоборот, хрустящие купюры или же звонкие монеты выдавались под такие высокие проценты, которые не выплатят даже их праправнуки, обремененные долгом как фамильным проклятием.
Условия для каждого придумывал Зигфрид, обладая драконьим чутьем на лжецов и других недобропорядочных людишек.
В Хамлет-Марш Зигфрид появился после несчастного случая с одним из придворных рыцарей короля Хамлета.
Безумный вояка вознамерился посягнуть на жилище дракона, когда тот спал крепким сном в своей уютной пещере под горой Монблáк, задавая такой храп, что с потолка осыпались алмазные сталактиты. Вторгшийся без приглашения визитер был мгновенно отправлен в ближайшее озеро с подпаленными ягодицами, шлемом, скрученным в бараний рог, и письменной кляузой королю на беспардонных мужланов, посмевших вторгнуться на частную территорию и потревожить покой.
Рыцаря лишили регалий, звания и, дав хорошего пинка, послали за гору охранять женскую обитель от посягательств всяких развратников (девы были несказанно счастливы такому соседству, ибо пламенный взор рыцаря отныне был направлен сугубо на вышивание крестиком).
Господину Драго была предложена компенсация в виде особнячка в деревне с табличкой «Дракона не беспокоить». Все же приятнее спать на широкой постели с мягкой периной, нежели на каменном ложе в пещере, куда может забрести всякий дуралей.
Обдумав все как следует, Зигфрид долго не отвечал королю, но затем прислал записку с согласием, расписав, что именно должно быть в его новом жилище: «низких потолков не потерплю, жалкой печурки тоже (мне подавай камин, в который можно залезть целиком), а мебель – исключительно дубовая, ибо сосна трещит и пахнет бедностью». Все это мгновенно предоставили потерпевшей стороне, Хамлет предпочел разориться на мебель, чем иметь в Морланде злого дракона.
По соседству оказался и домик ведьмы – госпожи Кáрги Глюк, с которой Драго мгновенно подружился, ведь старуха варила отменный огненный напиток, не дающий в зимнюю пору впасть в спячку.
Однако не прошло и двух недель, как Зигфрид порыкивал от безделья и поджигал опавшие холмики листвы у соседей (те были только рады). И если в пещере он проводил часы и дни за подсчетом своих запасов золота либо спал, то что прикажешь делать в деревне? Плевать в пролетающих уток огоньком и продавать их в местную таверну: с пылу с жару?
В облике дракона передвигаться по узким улочкам было ну совсем не с руки, и пришлось вернуться к человеческому облику. Процесс был не столько мучительным, сколько непривычным: хруст костей, чешуя, втягивающаяся под кожу, и хвост, сливающийся с копчиком.
Одолжив у госпожи Карги мужскую одежду (попахивающую созданием Тьмы) и затянув на поясе кошель с монетками, Драго отправился по делам.
Он побывал у цирюльника, который привел его волосы, напоминающие воронье гнездо, в гриву чистых, вьющихся черных волос. А бороду, доходящую до земли (ей можно было обмотаться не хуже чем шарфом зимой) превратил в гладко выбритый подбородок, «очень мужественный», как уверял цирюльник. Затем, окутанный ароматом цветочных масел, Драго зашел к кузнецу, и с помощью напильника да щипцов его загнутые когти на руках и ногах стали как у настоящего аристократа. Последним был портной, быстро подогнавший уже готовый костюм под широкие мужские плечи и длинные прямые ноги. А чтобы посетитель не ушел босым, на помощь пришел сосед обувщик, с трудом веривший, что этот величавый господин до сих пор ходил босиком по камням.
Так, обговорив пошив новой одежды и изготовление подходящей обуви, Драго вернулся в свой дом опрятным и ухоженным мужчиной. И пока он бродил по деревне, наблюдая за жителями, до него дошла простая мысль: в Хамлет-Марш нет ни одного заведения, где бы людям ссужали деньги в долг. Его драконье сердце затрепетало от восторга, смешанного с ужасом при мысли, что придется расставаться с золотом. Но разве это не прекрасный повод его приумножить?
Осмотрев гостиную с широким окном, которое легко можно было изменить на витрину, а дубовую дверь – украсить вывеской «Зигфрид Драго. Ростовщические услуги», дракон взялся за дело. И как ни жалко ему было расставаться со своими сокровищами, но приходилось сначала вложиться в будущее дело, найти помощника, счетовода. Больше сотрудников его «бюджет» не выдержит. Безусловно, это было не так, ведь у Зигфрида хранилось под полом столько золота и драгоценных камней, что хватило бы на несколько жизней вперед. Но, как известно всем жителям Морланда, самыми большими скрягами всегда были и есть драконы. А уж Зигфрид Драго был их эталоном.
Первый этаж, он заставил стеллажами, доверху забитыми свитками, гроссбухами и шкатулками с хитроумными замками. На полках стояли склянки с пылью разных сортов – «Пыль с золотых монет, 1-й сорт», «Пыль с изумрудных огранок, эконом-класс» и, заботливо подписанная Зигфридом, «Смешанная. Не выбрасывать!».
В самом темном углу, у камина, который никогда не разжигался, ибо сам дракон не мерз, он поставил раздобытый у соседей за сущую мелочь стол и скрипучий стул с соломенным сиденьем, к которым ему всучили горшок с картофелем. Драго оставил его на сиденье стула и время от времени поливал, как обычное комнатное растение, даже не заметив, как то успело прорости сквозь стул.
Небольшую гостевую комнату он переделал под личный кабинет для приема визитеров, а второй этаж оставил для отдыха, где то и дело под подушкой находил либо целое золотое яйцо, либо разбитое, зато с россыпью жемчуга или драгоценных камней.
Птицу, как и изъеденный, но по-прежнему дорогой ковер, принесла с собой новая помощница Драго – принцесса Мария-Мирабéла. Слишком длинное имя девушка сократила до Мирабелы. Бабéнка же была ее приданным, а отец – должником Зигфрида.
На вид обычная несушка с белым воротничком и рюшами-панталончиками на ножках, с коричневой рубашонкой из перьев оказалась ходячей сокровищницей на двух лапах. На посетителей лавки она смотрела с недоверчивым прищуром, не хуже чем у самого дракона.
Самой Мирабеле по возрасту полагалось было бы сидеть в каком-нибудь захудалом замке с тройней на руках и дожидаться своего принца на белом коне из нелепых и безумных походов. Но когда дело коснулось женитьбы, она уже познакомилась с Зигфридом и отказалась от предложенных папашей-королем женихов.
Вместе с ковром, курицей под мышкой, похожей на дамскую сумочку, Мирабела принялась за обустройство своего рабочего места.
Изящное бюро орехового дерева с потайными ящичками, один из которых намертво заклинило после попытки Драго проверить, не несет ли Бабенка и туда яйца.
Рядом с перьевой ручкой, воткнутой в чернильницу в виде крошечного дракончика, лежала ракушка с морского побережья, служившая пресс-папье для вороха счетов, а возле нее стояла изящная пепельница из синего стекла. В корзинке недовязанный носок, а из-под мотков пряжи виднелась зачитанная до дыр книга «Основы финансовой грамотности».
На стене висел гобелен с изображением пейзажа ее родного Свиного двора, вытканный матерью.
Мирабела не только выторговала свою свободу, погасив долг отца своим приданым, но и договорилась с драконом о собственном комнате на втором этаже. Маленькой, зато своей.
***
Госпожа Карга Глюк стояла на улице, сложив руки под грудью, поддерживаемой поясом-корсетом и скрытой мешковатым свитером. Не то чтобы у Карги были объемные формы, вовсе нет, в свое время Бес сравнивал их со спелыми наливными яблочками; да и талия «рюмочка» также не являлась результатом ношения определенной детали женского гардероба. В ее возрасте дамы уже не мучились мыслями об идеальной фигуре, их беспокоили прострелы в пояснице от сквозняков, и именно поэтому они носили пояса из лучшей овечьей шерсти, которая согревала спину и вместе с тем не позволяла вспотеть.
Простые люди считают ведьм дочерями Вельзевула1, любовницами демонов, бесов и прочих жителей Тьмы, однако это не так. Разве что дамы с особенным даром отличаются долголетием. Карга относила себя ко вторым, ей нравилось притворяться старой больной женщиной, это так удобно. Особенно когда прогуливаешься по рынку и корзинка с покупками становится тяжелой, а личного пажа нет рядом. Тогда в Карге просыпалась актриса: она тяжко вздыхала и, повысив голос, причитала: «Ах, нашелся бы добрый юноша, согласившийся донести мои покупки до скромной хижины. Мои старые кости, моя спина! Ох-ох-ох!»
Ведьма – а иной профессии у госпожи Глюк не было отродясь – любовалась своим каменным двухэтажным домиком. Блоки были уложены в определенном порядке, и дом напоминал неправильно собранную мозаику. И это не было случайностью, ибо все обиталище, от и до, Карга строила вместе со своим помощником, он же паж, он же Бес (самый натуральный демон из Чертогов Тьмы).