Луиза Олкотт – Маленькие женщины. Хорошие жены (страница 54)

Увидев, что обычно кроткая Мэг была возмущена, а её гордость была задета этой озорной шуткой, миссис Марч успокоила её обещаниями хранить полное молчание и соблюдать большую осторожность в будущем. Как только в коридоре послышались шаги Лори, Мэг убежала в кабинет, и миссис Марч осталась одна. Джо не сказала ему, зачем его позвали, боясь, что он не придёт, но он всё понял в ту же минуту, как увидел лицо миссис Марч, и стоял, вертя в руках шляпу с виноватым видом, который сразу же его выдал. Джо отпустили, но она предпочла расхаживать взад и вперёд по коридору, как часовой, опасаясь, что их пленник сбежит. Голоса в гостиной то усиливались, то стихали в течение получаса, но что именно происходило во время этого разговора, девочки так и не узнали.

Когда их снова позвали в комнату, Лори стоял рядом с матерью с таким раскаянием на лице, что Джо тут же простила его, но сочла неуместным показывать это. Мэг приняла его смиренное раскаяние и была очень утешена тем, что Брук ничего не узнал об этой шутке.

– Я никогда не скажу ему об этом до самой смерти, даже дикие лошади не вырвут этого из меня, так что, если ты простишь меня, Мэг, я сделаю всё, чтобы показать, как искренне я сожалею о содеянном, – добавил он, выглядя очень пристыженным.

– Я постараюсь, но это было очень непорядочно, я не думала, что ты можешь быть таким хитрым и злым, Лори, – ответила Мэг, пытаясь скрыть своё девичье смущение за серьёзным укоризненным видом.

– Это было совершенно отвратительно, и я заслуживаю того, чтобы ты со мной не разговаривала целый месяц, но ты ведь всё равно будешь, правда? – И Лори так выразительно сложил руки, когда заговорил своим неотразимо убедительным тоном, что было невозможно более осуждать его, несмотря на его скандальное поведение.

Мэг простила его, и хмурое лицо миссис Марч вновь смягчилось, несмотря на все её усилия сохранить серьёзный вид, когда она услышала, как он объявил, что искупит свои грехи всевозможными епитимьями и будет унижаться перед оскорблённой девицей, как червяк.

Джо тем временем стояла в стороне, пытаясь ожесточить своё сердце против него, но смогла лишь придать своему лицу выражение полного неодобрения. Лори взглянул на неё пару раз, но, поскольку она не проявляла никаких признаков снисхождения, он почувствовал себя оскорблённым и повернулся к ней спиной, пока остальные с ним не договорили, после чего отвесил ей низкий поклон и ушёл, не проронив ни слова.

Сразу же после этого она пожалела, что не была более снисходительной, а когда Мэг и мама поднялись наверх, она почувствовала себя одинокой и начала тосковать по Тедди. Сопротивляясь некоторое время, она поддалась своему порыву и, вооружившись книгой, которую должна была вернуть мистеру Лоуренсу, пошла к большому дому.

– Мистер Лоуренс дома? – спросила Джо у горничной, спускавшейся вниз.

– Да, мисс, но я не думаю, что его сейчас можно видеть.

– А почему нельзя? Он болен?

– Нет, мисс, но у него была сцена с мистером Лори, у которого из-за чего-то очередной приступ гнева, что очень раздражает пожилого джентльмена, так что я бы не осмелилась сейчас к нему и близко подходить.

– А где Лори?

– Заперся у себя в комнате и не отвечает, хотя я стучала. Я не знаю, что делать с обедом, потому что он готов, а есть его некому.

– Пойду выясню, в чём дело. Я не боюсь ни того Лоуренса, ни другого.

Джо поднялась и быстро постучала в дверь маленького кабинета Лори.

– Прекратите стучать, а то я открою дверь и заставлю вас это сделать! – угрожающе крикнул юный джентльмен.

Джо тут же постучала снова. Дверь распахнулась, и она влетела прежде, чем Лори успел прийти в себя от неожиданности. Видя, что он действительно не в духе, Джо, которая знала, как с ним обращаться, приняла сокрушённый вид и, артистично опустившись на колени, кротко сказала:

– Я явилась, чтобы помириться, и не смогу уйти, пока не сделаю этого.

– Всё в порядке. Вставай и не будь такой дурочкой, Джо, – таков был бесцеремонный ответ на её мольбу о прощении.

– Спасибо, я так и сделаю. Могу я спросить, в чём дело? У тебя не очень-то беззаботный вид.

– Мне устроили взбучку, и я этого не потерплю! – возмущённо прорычал Лори.

– Кто это сделал? – спросила Джо.

– Дедушка. Если бы это был кто-то другой, я бы… – И уязвлённый юноша закончил свою фразу энергичным жестом правой руки.

– Это ничего. Я часто устраиваю тебе взбучки, и ты не возражаешь, – ласково сказала Джо.

– Вздор! Ты девушка, и это выглядит забавно, но ни одному мужчине я не позволю меня распекать!

– Не думаю, что кто-нибудь захочет попробовать, если ты будешь так похож на грозовую тучу, как сейчас. Почему с тобой так обошлись?

– Только потому, что я не сказал, зачем я понадобился твоей матери. Я обещал никому не говорить и, конечно, не собирался нарушать данное мной слово.

– Разве ты не мог дать своему дедушке какой-нибудь удовлетворительный ответ?

– Нет, он хотел знать правду, только правду и ничего, кроме правды. Я бы рассказал о своей роли в этом инциденте, если бы мог всё объяснить, не упоминая о Мэг. Так как я не мог этого сделать, то придержал язык и терпел брань, пока старый джентльмен не схватил меня за шиворот. А потом я убежал, боясь, что выйду из себя.

– Это было нехорошо, но он сожалеет об этом, я знаю, так что спускайся вниз и помирись с ним. Я помогу тебе.

– Будь я проклят, если я это сделаю! Я не собираюсь выслушивать нотации и терпеть взбучки от всех подряд лишь за небольшую шалость. Мне было жаль Мэг, и я извинился перед ней, как мужчина, но я не стал бы делать этого перед дедом, ведь тут я не виноват.

– Он этого не знал.

– Он должен доверять мне, а не вести себя со мной, как с ребёнком. Это бесполезно, Джо, он должен понять, что я могу сам о себе позаботиться и мне не нужно держаться за чьи-то завязки от фартука, чтобы не упасть при ходьбе.

– Да, с вами обоими каши не сваришь, – вздохнула Джо. – Как же ты собираешься уладить это дело?

– Что ж, он должен извиниться, и, поверь мне, я не могу рассказать ему, из-за чего весь этот сыр-бор.

– Господь с тобой! Он не будет этого делать.

– Я не спущусь вниз, пока он не извинится.

– Ну же, Тедди, будь благоразумен. Бог с ним, я попробую всё объяснить, как могу. Ты же не можешь вечно оставаться здесь, так что какой смысл драматизировать?

– В любом случае я не собираюсь оставаться здесь надолго. Я ускользну и отправлюсь куда-нибудь в путешествие, а когда дедушка соскучится по мне, он быстро придёт в себя.

– Думаю, что так и будет, но тебе не следует уезжать и этим его беспокоить.

– Хватит читать проповеди. Я поеду в Вашингтон и повидаюсь с Бруком. Там весело, и я смогу отдохнуть после всех этих неприятностей.

– Как же тебе там будет весело! Я бы тоже хотела убежать, если бы могла, – сказала Джо, забыв о своей роли наставницы, ярко представив себе картины военной жизни в столице.

– Тогда поехали! Почему бы и нет? Поезжай и удиви своего отца, а я расшевелю старину Брука. Это была бы великолепная шутка. Давай сделаем это, Джо, оставим записку, что с нами всё в порядке, и сразу же уедем. Денег у меня достаточно. Это пойдёт тебе на пользу и никак не навредит, ведь ты поедешь к своему отцу.

На мгновение могло показаться, что Джо почти согласилась, потому что, какой бы сумасбродной ни была эта затея, девочка ничего не имела против. Она устала от забот и заточения, жаждала перемен, и мысли об отце искушающе смешивались в её воображении с неизведанными прелестями военных лагерей и больниц, свободы и веселья. Её глаза загорелись, когда она задумчиво повернулась к окну, но, как только её взгляд упал на старый дом напротив, она печально покачала головой.

– Если бы я была мальчиком, мы бы сбежали вместе и отлично провели время в Вашингтоне, но так как я несчастная девочка, я должна вести себя прилично и оставаться дома. Не искушай меня, Тедди, это безумный план.

– В том-то и забава, – начал было Лори, у которого случился приступ своеволия, и он был одержим желанием каким-то образом вырваться за пределы дозволенного.

– Попридержи язык! – воскликнула Джо, затыкая уши. – Жеманство и манерность – вот на что я обречена, и я вполне могу это принять. Я пришла сюда, чтобы читать тебе мораль, а не слушать то, что заставляет меня задумываться о побеге.

– Я знаю, что Мэг стала бы наводить скуку, услышав такое предложение, но я думал, что у тебя больше храбрости, – вкрадчиво начал Лори.

– Негодник, замолчи! Сядь и подумай о своих грехах, не заставляй меня приумножать мои. Если я заставлю твоего дедушку извиниться за взбучку, ты перестанешь думать о побеге? – серьёзно спросила Джо.

– Да, но у тебя ничего не выйдет, – ответил Лори, который хотел загладить свою вину, но чувствовал, что сначала нужно успокоить своё оскорблённое достоинство.

– Если я могу справиться с молодым, то справлюсь и со старым, – пробормотала Джо, уходя, оставив Лори склонившимся над картой железной дороги и подпиравшим голову обеими руками.

– Войдите! – И грубый голос мистера Лоуренса прозвучал ещё суровее, когда Джо постучала в его дверь.

– Это всего лишь я, сэр, пришла вернуть книгу, – вежливо сказала она, входя.

– Хотите другую? – спросил старый джентльмен, выглядя мрачным и раздражённым, но стараясь не показывать этого.