Луи Буссенар – Галльская кровь. Ледяной ад. Без гроша в кармане (страница 6)
«Вы не ослышались: затопление 16 000 квадратных километров (таковы предполагаемые размеры внутреннего моря) окажется недостаточным для такого падения температуры, и самые солнечные страны Европы превратятся вот так, сразу, в настоящий Шпицберген[24]. Ну, нет!
Вопреки нелепым утверждениям этих ярых хулителей, лапландцы не приедут к нам на увеселительных нартах, чтобы в модных кафе опрокинуть бокал-другой рыбьего жира, на равнине Сен-Дени не будут охотиться на белого медведя, мы не станем чеканить монеты из затвердевшей ртути и замороженные апельсины не вырастут в садах Ниццы».
Как отмечается в «Новом иллюстрированном Ларуссе», проект, признанный практически неосуществимым, был отклонен в 1882 г. Однако «Журнал путешествий» все еще утверждал в № 349 от 16 марта 1884 г., что правительство тунисского бея только что дало разрешение полковнику Рудеру начать первые работы по созданию внутреннего моря. Кончина Рудера десять месяцев спустя (14 января 1885 г.), судя по всему, положила конец этому оригинальному проекту[25].
Но всего лишь на короткое время. Жюль Верн отмечает, что в 1904 г. за его осуществление взялись иностранные инженеры и капиталисты — а значит, проект не был таким уж фантастическим. Инвесторы основали Франко-иностранную компанию, которая провела значительные работы (фиксацию дюн для защиты оазисов, гидравлические работы в целях обеспечения населения питьевой водой), но в конце концов была вынуждена признать свою несостоятельность вследствие «непредусмотрительности и ошибочных расчетов».
Четвертая, и предпоследняя, статья Буссенара в «Корсере» называется «Новые средства для подводных работ в море» (1876. 17 июня. Суббота. № 1008). В ней описываются изобретенные инженером Тозелли способы поиска обломков затонувших кораблей и их простейшего подъема на поверхность. Текст изобилует специальными терминами, и мы вновь восхищаемся успехами технической мысли, подобно тому как за семь лет до этого читатели книги «Двадцать тысяч лье под водой» удивлялись необыкновенному оснащению «Наутилуса» капитана Немо. Но в данном случае речь идет о конкретных, реалистических вещах.
Пятая, и последняя, статья Буссенара в «Корсере» опубликована 24 июня в № 1015. Она посвящена ботанике и озаглавлена: «Плотоядные растения». По данной теме в то время высказывались противоречивые мнения; Буссенар вступает в спор в свойственной ему манере и рассматривает вопрос о самом существовании подобных растений. Во введении он пишет, что выход книги Дарвина о насекомоядных растениях должен был бы положить конец сомнениям относительно существования плотоядных растений. Он цитирует Дарвина, который описал Drosera rotundifolia — растение, поедающее насекомых, способное обволакивать, высасывать и переваривать их благодаря соку, выделяемому его щупальцами. Буссенар удовлетворен свидетельством такого признанного ученого, как Дарвин. Он отмечает это в коротком абзаце, имеющем в наших глазах особое значение:
«Нам было особенно приятно познакомиться с
И Буссенар описывает со множеством деталей приключение австралийского колониста, сэра Артура Маррея, который, выстрелив в голубого попугая, сидевшего на самой высокой ветке эвкалипта, с удивлением увидел, что тело птицы удерживается светло-зеленым толстым и мясистым листом настоящего
«Он испытал такое ощущение, словно натянул на руку слишком узкую, сильно давящую перчатку. Затем последовало болезненное онемение и, наконец, жгучая, острая, колющая боль, как от сотен уколов раскаленных докрасна игл.
Посчитав, что опыт продолжался достаточно долго, колонист срезал стебель ножом, и вскоре его щупальца разомкнулись. При виде тонких, медленно стекавших струек крови или, точнее, красноватой серозной жидкости, он легко предположил наличие в листве разлагающей субстанции, которая позволяла этому растению непосредственно усваивать ткани животного происхождения».
Колонист добавляет, что
Помимо самого факта, реального или предполагаемого, существования такого необычного растения, наше внимание привлекает очень прозрачный намек на путешествие бывшего студента-медика в Австралию до мая 1876 г. Различные свидетельства подтверждают, что оно действительно состоялось, хотя ни в одной биографической статье о Буссенаре до сих пор об этом не было упомянуто. Путешествию в Австралию и его очень важным для жизни и карьеры писателя последствиям посвящена следующая глава. Внимательное изучение этой поездки тем более необходимо, что именно она легла в основу первого произведения Буссенара и определила направленность всего дальнейшего литературного творчества писателя.
Хотя мы не располагаем неопровержимыми доказательствами, два факта можно предположить с большой долей вероятности. Во-первых, Буссенар, видимо, приступил к написанию своей первой книги «Десять миллионов Рыжего Опоссума» через некоторое время после статьи о плотоядном дереве, которую мы только что разобрали. Во-вторых, в течение этого малоизвестного периода, с июня 1876 г. по апрель 1878 г., наш молодой автор жил, по всей видимости, в Париже, где помимо своей деятельности писателя-дилетанта и посещения научных академий, он зарабатывал себе на жизнь будучи обозревателем в рубрике происшествий газеты «Пёпль».
Мы находим упоминания о его сотрудничестве с этой газетой в некрологах, опубликованных в сентябре 1910 г.[26] Все они свидетельствуют, что он в разное время писал в газетах «Корсер», «Эклипс», «Пёпль», «Марсейез», «Пти паризьен», «Жюстис» и в «Журнале путешествий». Данный факт подтверждается и самим Буссенаром в главе V «Десяти миллионов Рыжего Опоссума»:
«Сорок километров отделяют нас от телеграфной линии на станции Белтона. Меня глубоко волнует мысль о том, что за несколько часов я могу отправить телеграмму на Площадь Биржи и вскоре получу ответ. Не без некоторого сожаления я сопротивляюсь этой дорогостоящей фантазии. Я был бы рад послать привет от антиподов своим коллегам в газете „Пёпль“».
Если Буссенар действительно сотрудничал с газетой «Пёпль» во время своего путешествия в Австралию, которое (как мы видели) состоялось до мая 1876 г., то сегодня нелегко найти соответствующие свидетельства. В отличие от многих других изданий, в газете «Пёпль» не указывались фамилии авторов статей; таким образом, нам не известно, когда он влился в коллектив редакции и каков был истинный характер его сотрудничества с газетой.
Некоторые моменты его дальнейшей карьеры заставляют нас предположить, что он вел там рубрику происшествий под заголовком «Слухи отовсюду». По тону и по тематике эти заметки очень похожи на материалы, которые публиковались за подписью Буссенара в газете «Жюстис» начиная с апреля 1880 г. Чтобы дать о них представление, достаточно привести несколько примеров, относящихся к июню 1877 г.
Наиболее часто и наиболее значимые материалы появляются в разделе религиозной (на самом деле, — резко антирелигиозной) хроники. Рассказывается, в частности, о похождениях брата Оксанса, привлеченного к суду присяжных департамента Верхние Пиренеи за его преступные действия (долгое время остававшиеся неизвестными родителям) в отношении примерно пятнадцати детей от девяти до двенадцати лет, которых он должен был посвящать в таинства церковных обрядов в базилике Лурда. Как видим, педофилия, которая в наши дни снова заняла, к сожалению, важнейшее место в рубрике происшествий, была широко распространена и в XIX в…
Затем обозреватель выражает удовлетворение по поводу того, что суд Позена приговорил немецкого кардинала Лодоховского к году тюремного заключения и к штрафу в 37 500 франков за оскорбление судебных властей и за нарушение одной из статей уголовного кодекса. Автор добавляет: «Когда же мы во Франции решимся следовать примеру заграницы в том, что у нее есть положительного?»
Другие приводимые Буссенаром факты вызывают еще большее беспокойство, может быть, потому, что они нам непонятны. Вот, например, история аббата Луи-Клемана Эдара, 31 года, который был приговорен к двум годам лишения свободы и к штрафу в 200 франков за акт «жерминизма» (без всяких пояснений), содеянный в покойницкой. Его девятнадцатилетний сообщник осужден на две недели тюремного заключения. Что такого непотребного могли натворить в покойницкой эти два субъекта? В словаре мы объяснения не найдем, ибо там ничего не говорится о преступлении, именуемом жерминизмом…[27]